Патент на выживание - Леонид Иеронимов

Последний позвонок вместе с костяным сердечком просто отрубался ножом. Шангай в два движения вырезал передние, самые мощные, клыки и положил рядом с отрубленными лапами.

— Ты убил шана. Можешь повесить их на грудь.

— Так я не сам убил. Магией же.

Воин посмотрел мне в глаза, кивнул и улыбнулся. Потом хлопнул меня по плечу.

— В городе дадут хорошую цену. Некоторые юнцы любят носить на груди.

— А больше зубы шанов не годятся ни на что?

— Из этих можно сделать пилу, крепкие, — он указал на внутренние ряды. — Но доставать тяжело. Они хуже железа.

— Тогда не будем. Всё?

Воин кивнул. Мы отнесли тушу за пределы круга фургонов и выбросили. Затем помогали остальным. Туши убитых лешим внутри были перемолоты в фарш, но шкуры остались целыми. С ними возни было много больше. Но наконец мы справились, правда, слегка перепачкались. Слили друг другу на руки воду из фляг и расстелили кожи на крыше фургона.

— Завтра почистим и просолим. Я покажу, как сушить.

— Спасибо, Шангай. И вам, парни, спасибо.

Мужики кивнули, затем каждый из помощников уважительно пожал мне запястье. Мы вернулись к костру. Перегоревший адреналин согнал сонливость. Синдар и Барнут явно дожидались, пока мы закончим. Караванщики разбредались спать, а мы поставили кувшин с варом закипать.

— Скажи, Олег, — начал Барнут, — в вашей земле всё колдовство настолько сильное?

Я задумался.

— Есть гораздо сильнее.

— Ещё сильнее⁈

— Ага. Термоядерная бомба, например. Настолько сильное, что если применить всё и сразу, сгорит весь мир. Поэтому его не применяют.

Синдар и Барнут с ужасом уставились на меня.

— Ты владеешь тер… бонабой?

— Нет, вы что. Это сила правителей. Бомбу делают много дней, много людей трудятся, много колдунов участвуют в создании.

— А этот экскири…мент, это какой вид магии?

— Химия и русская литература. Наше великое наследие и орудие пытки школьников.

— Шикольники — это ваши враги?

— Ну, не совсем. Просто цветы жизни.

— А зачем пытать цветы⁈

— Ах, мон шер ами, если бы я знал… Традиция, наверное. Ну и упражнения для обучения.

— У вас очень странная земля, Олег.

— Умом Россию не понять, согласен.

Барнут с лёгкой опаской взглянул на меня.

— Когда я услышал, что ты владеешь столькими секретами, я обрадовался, Олег. А теперь мне страшно.

— Ну, это, солдат, не беда. Такая сегодня экологическая обстановка. Все ссутся. И я ссусь. Даже главком пысается, бывает.

— У меня есть хорошие травы, Олег. Если хочешь, я тебе заварю. Негоже такому великому колдуну страдать детской болезнью.

— Не, это я так. Мудрость народную вспомнил.

Барнут слегка отодвинулся и ещё более насторожённо посмотрел на меня.

— Как сложны и запутанны ваши мудрости.

— Не мы такие, жизнь такая.

Все немножко помолчали. Вода закипела, Синдар снял кувшин с огня и закинул вар.

— Олег, скажи, как долго делать экскременты?

— Экскременты? Недолго. А вот результаты экспериментов зависят от многих вещей. Этот я делал пять дней. Скорее всего, его хватит на отражение трёх атак.

«Хотя ожидал я совершенно другого».

— Может быть, ты сделаешь нам похожий? Очень сильная магия. Никогда такой не видел.

— Хорошо, — я кивнул. — Попробую что-нибудь сообразить…

«Ещё бы ты сам сообразил, как это получилось».

Барнут ушёл спать. Синдар и Шангай остались.

— Олег, верно ли я понял, что ты сам не ожидал такого действия?

Синдар внимательно смотрел на меня.

— Ага. Я не слишком хорошо понимаю, каким образом это вышло.

— А что ты хотел сделать? Я помню, ты говорил, что во фляге будет «вода удачи». Это произошла удача?

— Ну… И ведь не поспоришь. Но вообще, — я посмотрел Синдару в глаза, — предполагалось, что я просто покрашу ткань.

— Покрасишь ткань? Вот этот клочок?

Я кивнул.

Синдар и Шангай переглянулись. А потом громко расхохотались. Я смущённо улыбнулся.

«Сделать хотел грозу, а получил козу. Розовую козу. С жёлтою полосой».

— Олег, не знаю, какие дороги будут вести тебя дальше, но вижу я, что ты — маг удачи. Единственный, что встретился мне на пути.

— Ваббаджек.

— Что? — спросил Синдар.

— Ну, есть у нас такая… Легенда. Что однажды принц-демон Шеогорат, известный среди народа геймеров, как князь безумия, сделал волшебный посох, который создавал случайное заклинание. Он мог превратить человека в животное или чудовище и наоборот. Мог создать мощное заклинание, бурю, например. Мог вылечить и убить, мог превратить что-нибудь в горшок золота или горшок золота в скамейку. Никто не знал, как именно сработает посох в час нужды. Один король превратил свою семью в кур и сошёл с ума.

Синдар с интересом выслушал меня.

— У нас тоже есть похожая легенда. Но не про посох.

— Расскажешь?

— Конечно. Но сначала объясни мне, кто такие принц-демон, король, князь? Кур я помню. Это такие ящеры, что несут яйца.

— А. Ну, король — это главный человек, как глава каравана. Управляет страной. Принц и князь — это почти одно и то же. Сын короля или знатный человек древнего рода. Демон… Как ишмаатар, только сильнее. Живут в параллельной реальности. То есть как бы — нигде и везде. Могут появиться рядом, могут влиять на разум человека. Обычно злые. Они как боги, но наоборот. Помогали Создателю создавать мир, но перешли на тёмную сторону. Среди них есть главные и мелкие пакостники.

— Ашрайя. У нас их зовут ашрайя. Мелкие — гах. Басчи-калан — творение ашрайя. Есть и другие места, где пропадают караваны и разум людей страдает. Опасные места.

— То есть Басчи-калан создали не ишмаатар и не хафсат?

— Нет. Насколько я знаю, эти места существовали задолго до прихода и тех, и других. Есть мёртвые города, которых избегали все. В них происходит странное, и можно найти удивительные вещи.

— А сейчас в этом мире живут только люди? Больше нет никого?

— Есть. Далеко в пустыне живёт племя. Очень маленькое племя, обладающее могучей магией. Они покрыты чешуёй и не пьют воды. Их глаза желты, они не строят домов, а на ночь зарываются в песок. С ними могут торговать немногие. И они сами выбирают, кто. Есть ещё подземные люди. Они похожи на нас, но их кожа бледная, на головах нет волос, глаза огромные, и они не выносят света Мангаса. Ещё есть проклятые. Они