Умереть или выжить - Виктория Рогозина

— Ты знаешь больше остальных, — выдохнула она. — Я вижу.

Макс позволил себе короткую, режущую усмешку. Ни веселья, ни тепла.

— Уж кто бы говорил, Валерия.

Он легко высвободил рукав и двинулся вверх по лестнице, будто разговор уже завершён. А Лера осталась стоять среди капающей тишины, с ощущением, что его слова были не обвинением, а… предупреждением.

Макс свернул так резко, что Лера едва уловила движение — будто стена сама распахнулась перед ним. Узкий проход напоминал техническую щель между этажами, место, куда никто не должен был заходить. Но Макс скользнул туда легко, как будто делал это много раз.

Лера нырнула за ним — и в тот же миг воздух выбили из легких. Спина ударилась о холодную стену, и чья-то рука перехватила ее запястье так жестко, будто хотела вплавить её в бетон. Макс. Он стоял вплотную, его тень накрывала ее полностью. От спокойного, холодного мужчины осталась только резкая, напряженная фигура, полная какой-то скрытой, безмолвной ярости.

— Слушай сюда, если хочешь выжить, — прошептал он ей в ухо.

Голос был тихим, но от него пробегал холодок, будто слова касались кожи. Леру затрясло. Она попыталась дернуться, но его хватка не позволила даже полноценно вдохнуть.

— Я знаю, почему ты здесь, — произнес Макс медленно, вкрадчиво. — И тебе придется это скрывать. От всех. И от всех участников эксперимента, а экспериментов здесь велось тебе и не представить.

Лера едва слышно выдохнула:

— Какие… эксперименты?

Макс не моргнул.

— Разные. На острове велось столько проектов, что ад бы позавидовал. Люди, технологии, вирусы, психотренинги, биология… — он будто перечислял блюда в меню. — И ни один не закончился хорошо.

Слово зацепилось. Острове.

— На острове? — спросила она тоненько, словно боялась услышать подтверждение.

Макс ухмыльнулся. Это была жесткая, хищная усмешка.

— А где, по-твоему, мы? До материка — сотни километров воды. Никто сюда не сунется. Никто нас не ищет. Ты здесь не случайно, Валерия. И помощь тебе ждать неоткуда.

Он наклонился еще ближе, почти касаясь ее лбом.

— И это не всё. На острове есть те, кто пережил старые проекты. Мутировавшие. Изменённые. Живые, но не люди. Они зовут по ночам.

Лера побелела. Ноги отказались держать.

— Зачем… зачем ты мне это говоришь? — прошептала она. — Почему мне?

Макс смотрел на нее так, будто видел не кожу, а внутренности, мысли, страхи.

— У меня есть причины.

С этими словами он резко убрал руки. Лера почти сползла по стене, цепляясь пальцами за холодный бетон, как за реальность, которая ускользала. Макс развернулся и вышел, не оглянувшись. А за ним будто потянулся след холодного воздуха, который совсем не походил на сквозняк.

Лера осталась в тесной комнате одна, а страх поднимался в ней, как вода в затопленном бункере, медленно, неотвратимо.

Глава 4

Паша бегло пересчитал всех взглядом, словно пытался понять, кто здесь слабое звено, а кто обуза. Его подбородок дернулся, он втянул воздух и рявкнул:

— Ладно, давайте по порядку. Кто вы и что вообще знаете? А то мы тут в сюрреализм попали.

Толик вскинул плечи, будто защищаясь от чужого подозрения.

— Мы… очнулись на заброшенном заводе. Огромный цех, длинные коридоры, всё ржавое, как будто двадцать лет без людей. Сначала думали, что это часть эксперимента, — он глубоко вздохнул. — А потом увидели маяк. Высокий, заметный. Решили, что это база, к которой должны прийти.

Света, маленькая, хрупкая, будто сделанная из пергамента и тревоги, неуверенно отступила от ребят и приблизилась к центру комнаты.

— Я Света… студентка филфака, — она произнесла это так, будто это должно было как-то укрепить её место в этом хаосе. — Я заявку подавала. Честно. Хотела опыт. Стипендия маленькая…

Она замолчала, прижимая тетрадь к груди, как щит.

— Дима, геймер, — буркнул парень в яркой, будто вырезанной из неона, худи. Логотип киберспортивной команды вспыхивал при каждом движении. — Я тоже заявку подавал. Хотел контента. Думал, это будет… ну… челлендж. Тусовка. — Он почесал затылок, избегая чьего-либо взгляда.

Стас и Марина стояли чуть позади всех, почти синхронные — одинаковые карие глаза, одинаковое напряжение в плечах. Они действительно оказались брат с сестрой.

— Нас тоже забрали неожиданно, — сказал Стас. — Даже не сказали, когда начнётся эксперимент. Просто пришли домой… и всё. Пакуйте вещи, выезжаем.

Марина подняла подбородок, будто сопротивлялась дрожи в голосе.

— «А. М. Э.» обещали, что всё законно и безопасно. Я думала, будет какая-то игра. Командная динамика, психология. А мы…

— В жопе, — мрачно закончил Данила, хмыкнув. — Да уж. Дело пахнет писюнами.

Паша выругался коротко, с хрипом, как будто слова были камнями.

— Ничего нам не объяснили! Какая задача? Что мы тут должны делать? Зачем нас притащили на помойку? — Он ударил кулаком по стене, и пыль сыпанула вниз. — Это не эксперимент. Это подстава.

Толик сделал шаг вперед, будто хотел успокоить, но выглядел сам не прочь сорваться.

— У нас были координаты. — Он достал смятый листок, между пальцев дрогнула тень. — Нам сказали, что это точка, где мы должны собраться. Какая-то база или склад. Но… — он сглотнул, вытирая ладони о штаны, — по дороге нас что-то начало преследовать. Мы слышали рычание. Громкое. Прямо за деревьями. Но никого не увидели.

Света потянулась к Толику, будто хотела ухватиться за его рукав, но передумала.

— Это может быть часть задания? Психологический стресс? Звуковые ловушки? — она проговорила торопливо, но голос её дрожал.

Рената подняла брови, будто пытаясь удержать логику за хвост.

— Должно быть объяснение, — произнесла она ровным голосом. — Что-то рациональное. Может, это проверка поведения группы в условиях неопределённости.

Даша хохотнула. Смех её был звонким, как стеклянная бусина, упавшая на пол.

— Рациональное? Здесь? — она оттолкнулась бедром от кровати и почти лениво закинула темные волосы назад. — Рената, милая, ты как будто из буклета для абитуриентов цитируешь. Тут всё уже давно пошло под откос. До логики тут пешком с карты не дойти.

Паша раздражённо мотнул головой.

— Значит, что? Сидеть и ждать, пока что-то вылезет из леса? Или пока нам объявят по громкой связи, что мы победили в розыгрыше на самое тупое решение года?

Толик тихо добавил:

— Мы не собираемся больше лезть в лес. Там… страшно. Мы думали, что маяк — это выход. Что тут безопасно.

В комнате повисла странная тишина, тяжелая, будто над каждым висела невидимая гиря. Воздух дрожал, забитый страхом, недовериями, чужими биографиями, которые никто не хотел рассказывать.

Где-то сверху глухо скрипнул металл. Кто-то резко вдохнул. Света вздрогнула, Дима сжал кулаки, Марина прижалась плечом к брату.