Ключник - Максим Казанцев

Испытываемые переживания были настолько сильны, что начали разрушать сознание парня — в голове пульсировал шар боли, а мир перед глазами поплыл.

И тогда…

Тогда подключился артефакт Кайрона, призванный любой ценой сохранить носителя — и тело, и сознание обдало лютым холодом, буквально замораживающим все эмоции.

Паника. Страх. Апатия.

Все эти чувства не исчезли, но разом замерзли, оставшись где-то очень глубоко внутри его души в виде ледяных комков. Медленно приходя в себя, он начал слышать звуки окружающего мира.

— Марк!

Все это время Алиса безрезультатно пыталась достучаться до молчавшего парня. Видя, что он наконец поднял на нее взгляд, она с мольбой в голосе спросила:

— То, что он сказал… правда?

— Да, — в окружающей тишине, его ответ прозвучал механически, словно говорила бездушная кукла. — И я поклялся, что отомщу за их смерть. — Пауза. — Уничтожу весь клан Волковых.

От услышанного глаза Алисы пораженно распахнулись.

— Смелое заявление, юноша…

Начал было Геннадий Волков, но осекся — в его лицо впился яростный взгляд не человека, а… зверя. Смертельно опасного хищника, готового кинуться на него в любой момент.

Но замолчал он не из-за этой дуэли взглядов — на своем долгом веку глава великого клана не раз сталкивался с подобным. Геннадий оборвал свою речь, почувствовав непонятную тревогу, граничащую со… страхом.

От раздавленного новостями парня исходила тихая, необъяснимая угроза, заставившая взвыть интуицию одного из сильнейших людей планеты. Он чувствовал — сидящий напротив человек — ОПАСЕН! Опасен лично для него. И понимание этого необъяснимого факта очень не понравилось Геннадию Волкову.

— Марк, — голос Алисы дрожал, когда она смотрела в его бледное лицо. — Я клянусь тебе всем, что у меня есть. Клянусь своей силой и душой — я не знала об этом! Не знала, что Антон совершил такую… — ее лицо скривилось, — мерзость.

Марк смотрел в наполненные слезами глаза и видел. Нет — чувствовал… чувствовал всем своим естеством: сказанное — ПРАВДА! Его любимая действительно не знала о произошедшем.

Самый большой комок, запечатавший страх предательства, быстро растаял, возвращая целостность большей части его личности. Но это был лишь один из множества…

Марк все равно оставался подавлен и разбит, абсолютно не понимая, как действовать дальше.

— Ты веришь мне? — голос Алисы был переполнен надеждой.

— Верю, — глаза девушки разгорелись, но тут же потухли, стоило ему продолжить. — Извини, мне нужно побыть одному.

В полной тишине он поднялся и отошел в самый дальний угол помещения. Собравшиеся люди начали тихо переговариваться, анализируя все увиденное и услышанное. Большинству было все равно на переживания парня — они думали о другом: можно ли использовать эту информацию в своих интересах.

И только оказавшийся рядом имперский страж тихо произнес:

— Сочувствую твоему горю, друг. — Пауза. — Пусть я потерял родителей совсем младенцем, но я хорошо понимаю, каково тебе.

Сказав это, он отсел дальше, оставляя Марка наедине со своими мыслями.

А поразмыслить действительно было над чем…

Марк давно — еще в самом начале их совместного похода — догадался, что Алиса никакая не дочь предпринимателя. Видя все несостыковки в ее поведении, отношение к некоторым вещам, к деньгам, он понимал: она из аристократического рода.

Смущало ли его это? Нет. Сначала эта ложь не волновала его, потому что не мешала их договоренностям. А после, стоило ему только понять, что он по-настоящему любит Алису, — Марк для себя окончательно решил, что будет добиваться ее, несмотря на происхождение.

Конечно, был момент, когда он серьезно напрягся, решив, что его планам не суждено сбыться. Близкое знакомство Алисы с наследницей Строгановых дало понять — перед ним не провинциальная аристократка, а кто-то из высшего эшелона.

Тогда же Марк впервые искренне порадовался указу императора — ведь по достижении пятого ранга он сможет получить аристократический титул, совершенно не волновавший его прежде. Во время восстановления руки он много думал о том, что первое, что он сделает, после исцеления Лизы, — наведается в канцелярию, а затем попросит руки Алисы у ее родителей.

Но теперь…

Марк горько усмехнулся. Вот она — идеальная возможность. Перед ним отец девушки. Самое время получить благословение. Пока он не убил его сына. А потом — и его самого…

«Хотя…»

Бросив незаметный взгляд на замершего и сохраняющего молчание главу клана Волковых, он вспомнил слова Алисы о ее мечте — о свободном роде, о драконе, которого нужно победить. Перегруженный мозг отказывался анализировать данные, и Марк понял, что окончательно запутался…

— Таня, — прошептали побелевшие губы Алисы. — Ты знала?

— Алис… я…

— Знала? — два сверкающих, наполненных яростью и болью изумруда заставили Татьяну вздрогнуть.

Опустив голову, она прошептала:

— Знала…

— Я никогда не прощу тебе этого. — По щеке Алисы скатилась одинокая слеза. — Больше ты мне не…

— Постой, — Татьяна схватила Алису за руку и с жаром заговорила: — Не говори этого. Пожалуйста. — Теперь и ее глаза были наполнены слезами. — Я видела, что ты любишь его. По-настоящему. И… — закончила, едва слышно: — Не смогла сказать, боясь разрушить…

Алису разрывали переполняющие чувства. Сейчас она ненавидела весь мир, так больно ударивший ее. И ей очень хотелось найти кого-то, на кого она сможет выплеснуть всю свою злость и ярость!

Взгляд скользнул по отцу, равнодушно наблюдавшему за всем происходящим, перешел на Кирилла Новгородова, прятавшего глаза, — и остановился на Тане.

«Неужели я настолько слаба, что способна сделать больно только близкому человеку?»

Наконец она осмелилась посмотреть на понурившегося Марка, сидящего в одиночестве. Таким растерянным и беззащитным она не видела его никогда.

«Нет! Я не сдамся и буду бороться!»

Решительно посмотрев на Татьяну, она спросила:

— Артефакт тишины с тобой?

От неожиданного вопроса Татьяна Строганова вздрогнула — она уже не надеялась, что Алиса когда-либо заговорит с ней. Недоумевающе посмотрев на подругу, она переспросила:

— Что?

— Купол тишины, — увидев судорожный кивок Татьяны, закончила: — Дай мне его… сестра.

— Спасибо, — одними губами прошептала Татьяна, передавая артефакт дрожащей рукой.

Это действие не понравилось ни главе Строгановых, ни Геннадию Волкову. Но если первый промолчал, то второй произнес:

— Дочь, я запрещаю тебе…

Проигнорировав слова отца, Алиса присела рядом с Марком и, активировав артефакт, заговорила:

— Марк, — парень поднял на нее взгляд. — Я хочу поговорить. Удели мне несколько минут.

Молчание…

— Пожалуйста.