"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

– Валка?

– Знаешь, – сказала она, – на Тавросе люди не заключают браков. Любить кого-то сильнее, чем любого другого человека, считается… своего рода предвзятостью.

Она не смотрела на меня, но я понимал, что она улыбается. Ее слова не стали для меня новостью, все это мы уже обсуждали.

– Кланы разделяют людей, если те остаются вместе слишком долго. Держать других людей постоянно при себе – неправильно. – Она взглянула на меня золотистыми глазами, улыбаясь шире. – По крайней мере, так считается.

Этого я не знал.

– Ну и варварство, – ответил я, почувствовав ужас от одной мысли о таком.

Моя ирония в выборе слов не осталась незамеченной, и Валка усмехнулась.

– В моем клане был мальчик, Сорен. Совет выслал его с планеты, когда выяснилось, что он шесть лет встречался с одной девушкой. – Валка опустила глаза и потерла татуированную руку. – Я видела ее потом, после этого. Она выглядела так, будто из нее выпили всю кровь.

– Прекрасно понимаю, что она чувствовала, – ответил я с грустной усмешкой.

Валка улыбнулась уголком губ и закинула ноги на стул:

– Я никуда не денусь.

Я заерзал, сдвинувшись так, чтобы оказаться рядом с ней, и поднял взгляд вверх, к свету, пробивавшемуся сквозь листья базилика.

– Адриан, я не хочу детей. Из меня не выйдет мать.

– Тебе не придется быть матерью, – возразил я. – Валка, я лорд. Думаешь, императрица сама вынашивала детей? Кормила их? Рассказывала им сказки?

Прежде чем она успела ответить, я добавил:

– Я не хочу, чтобы все так заканчивалось.

– А почему что-то должно заканчиваться?

– Валка, я не хочу, чтобы наши отношения заканчивались на нас, – сказал я с нажимом и снова взял ее за руку.

– Адриан, все когда-нибудь кончается, – ответила она, и я убрал руку. – Что с тобой такое?

– Я хочу, чтобы тебе было не все равно, – сердито процедил я.

– То есть ты хочешь, чтобы я стала «леди Марло». Чтобы носила дурацкие платья, ходила с тобой под ручку и улыбалась всем этим вашим мерзким лордам, – ледяным тоном ответила Валка.

– Если бы мне было нужно лишь это, – огрызнулся я, – мне не нужна была бы ты. Валка, я не пытаюсь тебя переделать. Никогда не пытался.

Она закатила глаза.

– Но ты хочешь… как там это у вас, варваров, называется? Использовать меня, чтобы завести потомство? Адриан, я тебе что, породистая лошадь?

– Я никогда такого не говорил. Никогда!

У меня потекли слезы, но от злости.

Должно быть, мое лицо лучше всего выражало мое состояние, потому что Валка спасовала и отвернулась, потупив взгляд:

– Прости.

В ответ я слабо улыбнулся сквозь слезы.

– Я хочу, чтобы у нас была семья, потому что люблю тебя, черт побери, – сказал я и снова нашарил ее руку, желая, чтобы она почувствовала то, что я не мог объяснить словами. – И я буду любить их. Наших детей. Я хочу жениться на тебе, чтобы не осталось сомнений, что ты значишь для меня больше принцесс и титулов. Чтобы все увидели, как я тебя люблю.

– Браки заключают не для этого, – ответила она, но в этот раз не отстранилась.

– А должны для этого, – заявил я с твердостью, которой раньше в себе не находил.

Она улыбнулась с грустью, что была глубже облачных морей, окутавших планету под нами.

– Поздно ты родился. Ты должен был быть одним из тех сказочных рыцарей, что спасают девушек от драконов, – произнесла она наконец, поворачивая мою руку. – Адриан, я не принцесса. И мы не в сказке.

Я пристально посмотрел на нее. От ее строгого взгляда безжалостно веяло холодом, в то время как слезы обжигали мои глаза.

– Я знаю, но я…

– А вот она – принцесса, – сказала Валка.

Я сжал руку так, как будто ожидал удара, как будто на меня давил великан или весь мир мерился со мной силой.

– Перестань, – пролепетал я.

– Ты уверен, что она – не воплощение всего того, что тебе хочется? – слетело с ее жестоких губ.

– Как ты можешь такое говорить? – спросил я спокойно, хотя внутри кричал: «Как ты смеешь такое говорить?!» – Ты слишком хорошо меня знаешь, чтобы думать вот так.

Она снова, в который уже раз предстала передо мной хрустальным изваянием с острыми гранями, суровой и бездушной. Как икона фурии или какой-нибудь богини, величие которой на холодном, всеми забытом алтаре освещала лишь одна свеча. Моя.

Нежная и жестокая госпожа. Моя госпожа боли.

– Знаю ли?

Кто сказал, что всегда оставаться собой – наш главный непростительный грех? Хорошая из нас вышла парочка грешников. Бумага и огонь, один – злейший враг другого. Я вдруг почувствовал, что ее холодность – это механизм самозащиты, как яд у растений. Как еще она должна была отреагировать на такие известия? Как отреагировать, чтобы при этом сохранить достоинство? Ей, кого власть имущие Империи отвергли и задвинули в сторону?

От этих мыслей ее жестокость словно перевернулась у меня на глазах, показав мягкое пузико.

– Давай сбежим, – заявил я, не ходя вокруг да около. – Как только нас отправят на новое задание, мы сбежим не оглядываясь.

Все остальное не имело значения. Война, император, убийцы, которых непременно пошлет за нами его величество. Сириани Дораяика и Кален Гарендот, МИНОС и экстрасоларианцы, Кхарн Сагара, Братство и Тихие. Даже моя смерть, мои видения и мое предназначение. И белая скорлупа, висевшая у меня на шее.

– Ты же сказал, что за нами отправят погоню.

– Плевать.

Валка повернулась и перекатилась поближе ко мне.

– Зачем нам убегать? – сказала она, смахивая слезы с моего лица. – Все, что мне нужно, – прямо здесь.

Она поцеловала меня. Сухие после сна губы впитали соль с моего лица.

– Женись на этой чертовой девице. Она все равно ничего от тебя не получит. Даже твоего имени. Пускай тебя посадят в этот Имперский совет. Пускай зовут принцем. Ты все равно останешься моим варваром. – Она схватила меня за рубашку. – Я не подарю тебе детей, но и она тоже. Просто смирись с этим.

Она была права. Высокая коллегия ни за что не дала бы мне добро иметь детей. Ни с ведьмой, ни с поздней принцессой. Даже если бы я хотел узурпировать трон, как считали Львы, мои амбиции могла разрушить единственная красная печать на Ордере на рождение.

«В запросе отказано».

Я знал, что никогда не стану отцом. Одного желания здесь было мало.

– Она мне не нужна, – сказал я. – Селена мне не нужна.

Для меня было важно, чтобы Валка это понимала, и ее взгляд смягчился.

– Думаешь, я не знаю? Адриан… Ты же чувствовал, что к