Ключник - Максим Казанцев

— Расскажи мне, что произошло.

— Зачем? — он равнодушно посмотрел в ее глаза и пожал плечами. — Прошлого не вернуть. Зачем тебе знать, что твой брат убил моих родителей и отправил Лизу в кому? — Алиса вздрогнула. — Если ты хочешь попытаться оправдать его поступок — это бессмысленно. Я все равно убью его, несмотря ни на что. И твоего отца. Убью всех.

«Вот и все… я сделал это…»

Марк понимал — сказанное будет означать конец их любви. Сейчас девушка встанет, и уйдет. Уйдет навсегда.

Но он ошибся…

— Ладно, тогда я расскажу. — Сев так, чтобы окружающие не могли прочитать их разговор по губам, Алиса заговорила: — Я зарегистрировалась в Гильдии авантюристов как Алиса Селезнева…

Дальше Марк молча слушал ее исповедь, наполненную болью. Исповедь о жизни, мечтах и реальности, об отношениях с парнями и отцом. Об и их договоренности. О ее страхе и беспомощности.

По щекам Алисы текли горячие слезы, на которые она совершенно не обращала внимания. Марк видел — пусть девушке очень тяжело говорить обо всем этом, но ей явно становится легче. Рассказывая свою историю, она будто сбрасывала многотонный груз, давивший на ее плечи.

Сделав небольшую паузу, она снова заговорила. И теперь в ее словах чувствовалась застарелая, глубинная боль.

— Когда мне было десять, Антону исполнилось восемнадцать. Оказалось, что его двойной дар, которым он так гордился… — Пауза. — Имел очень низкий потенциал.

Видя молчаливый вопрос, Алиса пояснила:

— По прогнозам наших аналитиков он едва ли достигнет шестого ранга, даже упиваясь лучшими элексирами.

Марк кивнул — он понимал, что означает подобный «приговор» для великого клана.

— До моей инициации было еще шесть лет. И тогда… — Алиса продолжила с огромным трудом. — Тогда отец заставил мать забеременеть в третий раз.

Пояснений не потребовалось — Марк прекрасно знал жестокий закон этого мира. Пытаясь выносить и родить третьего ребенка, одаренная женщина начинала лотерею со смертью, несмотря на развитую медицину и услуги целителей.

Многие не решались даже на второго, хотя риск при этом был минимален, не выходя за статистическую погрешность. Чаше аристократы заводили вторую жену или делали детей на стороне, признавая бастардов в случае их высокого потенциала и силы.

— Мама умерла… — Алиса сглотнула ком. — На седьмом месяце.

Марк накрыл ладонью ее руку — и это было первое после полученных известий прикосновение. Первое — и очень важное. Важное для обоих.

— Отец, — Алиса бросила яростный взгляд на мужчину, напряженно всматривающегося в купол, в попытке понять происходящее. — Просто сказал: «Не повезло».

Алиса подняла на Марка взгляд.

— Понимаешь? Не было ни сожаления, ни горя. Холодная констатация факта — будто он поставил на лошадь, которая проиграла.

Алиса не выдержала и тихо разрыдалась, закрывая руками лицо. Марк молча обнял ее — сейчас слова были излишни.

Спустя пару минут девушка глухо продолжила:

— Я возненавидела его. На свое одиннадцатилетние я захотела сделать ему подарок. — Пауза. — Покончить с жизнью.

Марк пораженно замер, не зная, что на это сказать. Но слов не потребовалось — хватало его физического присутствия и транслируемой поддержки.

— Меня остановил дядя Коля. — Алиса успокоилась и вновь посмотрела на него. — Наш старший садовник. Он никому не рассказал о моей попытке. Зато он научил меня ухаживать за цветами и деревьями. И подарил щенка, показав, что можно дарить жизнь кому-то или чему-то.

Пауза…

— С двенадцати лет моя жизнь превратилась в ад, — Алиса непроизвольно вздрогнула от воспоминаний. — Изнурительные тренировки по шесть часов в день. Отцу было плевать на мое самочувствие и возраст —главное увеличить шанс на высокий потенциал. И чтобы я не отвлекалась, он убрал из моей жизни слабость… — Пауза. — На моих глазах убил Дика.

Плечи Алисы снова задрожали от тихих рыданий. Крепче обнимая девушку, Марк чувствовал: все сказанное — правда!

Но не мог поверить в это…

Он вспоминал свою семью и их скромную жизнь. В мире и любви. А еще вспоминал свою зависть… зависть к аристократам и их богатству. Тогда ему казалось, что нет более счастливых людей на свете. Ведь у них были — деньги! Сейчас, слушая историю Алисы, он наконец понял, как же сильно ошибался — и как мало ценил то, что имел.

— В четырнадцать я превратилась в тень. — Алиса продолжала. — И снова захотела повторить попытку. — Пауза. — В тот раз меня остановила наша кухарка, — впервые с момента исповеди на лице девушки расцвела робкая улыбка, — тетя Клава. Она окружила меня любовью и заботой. Подарив то, что не успела дать мама…

Посмотрев на Марка и увидев, что он чувствует и понимает ее переживания, она закончила — в конце едва шепча:

— Только благодаря им я жива, Марк. Понимаешь? — увидев его кивок, добавила: — И оба они — и дядя Коля, и тетя Клава — часть клана Волковых. Часть тех, кого ты хочешь уничтожить…

Почувствовав, как парень дернулся, Алиса быстро заговорила:

— Я понимаю и разделяю боль твоей утраты. Она не сравниться ни с чем. Но как думаешь — они заслуживают смерти? А сотни других людей, присягнувших на верность клану? Они заслуживают этого?

Алиса видела, что сказанное причиняет ему сильнейшую боль, но не могла молчать. Она знала: так — ПРАВИЛЬНО! А еще чувствовала: он — ПОЙМЕТ!

И Марк действительно понимал…

Разумом он уже довольно давно понимал, что его фанатичная клятва уничтожить все, связанное с Волковыми, — не что иное, как топливо, заставляющее его жить. Именно эта мысль помогла ему выжить в самые сложные, самые трудные периоды.

ЛЮБОВЬ и МЕСТЬ…

Две вещи, позволившие ему победить древнее существо, обладающее куда более весомой силой, чем он. Они же толкали его вперед, заставляя буквально вгрызаться в землю, но двигаться… двигаться к цели, несмотря на преграды.

Но так было раньше…

А сейчас? Готов ли он сейчас уничтожить десятки и сотни ни в чем не повинных людей? А глядя на Алису, он понимал — таких много. Много тех, кто совершенно не касался всей той грязи, в которой по уши замазана верхушка клана.

В его душе шла невидимая, но невероятно сильная борьба. Разум говорил одно, эмоции — другое. Клокочущая где-то очень глубоко ярость кричала: «Уничтожь! Уничтожь все, связанное с ними! Они все этого заслужили!»

Разум шептал: «Ты не