Я есть Закон! - Алексис Опсокополос

— кстати, так себе еда, но я буквально кожей чувствовал её напряжённое ожидание. Ей жизненно необходимо было узнать, что там с отцом, а мне толком и рассказать было нечего — я был настолько занят спасением дома и выбиванием миллионов из стартаперов, что не успел завершить её дело. А обещать что-либо в очередной раз было глупо.

Но сейчас я входил в кабинет инспектора ювенальной полиции, прибыв, как и вчера, к самому открытию, и рассчитывал, что дело Светы наконец-то начнёт двигаться. Я вошёл в тот момент, когда майор налила себе полную кружку чая и приготовилась к тотальному уничтожению пузатых шоколадных пряников. Увидев меня на пороге, она обречённо вздохнула и поставила чай на стол.

— Держи, Илья Сергеевич, — сказала инспектор и протянула мне официальный документ с синими печатями. — С участковым я вчера созвонилась, он папашу твоей племянницы знает. Гражданин не образцовый, но вроде не маньяк и не запойный. Так что вселяй свою Светлану. А если отец будет против, опять же, привлекай участкового. Порядок действий понятен?

— Более чем, — ответил я, пряча документ в портфель.

— Удачи тебе в этом нелёгком деле. А если ничего не выйдет даже с участковым, и ты после этого не откажешься от этой глупой затеи, то приходи, будем думать, что делать.

— Почему вы называете глупым моё желание поселить ребёнка у родителя? — удивился я.

— Да не, всё нормально, — ответила инспектор, но почему-то при этом усмехнулась. — Закон есть закон, пускай папаша исполняет родительские обязанности.

Я ещё раз поблагодарил майора за помощь и вышел на улицу. Проснувшийся утренний город шумел машинами, а у меня внутри разливалось тёплое, совершенно человеческое чувство — радость. Мне нестерпимо хотелось рвануть прямо сейчас за Светой, потом к Фискину, взять с собой участкового и с триумфом поставить точку в этом семейном деле.

Но суровая реальность быстро остудила мой пыл. В карманах было пусто. У меня не было денег на такси, чтобы нормально, без унизительной давки в автобусе, довезти ребёнка с вещами до нового места жительства. Я глубоко вздохнул, признавая очевидное: один день погоды уже не сделает. Сначала нужно решить вопрос с финансами. Нужно найти пропавшего Вовчика и получить свою законную долю от нашего вознаграждения.

Да и помимо поисков лохматого сисадмина у меня была ещё одна критически важная задача. Мне нужно было срочно навестить контору под названием ООО «КапСтройТрест» — ту самую, которая полтора года назад якобы делала капитальный ремонт нашего дома. Пора было брать председателя Юлиана за мягкие места и выяснять раз и навсегда: действительно ли они укрепляли несущие конструкции фундамента, или весь этот ремонт — наглая фикция и отмывание денег, из-за которых наш дом теперь действительно стал аварийным.

Прямо от дверей ювенальной полиции я отправился по адресу, где располагалось это самое ООО «КапСтройТрест». В моём портфеле лежали заботливо скопированные из папки Юлиана документы: договор подряда, акты приёма-передачи выполненных работ, счёт и банковское платёжное поручение, подтверждающее, что миллионы со счёта ТСЖ благополучно ушли подрядчику.

Поскольку на такси денег не было, пришлось воспользоваться местным общественным транспортом. Эта поездка стала очередным суровым испытанием моей выносливости. Дребезжащий, пропахший соляркой и чужим потом автобус тащился на самую окраину города так долго и тяжело, словно преодолевал гравитационное поле газового гиганта.

Когда я наконец покинул салон, пейзаж вокруг разительно отличался от центральных проспектов. Здесь царила унылая промышленно-спальная тоска. Нужный мне юридический адрес привёл меня к облупленному двухэтажному зданию за ржавым забором.

На фасаде гордо красовалась выцветшая пластиковая табличка: «Бизнес-центр 'Олимп». Однако характерная архитектурная форма, заложенные кирпичом просторные веранды и сиротливо торчащий из земли бетонный грибок во дворе безошибочно выдавали в этом «Олимпе» типовой советский детский садик, павший жертвой коммерциализации в лихие девяностые.

В крошечном закутке, где когда-то, вероятно, дети оставляли свои сандалии, теперь располагался пост охраны. За стеклом разгадывал кроссворд пожилой вахтер в мятом камуфляже.

— Доброе утро. Подскажите, как пройти в офис ООО «КапСтройТрест»? — вежливо поинтересовался я, заглядывая в окошко.

Вахтер медленно поднял на меня глаза и сказал:

— Чаво? Строй-чаво?

— ООО «КапСтройТрест», — повторил я. — Строительная компания. Они зарегистрированы по этому адресу.

— Не знаю таких, — равнодушно бросил дед, возвращаясь к кроссворду. — У нас тут в основном склады с китайскими шмотками да ремонт холодильников и чайников. Иди в администрацию, они арендаторами заведуют. Второй этаж, направо по коридору.

Я поблагодарил, поднялся по лестнице, нашёл дверь с табличкой «Администрация», вежливо постучал и тут же вошёл в кабинет. Внутри за столом, заваленном папками-скоросшивателями, сидела грузная женщина в очках на цепочке и ожесточённо стучала по клавишам старенького компьютера.

— Здравствуйте, — сказал я. — Мне нужна ваша помощь. Я ищу руководство ООО «КапСтройТрест», которое, судя по документам, располагается в вашем здании.

Женщина перестала стучать по клавиатуре, поверх очков посмотрела на мой строгий костюм и портфель, и тяжело вздохнула.

— Ещё один, — произнесла она, обращаясь скорее к потолку, чем ко мне. — Господи, как же вы задолбали.

— Но у меня есть документы… — начал было я, расстёгивая портфель.

— Молодой человек, можете не доставать свои бумажки, — перебила меня женщина. — Нет тут никакого вашего «СтройТреста». И никогда не было.

— Но юридический адрес в договоре ваш, — я попытался оперировать фактами.

— Охотно верю, — сказала женщина. — Раз в неделю стабильно кто-нибудь приходит и кого-нибудь ищет. То строителей, то поставщиков картошки, то финансовых гениев.

— И вас это не удивляет?

— Нет. Меня это не удивляет. Раньше у нас тут на первом этаже сидела одна ушлая юридическая конторка. Занималась регистрацией предприятий. И за малую копеечку они предоставляли свой адрес — то есть адрес нашего здания всяким фирмам-однодневкам. Массовая регистрация это называется. Плодили эти ООО-шки сотнями! Их, конечно, потом хлопнул ОБЭП. Конторку прикрыли, организаторов посадили, а кабинет мы сдали под склад туалетной бумаги. Но вот такие, как вы, до сих пор к нам приходят, ищут тех, кому отдали свои денежки. А здесь никого нет и никогда не было!

Сказав это, женщина поправила очки и снова уставилась в монитор, давая понять, что аудиенция окончена.

— Благодарю за исчерпывающую информацию, — сказал я и покинул кабинет.

В тишине коридора я сложил дважды два. Никаких строителей не существовало. Никто не привозил бетон, никто не усиливал фундамент, никто не делал гидроизоляцию. Юлиан Иванович просто нашёл