КОМСОМОЛ-4 - Ольга Войлошникова

class="p1">— Что ж, отправляйтесь туда. И помните, вы не должны ни с кем делиться полученной от меня информацией! Это архиважно и сверхсекретно, и я доверил вам эти данные только потому, что вы — настоящий дворянин! Ведите себя как ни в чём не бывало. Нам необходимо, чтобы враги коалиции и враги польского освободительного движения раскрыли себя как следует. Для этого… Вот что! Выпишите особенное приглашение от лица своего подвоеводства господину генералу. Я сообщу ему о вашем рвении. Можете сесть рядом. Только, прошу, ни в коем случае не разрешайте посадить его вблизи от лысого господина Т. Это может испортить всю операцию.

— Да-да, я… непременно! — пан Богдан принялся торопливо писать и вдруг поднял на меня голову: — А-а-а… простите, как фамилия генерала?

— Бланманже, — ляпнул я первое, что в голову пришло.

— Бланманже?.. — пан Богдан мелко заморгал. — Но… Э-это же еда?

— Вы только ему не вздумайте так сказать!

Глава 20

КОМАНДОВАТЬ ПАРАДОМ БУДУ Я

КОРРЕКТИРУЮ ПЛАНЫ

«Территория польской вольницы», город Ныса

24 января 1948 года, незадолго до полудня

Аркадий

Семейство фон Ярроу отреагировало на новость… сложно. Сильнее всего им хотелось поскорее добраться до безопасного места, и то что я внезапно нашёл себе задачу по дезактивации готовящейся против Германии и России диверсии, их мало утешала.

В первую очередь, женщины, конечно, испугались. Особенно за детей. Мужчины захотели присоединиться ко мне и быть хоть чем-то полезными. Дети… дети вели себя по-детски — глазели на всё и любопытничали. Хотару на прошлой остановке с ними поработала, заглушив, а местами и вовсе стерев пережитый ужас, и теперь им было просто интересно — а что это за дом, в котором мы внезапно остановились? А можно ли заглянуть в сарай? А залезть на чердак?

Дом на окраине Нысы я занял нахаловкой, просто увидев, что дверь стоит нараспашку. В сарае ощутимо пахло человеческой кровью, поэтому ходить туда я строго-настрого не велел. Мужской части семьи сказал примерно то же, что младшим Мюллерам, когда они страстно хотели отправиться со мной на очередное задание (мной же и придуманное) — что мне некогда будет держать над ними щиты и отслеживать их перемещения.

— Дело у нас будет короткое, но громкое. Уходить будем быстро. Поэтому ваша задача: отдохнуть, поесть и справить нужду, после чего находиться в этом доме безвылазно, ожидая в любую секунду моего возвращения и будучи готовыми в отправке! Если вдруг кто-то по дурости своей отлучится, предупреждаю: ждать, звать и искать вас возможности у нас не будет. Отлучившийся останется здесь и будет выживать по собственному разумению!

Это отповедь отрезвила и даже немного напугала всех.

— Коля! Оставляю себя присмотреть за этим табором. Они, конечно, дойчи, но мало ли что в потрясённые головы придёт. Ждать здесь, никуда не отлучаться.

— А если нам начнут угрожать и требовать очистить территорию? — спросил Феликс.

— Ну во-первых, валите всё на якобы хозяина — франкского генерала Бланманже, который должен по окончании парада сразу вас забрать. Во-вторых, я всё-таки оставляю с вами Николая. Хотару вынужден забрать, она мне там нужна.

— А в-третьих, — добавила Хотару, доставая из загашника и активируя здоровенный рубин, — вот вам универсальный щит. Работает на десять метров, больше не удаляйтесь. Должен выдержать до десяти прямых пушечных попаданий.

— Должен? — испуганно переспросила бабушка Вильгельмина.

— Не думаю, что до пушек дойдёт прямо сразу, — постарался подбодрить её я, — но всё же лучше не покидайте дом. В качестве последнего резерва кадавра вам оставлю, но армия из одного человека — это так себе, сильно на него не рассчитывайте. Всё, время на исходе! Хотару, поехали!

Высадив из машины франкского шофёра (его место заняла Хотару), я велел кадавру слушаться Николая и вырулил со двора.

* * *

Мы едва успели. Какие-то унылые горожане с повязками на плечах перегораживали улицы козлами и лентами.

— Открыть живо! — гаркнул я по-немецки, высовываясь в окошко машины. — Генерал опаздывает на парад!

Это возымело своё действие, и нам позволили промчаться вперёд. В противоположной стороне улицы я заметил целую колонну ползунов — верно, тех самых восемь штук, засланных возрождёнными тамплиерами. Кроме ползунов виднелись ещё ёрзающие грузовики, обшитые бронелистами, с пулемётами, установленными на кабинах, и даже легковушки, подобным образом усовершенствованные — видимо, для численности.

Перед ними начали выстраиваться в колонну попугайские ряды польской вольницы. Довольно далеко от городской ратуши, на площади перед которой должно было происходить главное действо — надо полагать, чтоб пройти путь подлиннее и произвести впечатление на возможно большее количество народа.

Планировка Нысы, как и многих старых городов, была сложной и бестолковой, улицы искривлялись, соединялись и вихляли во все стороны самым неприличным образом. Если бы не башня ратуши, мелькавшая иногда в просветах между домами, мы бы заблудились наверняка, да так и ездили бы петлями по этой Нысе. Но удача благоволила нам, и на главную площадь мы успели раньше, чем польское воинство. И вовсе не попали бы, наверное, если бы не приглашение на официальном бланке от пана Богдана.

— Пшепрашам бардзо!* — взял под козырёк дежурный на въезде на площадь унтер. — Вы, господин лейтенант, господина генерала у трибун высадите, а сами машину сразу вон в тот проулок отгоните, да побыстрее. Слышите, пушка пальнула? Началось!

*Извините пожалуйста (польск.)

Эта инструкция устроила меня в высшей степени. С одной поправкой:

— Хотару, на шофёрское место пересядь, отгонишь машину, — сказал я, выскакивая, чтоб обежать вокруг и распахнуть дверцу генералу, чуть наклонился вперёд и велел ему: — Выходи, держись важно, следуй за мной!

Трибуна удивила меня малолюдностью. На ней сидело всего-то дюжина человек — правда, судя по обилию регалий, все в больших чинах. И лысый тамплиер сидел тут же, в самом верхнем ряду, рядом с… наверное, с воеводой. Увидел наше явление, насторожился и, по-моему, начал что-то выспрашивать у воеводы. Тот, естественно, пожал плечами и, как я и ожидал, отправил к нам адъютанта — выяснить, что за птицы явились.

Я, не дожидаясь вопросов, сунул адъютанту под нос приглашение от подвоеводы Тряшельского.

— Всё понятно, проходите, господа, присаживайтесь! — закивал адъютант, и я со всем почтением повёл кадавра на средний ряд, максимально подальше от тамплиера Т., чтоб ему неудобно было за нами наблюдать.

— Я тут, — еле слышно за плечом сказала Хотару.

— Отлично. Будь