Городничий Нижнего - Ольга Дубровская

Не найдя достойного возражения, Юра кивнул и сдался, сделав большой глоток из стакана. Вкус жидкости напоминал омерзительное спиртовое лекарство, что заставило его поморщиться.

Вадим тоже выпил, снова потянулся к кальяну, с наслаждением вдохнул и протянул шланг с мундштуком Новикову. Решив, что проще сделать одну затяжку, чем выслушивать новую тираду Погребнюка об их крепкой мужской дружбе, он вдохнул. Едко-сладкий дым проник в горло и лёгкие, вызвав приступ кашля. Пространство покачнулось.

Алкоголь, кальянный дым, музыка без мелодии и гармонии. Громкие голоса. Чей-то звонкий смех. Извивающиеся женские тела в клетках под потолком.

– Скажите, Юрий, а что вы чувствовали, когда решили вот так взять и спрыгнуть вниз с моста? – изловчившись, спросила пирсингованная девушка-инфлюенсер, подсунув ему под нос микрофон с зелёной поролоновой насадкой.

– Агафья, иди ты лесом, а? – отмахнулся Вадим. – Не видишь, мы общаемся?

Погребнюк придвинулся ближе к Юре, словно они действительно были лучшими друзьями, и доверительно спросил так, что слышал его только один Новиков:

– Бро, ты герой, конечно, все дела, но… я вот не могу понять, а как ты узнал про тормоза? Ну, я вспомнил. Ты говорил, что они неисправны. И… они правда оказались неисправны. А как так получилось?

Юра снова чуть не закашлялся. Он загнанно взглянул на Вадима. В его словах явно звучала издёвка человека, который только притворяется дурачком, но на самом деле всё понимает и хочет, чтобы его собеседник об этом знал.

Весь спектр противоречивых эмоций, по всей вероятности, отразился на лице Новикова. На протяжении бесконечно долгих мгновений они смотрели друг на друга. Ещё чуть-чуть, и Юра бы, наверное, признался. Придумал бы что-то, чтобы не рассказывать о своей нечеловеческой сущности, но – взял бы вину на себя.

Однако Погребнюк вдруг громко рассмеялся и вновь хлопнул Юру по плечу, на этот раз гораздо сильнее, чем того требовали негласные правила приличия.

– Ха-ха-ха! Ты себя видел? Чего напрягся-то, бро? Я же пошутил. Ты решил, я на тебя думаю?

Новиков нервно сглотнул подкативший к горлу ком.

– Нет?

– Ну ты что, братишка! Стал бы ты тогда рисковать своей жизнью ради меня, ради Миланки?!

Юра с облегчением выдохнул, хотя весь этот разговор ему по-прежнему не нравился.

Они выпили ещё раз. И ещё. Вадим методично подсовывал Новикову бокалы.

– А пойдёмте танцевать?! – крикнул кто-то из девочек, и Юра почувствовал, как чьи-то руки потянули его с дивана.

Он встал. Пришлось приложить усилия, чтобы не упасть и унять накатившую тошноту.

На танцполе уже было не протолкнуться. Юру втащили в интенсивно дёргающуюся толпу, и он невольно заразился всеобщим предтрансовым состоянием. Сознание поплыло. В нос ударили разнородные запахи, в голову полезли чьи-то отрывочные мысли, которые крутились в основном вокруг физиологических потребностей. А над танцполом шевелился целый рой призрачных сущностей в виде больших оранжевых голов с перекошенными в каком-то не то хищном, не то смеющемся оскале ртами.

И в этот момент Юра увидел ещё и нечто, заставившее его сознание вмиг проясниться: на одной из стен зала сияла флуоресцентно-алая надпись, сделанная таким уже знакомым «почерком».

«Мера – превыше всего» – гласила она.

Юра не сомневался, что все три надписи: на кладбище, над входом в метро и вот теперь в клубе, были сделаны одной рукой. Но чьей? Впрочем, думать об этом именно сейчас было как-то не очень удобно – Новиков почувствовал, что к нему прижимается чьё-то женское тело. Перед глазами мелькнули два длинных розовых хвоста. Анфиса?

«Что я здесь делаю? Для чего я тут?» – промелькнули мысли.

Новиков понял, что надо убираться, и чем быстрее, тем лучше. Он начал решительно пробираться по направлению к выходу, но его остановил Вадим, резко схватив за руку.

– Ты куда это? Всё же классно! Мы только начали тусить! Кстати, у меня тут кое-что интересненькое есть! – пританцовывая с безумно-выпученными глазами, Погребнюк с заговорщическим видом подмигнул Юре и потряс перед его лицом зип-пакетиком с какой-то фиолетовой таблеткой. – Угощаю. Улётная штука.

– Слушай, Вадим, мне не надо, – прокричал Юра, отрицательно тряся головой.

– Да что ты такой тугой-то?! Ты хоть знаешь, сколько она стоит? Ты за всю свою жизнь на такую себе не заработаешь!

– Вадим, отвали, а? – Юра с силой оттолкнул Погребнюка и, яростно продравшись через танцующих, миновал танцпол.

Он проскользнул мимо барной стойки и не оборачиваясь вышел за дверь.

На улице было свежо. Майская ночь настойчиво лезла под куртку и за воротник порывами леденящего ветра, но Юре как раз это и нужно было, чтобы избавиться от внутреннего жара и остудить голову. Он сразу почувствовал себя лучше.

Проходя мимо бело-красного ретромобиля, он лишь с сожалением вздохнул – садиться за руль после нескольких алкогольных коктейлей было не лучшей идеей. Опасаясь, что Погребнюк с верной свитой выбегут из дверей клуба и начнут преследование, Юра обогнул здание, углубился в переплетение улиц и только потом остановился и задумался.

Он злился, что разрешил Вадиму втянуть себя во всё это. Знал же, что не стоит ему идти в этот клуб. Только время потерял. Неприятный осадок стоял в горле комом. Вадим что, реально его подозревает? Для чего эти показательные выступления?

И куда теперь? Домой? Или, может, пойти поискать тот самый камень у истока Почайны? Последнюю идею он решительно отверг. Слишком поздно. И он сейчас явно не в лучшей своей форме. А кто знает, чем может закончиться этот поиск?

Впрочем, домой тоже не хотелось. Ещё, чего доброго, родители проснутся, и начнётся новый виток нравоучений.

Хотя душ бы он принял с великим удовольствием, потому что сейчас чувствовал себя как никогда грязным, пропахшим кальянным дымом и духами каких-то чуждых ему посторонних девушек. Он яростно потёр щёку, стирая с неё следы от помады Анфисы.

Твёрдо решив на следующий день во что бы то ни стало найти съёмную квартиру и съехать, Новиков всё-таки убедил себя вернуться сейчас домой. Он даже вытащил телефон, чтобы вызвать такси, так как общественный транспорт в такое время уже не ходил, но тут увидел два пропущенных. Юлька.

Сердце ёкнуло. Неужели снова что-то случилось? Или, может, просто соскучилась? Он проверил время звонков. Один из них был сделан где-то час назад, второй – через полчаса после первого.

Без лишних раздумий Юра нажал на вызов.

– О, ты ещё не спишь, привет, – раздался в трубке слегка взволнованный голос, от которого по телу разлилось приятное тепло.

– Привет. У тебя… всё хорошо?

Юлька замялась. Повисла короткая пауза.

– Да, но… То есть, не совсем… Ко мне тут