Непокорный Меч - Гарет Ханрахан

class="p1">"Она даст слово", - сказала дварфийка. "Даже среди вас, людей, это должно что-то значить". Торун посмотрел на Бора, щурясь от солнца. "А ты встречал Ламмергейра. Ты тоже можешь поручиться за ее рассказ".

"Засунь шпиль Аршота мне в задницу, - выругался Бор, - но вы пара чертовых идиотов. Лига не станет слушать какую-то старую бабу из Малладейла. Вот если бы ты была сестрой паладина или кем-то в этом роде, у тебя был бы перстень, прекрасная карета и целый штат слуг, тогда, может, они и пропустили бы тебя в ворота. Но ты для них никто. В любом случае, у них есть проблемы посерьезнее". Он махнул рукой в сторону гавани, полной кораблей.

Торун скрестила руки на груди. "Там будут и дварфы. Мой народ не так неразумен".

"Мы должны что-то предпринять. Если Дервин отправится за море, я не знаю, как найду его. Давайте попробуем добраться до цитадели". Ольва попыталась двинуться вниз по склону, но Бор крепче сжал ее руку и удержал.

"Мартенс владеет людьми в цитадели. Он владеет людьми повсюду. Ты ведешь себя глупо".

"Что же ты тогда посоветуешь?" - зашипела Ольва. "Отдать моего сына умирать?"

"Мартенс не убьет его", - сказал Бор, а потом сглотнул. "По крайней мере, не сразу. Теперь он знает, что твой парень живым ценнее - он крючок для одного из Девяти, а Девять управляют Некрадом".

"Это ничуть не лучше". Ольва вырвала свою руку. Она зашагала по улице, Ку и Торун трусцой последовали за ней. Позади них Бор долго стоял неподвижно, как железный голем, а затем крикнул: "Таверна "Черная рыба"! Встретимся там, когда вы закончите тратить свое время впустую!"

Башня волшебника была самой высокой частью обнесенной стеной цитадели, охранявшей гавань. Она немного напоминала корабль: длинные тросы, словно снасти, тянулись от шпиля башни к ближайшим стенам и стойкам, увешанным зеркалами и звездными ловушками, которые вспыхивали в солнечном свете. Фрагменты более нового камня говорили о войне, о том, как войска лорда Боуна захватили город. Лига отстроила многое из того, что было разрушено; теперь дварфы-каменщики были обычным явлением в землях Саммерсвелла, работая вместе со своими союзниками. Каменная кладка в этих землях значительно улучшилась, и Ольва слышала рассказы о новых дворцах и соборах, построенных дварфами в Саммерсвелле. Она гадала, живет ли Альф в подобном дворце, далеко в Некраде.

Не вся крепость была восстановлена. Неподалеку еще виднелись развалины, выглядывавшая из-за парапета. Когда-то это была надвратная башня, но теперь ворота были завалены обломками. Огонь уничтожил ее, и теперь все строение явно разрушалось. По обе стороны крепостной стены возвышались строительные леса, поддерживающие сгоревшую башню.

"Это были ворота для сбора десятины, - прошептала Торун, - для эльфов-колдунов".

Ольва прикусила губу. Ее рука коснулась ножа.

У других ворот крепости собралась толпа. Ольва протиснулась поближе, чтобы понять, почему там такая толпа: какой-то лорд нанимал солдат от имени Лиги. Любой, кто мог держать копье, мог пройти через эти ворота и получить зеленую тунику и серебряную монету. Поскольку проход в Новые Провинции был закрыт, многие из тех, кто сейчас застрял в Эллспорте, не могли упустить возможность подзаработать. Одна колонна войск уже двигалась по дороге, направляясь обратно тем же путем, которым пришла Ольва. Они миновали Фоссвуд, прошли мимо башни Терна и направились на запад, к Королевским землям Саммерсвелла. Она наблюдала за молодыми солдатами, которые маршировали мимо, спотыкаясь и толкая друг друга, распевая походные песни в такт друг другу. Одна из песен была о Девяти, и Торун пихнула Ольву локтем в колено при упоминании имени ее брата.

"Скажи им, кто ты, - настаивала дварфийка.

Но Бор был прав - она была здесь никем. Капитан у ворот едва слушал ее и, обращаясь к ней, смотрел мимо нее на следующего в очереди.

"Дайте угадаю - ваш муж напился и украл шиллинг Лиги, а теперь его храбрость иссякла, и он послал вас отстаивать его интересы. Что сделано, того не воротишь, мадам. Когда лорды Саммерсвелла призывают..."

"Нет, мой брат, Альф, он..."

"Муж, брат, неважно. Я ничего не могу для вас сделать. Следующий!"

"Он - Ламмергейр!"

"А я - Бессимер Плачущий Лорд. Следующий!"

Ольва попыталась снова, но уже с другим офицером, у другого входа в цитадель. И снова получила отказ. У Ольвы пересохло горло от криков, когда она пыталась перекричать шум толпы. Всю свою жизнь - во всяком случае с тех пор, как вышла замуж за Галвина, - она была в Эрсфеле важной женщиной, привыкшей к тому, что ее слушают, что ей подчиняются. Но Эллспорт был совсем другим местом, и солдаты не обращали внимания на ее слова. В ней росло разочарование.

"Мы найдем того, кто нас выслушает", - настаивала она. "Сюда".

Ольва вернулась к воротам для сбора десятины, поежившись, когда вошла в прохладную тень стены. Поблизости никого не было - благоразумные люди избегали зловещих развалин. Строительные леса над головой выглядели потрепанными, но достаточно прочными.

"Помоги мне подняться, пожалуйста, - обратилась она к Торун. Дварфийка удивленно подняла брови, но все же позволила Ольве взобраться на свои крепкие плечи. Опираясь на нее, Ольва как раз достигла высоты, достаточной для того, чтобы дотянуться до края платформы, и после некоторого недовольного ворчания смогла забраться на первый уровень лесов. Ку запрыгал под ней, лая в отчаянии.

"Утихомирь его!"

Торун опустилась на колени возле собаки и положила руку на ее морду. "Я не могу последовать за тобой, - сказала она.

"Я ненадолго. Мне просто нужно найти кого-нибудь в этом проклятом месте, кто выслушает меня". Ольва встала и отряхнулась, нахмурившись от вида своего пыльного, заляпанного дорожными пятнами платья. На рукаве у нее все еще была засохшая кровь. Неудивительно, что стражники на воротах отнеслись к ней как к сумасшедшей, и вот она здесь, забирается в башню с привидениями, чтобы штурмовать крепость. "Увидимся в той таверне. "Черная рыба".

Лестница вела с первой платформы на вторую, со второй - на третий, а с третьей - на головокружительную высоту четвертой. Она никогда не забиралась так высоко - в Эрсфеле не было и половины таких высоких зданий, как это. Людей на улицах Эллспорта теперь было мало, город превратился в странное нагромождение крыш и дымовых труб вместо улиц. Подмостки вокруг нее скрипели под ее весом, но она карабкалась дальше. Пятая лестница привела ее на вершину стены, и она осторожно ступила с лесов на почерневший камень. Затем поползла вперед, снова задрожав - темнота