Кицхен готовится к войне - Екатерина Насута

получится остановить. Нет, остановить точно не получится, но хотя бы отклонить. Если поставить щит под углом к линии удара, то вихрь сместится. А это…

Мысли путались.

Воздух сделался вязким, кисельным. Он обнимал Трувора, мягко удерживая, нашептывая, что вовсе не надо спешить, что стихия должна взять своё.

И ему ли не понять?

Он не понял. Он бежал к воротам и почти добежал, когда стало тихо.

Очень.

И в тишине этой замерло небо, разодранное огненным столпом.

Раскрытые ворота. Испуганный часовой.

— За мной! — Трувор махнул ему, понимая, что до укрытия этот паренек, только-только приступивший к службе, не доберется. И тот нелепо дёрнулся, обернулся, не зная, как быть: то ли оставаться на месте, то ли подчиниться командиру. Но в это мгновенье гора содрогнулась.

И выдохнула.

Дикие вихри — явление напрочь стихийное. Трувор читал.

Он вообще много читал, уже потом, оказавшись в столице, потому что оказалось, что больше особо заняться и нечем. Вчерашнему торговцу будут рады, пока ему есть, чем заплатить за эту радость. А вот если его карманы пусты, то…

Дикие вихри рождаются сами собой.

Где?

Да везде.

В степях они собирают пыль и песок, разрастаясь от них, становясь выше и шире, и удерживаемые тонкой нитью-ножкой, бродят, пока, насытившись до предела, не развалятся под собственной тяжестью.

На побережье дикие вихри скользят по воде, поднимая и её, и всё-то, чего коснутся. Их ярость такова, что обнажается дно, а корабли взлетают к небесам, впрочем, как и киты. В горах… в горах дикие вихри способны обрушить эти самые горы.

Трувор бежал.

Понимал, что вернуться уже не успеет, но…

Небо вдруг посветлело, посерело, будто то, что готовилось выползти из пропасти, вытянуло черноту. Тускло светились космы Ангелины, и лицо её, озарённое белым пламенем, казалось почти живым.

А караван добрался до моста.

Взгляд выхватывал детали.

Верховой голем. Мужчина в мундире без отличительных знаков. Лица не разглядеть, но и не нужно. Ещё пара по обе стороны. Охрана? Похоже на то.

Големы запряжены и в карету. Хорошо. Это не лошади. Не испугаются, не понесут… ещё пара сзади. Те, кто ехал на них, убрались внутрь. Над экипажем, довольно массивным и с виду крепким, дрожало характерное марево — защита…

Отлично.

Просто отлично.

— Что за… — ехавший впереди мужчина поднял руку. — Тут…

И гора всё-таки выдохнула.

— Дикий… вихрь! — Трувор сумел прокричать это и, вцепившись в плечо часового, толкнул его к приезжим. — Я… щит…

Он развернул щит, уплотнив его настолько, насколько получилось.

А из пропасти вырывались клубы чёрного ветра. Они закручивались спиралями, выплясывали, сплетаясь и расплетаясь, словно змеи. И обломки камня полетели с гладких их спин, устремившись вниз, во двор.

Оставалось надеяться, что Кеннет понял.

Что все убрались…

— Теснее! — рёв гостя перекрыл и грохот камнепада. — Стоим! Вы…

— Ветер… — Трувор шагнул под щит. — Вихрь не остановить, но если столкнуть…

— Влево или вправо?

— Тэры? — дверь приоткрылась, и из экипажа выглянула дама. — Могу я узнать, что происходит?

— Ничего особенного, матушка. Стихия разгулялась, — маг спешился и встряхнул руки. — Прошу вас оставаться на месте. И проследить, дабы мои кузины также оставались на месте. И вот этого юношу…

Часового он просто поднял и переставил поближе к экипажу, а потом подтолкнул в спину, прямо в цепкие руки дамы.

— Будьте любезны придержать… Гартон, займитесь големами. Бьёрн, на тебе тыл.

Команды неизвестный отдавал чётко, что вызывало зависть. Трувор старался не оборачиваться. Он перебирал воздушные нити, протянувшиеся к вихрю. Змеи сложились в узор, и чёрная воронка, поднявшись из бездны, качнулась, точно раздумывая, куда ей направиться.

Мелькнула надежда, что направление она выберет иное, но…

Нет.

Дикий вихрь качнулся влево.

Вправо.

И с изяществом балерины двинулся вдоль стены, по узенькой кромке между этой стеной и рвом. Из последнего потянулись зеленоватые вихри… и жижа.

Вонючая жижа…

И не только она. Камни. Доски. Кости… всё то, что годами скапливалось во рву, который, кажется, не чистили, если не с той самой легендарной осады, то всяко со времен Рори. Вихрь смёл несколько камней, потом боком задел Анжелину, волосы которой полыхнули гневной зеленью, и отступил.

— Позволите узнать, что это? — уточнил незнакомец, указав вперёд.

Вопрос Трувор не совсем понял, но ответил:

— Слева — дикий вихрь. Справа — Анжелина.

Надо же, сказал и как-то даже не подавился.

— Выходит, кузины не ошиблись. Она и сюда добралась.

Вихрь ещё раз попробовал статую на прочность и откатился, чтобы, развернувшись, найти новую цель. На долю мгновенья течение силы замедлилось, но…

— Щит… — голос Трувора утонул в грохоте камней. А вихрь, встрепенувшись, двинулся к людям.

И потянул силу на себя.

Его, Трувора, силу.

Да чтоб тебя… дикая стихия давила и требовала поддаться. Первый же удар камня заставил щит откликнуться гулом. А следом вихрь швырнул второй камень и третий…

— С гор его выпускать нельзя, — деловито произнёс незнакомец. — Там прямая дорога, докатит до самого городка или почти. Попробуем сцепку, и будем надеяться, что сил хватит.

Нет.

Человек не способен остановить дикий вихрь, если он, конечно, не архимаг. Или не владеет каким-нибудь древним…

Рука скользнула на пояс до того, как мысль оформилась. Клинок же вовсе сам покинул ножны.

— Вот давайте только без глупого геройства…

Трувор сделал шаг.

И щит сместил за спину. Теперь сила вихря кипела вокруг, он ощущал её совершенно иначе, такую близкую, родственную даже. И вдохнул её. И выдохнул, испытав почти непреодолимое желание сделать ещё шаг. Вихрь же снова замер, изогнулся воронкообразным телом своим, направив на человека то ли глаз, то ли пасть, то ли всё и сразу. Потоки силы ударили в грудь и живот, точно копья.

И рассыпались, стоило взмахнуть мечом.

Клинок в руках загудел, заныл, отдаваясь в запястье вибрацией. И Трувор сжал пальцы, понимая, что если выпустит рукоять, то он покойник.

Ещё шаг.

И снова удар. Синеватое лезвие не только рассекало вихрь. Оно впитало ошмётки силы, передавая Трувору. И заставило сделать ещё шаг. Воздушный щит, ещё один помимо того, что держался за спиной, сам собой развернулся в руке… и снова удар.

Дракон?

Какой, к демонам, дракон… ни один дракон не сравнится по силе с диким вихрем. И Трувор радостно захохотал.

Кажется, у него всё-таки получится совершить подвиг!

Глава 20

Глава 20 О древних легендах и духах

Внутрь проникал мрачный солнечный свет

Один очень готический подвал

За что люблю подвалы — это за тишину и в целом-то спокойствие.

Я подавила зевок, раздумывая, не стоит ли прилечь.