Боевой некромант - фермер. Том 3 - Григорий Володин

подбородок, а я поднес лоток к его лицу, управляющий вдруг обмяк. Он выскользнул из ослабевшей хватки гвардейцев и с жалким всхлипом рухнул на колени прямо на свой до блеска натертый мраморный пол.

— Прошу, пощадите! — взмолился он, размазывая по лицу выступившие слезы. — Я не могу этого сделать! Не заставляйте меня!

Я спокойно отставил лоток в сторону.

— Тогда будете отвечать на вопросы. Быстро, четко и по существу.

— Да! Да, конечно! Я всё расскажу! Только уберите это от меня!

Вот это уже другой разговор.

Глава 18

— Кто поставляет вам эту голубику? — спросил я, внимательно наблюдая за реакцией купца. Его поведение было красноречивее любых слов.

Управляющий опустил голову, избегая взглядов всех присутствующих. Он явно понимал, что вляпался во что-то очень дурное, и теперь судорожно взвешивал, кого ему бояться больше: стоящего перед ним разъяренного графа или того, кто стоял за поставкой. Несколько секунд он молчал, нервно перебирая пальцами край своего дорогого сюртука, затем глухо произнёс:

— Милош.

Граф Брисман застыл на месте, словно налетел на невидимую стену.

— Милош⁈ — переспросил он, и в его голосе прорезались опасные, стальные нотки. Аура аристократа полыхнула такой густой, тяжелой злобой, что даже гвардейцы за его спиной рефлекторно подобрались.

— Господин герцог… то есть через своих людей, — поспешно затараторил управляющий, пятясь назад. — Несколько дней назад прислали поручение. Сказали выставить их голубику именно на этот прилавок и ничего не переставлять. Сказали, что это особый сорт для особых клиентов.

Я посмотрел на графа, пытаясь понять расклад сил.

— Вы его знаете?

Лицо Брисмана стало ещё мрачнее. Казалось, он сейчас скрипнет зубами от бессильной ярости.

— Милош сватался к Изабелле. Через меня.

— И вы ему отказали?

— Разумеется. Я не для того растил свою единственную дочь.

— Почему? — спросил я, а про себя подумал: «Господин герцог как-никак. Всё-таки жених, судя по всему, состоятельный. И политически выгодный. Обычно столичные вельможи за такие партии глотки друг другу рвут».

Граф посмотрел на меня так, словно причина должна была быть очевидна любому разумному человеку:

— Ему шестьдесят пять лет. И он похоронил уже трех жен.

— А-а, — протянул я, мгновенно меняя свое мнение об этом сватовстве. «Тогда действительно есть нюанс. Дед решил купить себе молодую игрушку, а когда получил от ворот поворот, обиделся».

Виктория прикрыла рот ладонью. Ее глаза округлились от ужаса.

— Неужели он мог навредить Изабелле из-за отказа? — потрясённо спросила графиня. В ее картине мира высшая аристократия так топорно не мстила. Её взгляд метнулся к лотку. — Господин Артур, эти ягоды отравлены? Я не помню, пробовала ли Изабелла голубику, когда мы были с ней здесь…

— Нет, — ответил я и снова невозмутимо закинул в рот несколько ягод, демонстративно громко прожевав. — Они не отравлены. И не заражены проклятием крови.

— Тогда что вы нашли? — потребовал Брисман, шагнув ко мне.

Я указал на подложку под лотком:

— Под голубикой лежал духовный артефакт. Небольшой, скорее всего, плоский, чтобы его можно было спрятать под двойным дном. Когда Изабелла подошла достаточно близко, артефакт зацепился за её ауру и начал вытягивать духовную энергию. Медленно, как пиявка. Изабелла даже ничего не поняла, пока не стало слишком поздно.

— Кусок её души… — прошептал Брисман. Его голос дрогнул, выдавая затаенную отцовскую боль.

— Именно. Артефакт явно был настроен на ее след. Или на какую-то конкретную вещь, которую она всегда носит с собой. Фамильный кулон, заколка… Не суть важно.

Граф резко повернулся к съёжившемуся управляющему, схватив его за грудки:

— Где артефакт⁈

— Я не знаю! — тот в ужасе замотал головой, тщетно пытаясь отцепить от себя руки графа. — Клянусь, я его даже не видел! Люди господина герцога всё устанавливали сами. Мне велели только не трогать этот лоток и не пробовать ягоды! А потом, на следующий день после обморока госпожи Изабеллы, они пришли, порылись в ящике и будто что-то забрали. Я даже не смотрел туда!

— Артефакт. Значит, вы всё-таки были в курсе, — заметил я, скрестив руки на груди. — И позволили совершиться преступлению.

— Господин граф! Я не знал, что они собираются навредить госпоже графине Изабелле! — затараторил купец, начиная всхлипывать. — Мне сказали, что это часть нового способа сохранения свежести ягод! Что под лотком находится обычный охлаждающий амулет!

— Конечно, — хмыкнул я. — А запрещать вам есть голубику для сохранения её свежести тоже было необходимо? Охлаждающий амулет, видимо, очень мстительный, если его ягоды тронуть.

Управляющий открыл рот, но так ничего и не ответил, лишь затравленно перевел взгляд с меня на графа.

Понятно. Не знал подробностей, но прекрасно догадывался, что дело нечисто. Просто деньги оказались убедительнее совести. И страх перед герцогом перевесил заботу о безопасности клиентуры.

Я снова осмотрел подставку магическим зрением, сузив глаза, чтобы уловить мельчайшие остатки эманаций.

— Сейчас артефакта здесь нет. Его забрали вскоре после того, как Изабелла потеряла сознание. Но след остался. И тянется он в очень конкретную сторону.

Граф Брисман сжал кулаки так, что затрещали кожаные перчатки. Он отшвырнул управляющего в сторону, как нашкодившего котенка.

— Милош хочет войны… Он ее получит. Я подниму всю свою гвардию.

— А что тогда не так с самой голубикой? — спросила Виктория, которую явно не отпускала кулинарная тема. — Почему артефакт спрятали именно под ней? Не под яблоками, не под сыром?

— Голубика не зря во многих поверьях считается ягодой, способной сбивать след и затуманивать чужой взгляд, — объяснил я, вспоминая лекции из Академии Некромантии, где свойства органики изучались досконально. — Она впитывает и рассеивает тонкие духовные колебания. Если разложить её плотным слоем над небольшим артефактом, то обнаружить его становится значительно сложнее. Она работает как природный глушитель.

Я снова взял несколько ягод, покатал в пальцах.

— Голубика отлично скрывает подобные устройства от телепатов, поисковых сканеров и некромантов.

Все присутствующие разом посмотрели на меня. В их глазах читалось легкое недоумение по поводу моего специфического списка магов.

— Будь здесь некроманты, конечно же, — скромно добавил я, невинно улыбнувшись.

Лекарь, который всё это время молча стоял в стороне, переваривая услышанное, подошёл ближе и с сомнением уставился на лоток. Его академическая гордость явно была уязвлена.

— Хотите сказать, что в ягодах остались какие-то вредные вещества? — скептически поинтересовался он, поправляя очки на переносице.

— Скорее остаточный энергетический след, — ответил я. — Сам по себе он может доставить неудобства. Но убить не убьет.

Лекарь протянул рукав и потянулся рукой к голубике.

— Не советовал бы, — предупредил я, хотя знал, что он меня не послушает.

— Но вы сами их едите! — возмутился старик.

— Я могу себе позволить. У меня диета специфическая.

Лекарь раздражённо