Полюбить учителя главного героя - Александра Ибис

сторон. Не менее агрессивно жуёт. Даже косточки глотает! И стыдливо прячет за грязными рукавами мокрые от набежавших слёз щёки.

– Ну же, расскажи этому злому демону, что гложет твоё юное сердечко! – предлагает Ян Гуйцзу насмешливо.

Цянь Синъюнь смотрит на него зло слезящимися глазами и его прорывает:

– Там был старый семьянин… Строил большой дом для детей, начатый ещё его дедом. Набеги из Царства Демонов были частыми, вот строительство и затянулось, – он всхлипывает. – А когда он его достроил и женил всех сыновей, они его из дома и выгнали. Не демоны, не иные твари, а родные дети! На улице он… плохо кончил.

– И стал призраком, – понимающе кивает Ян Гуйцзу.

– Да! В таком виде он стал досаждать своим детям, вот они и попросили с ним разобраться. Я не узнал всей правды сразу, а он был агрессивен, не слушал просьб, не хотел уходить… Пока мы боролись, в доме случился пожар. И весь его труд ушёл вместе с ним навеки!

– Думаешь, что узнай ты больше сразу, то ничего бы не случилось? – усмехается Ян Гуйцзу.

– Ну и чего ты смеёшься? – злится Цянь Синъюнь и трет глаза.

– Глупый ты ещё потому что, – пожимает плечами мерзавец. – Знай ты больше, уверен, что получилось бы образумить призрака? Может, он и при жизни столь хорош не был, вот его и прогнали, а в смерти вся злость выход нашла? Или он действительно был хорош, а сыновья твари неблагодарные. Так или иначе, страдания превратили его в существо злое и опасное. Что важнее: пытаться спасти его или спасти других от него?

Цянь Синъюнь застывает, внимая речам Ян Гуйцзу, вне желания собственного сердца.

– Если ты пытался по-хорошему и не получилось, не жалей, что получилось по-плохому.

Демон хлопает его по плечу и скрывается в яблоневом саду, чтобы добровольно вернуться в свою клетку, главный дворец. Впрочем, было непонятно, воспринимает ли Ян Гуйцзу главный дворец как клетку или все же как дом, в который ему позволили вернуться после изгнания.

Цянь Синъюнь молодой, но, однако, не такой уж и глупый. Ян Гуйцзу возвращается к своему учителю, а ему надо прийти к своему. Даже если учитель и пугает его иногда.

* * *

– Ты не хочешь? – Бай Хэпин скидывает с себя верхние одеяния, и синяя ткань укрывает песок под ногами.

– Я даже не знаю, учитель…

Я оглядываюсь. На озере мы одни, вдали от Нинцзин и ближайшего поселения. Погода стоит жаркая, одеяния липнут к спине, вода манит прохладой, но…

– Нам давно нечего стыдиться, – учитель целует меня в лоб, и мы соприкасаемся телами – так близко-близко он встаёт. – Супруга моя, – зовёт он нежно, и я прерывисто вздыхаю до того как отстраняюсь, чтобы скинуть мешающую одежду.

Сжав подрагивающую ладонь, Бай Хэпин ведёт меня к озеру, и мы погружаемся по грудь. Нижние одежды тут же намокают, очерчивают наши фигуры, становятся бесполезными, ничего не скрывающими. Заворожённая, я пробегаюсь пальцами по шее учителя, поглаживаю его красивое лицо и не могу поднять взгляд.

– Сяо Лянь, ночью ты была смелее, – поддевает меня Бай Хэпин.

Щёки розовеют столь стремительно, что я плещу на наставника водой, только бы он не заметил.

– Порой мне всё равно кажется, что мы совершаем нечто постыдное.

Я годами вынашивала желания об учителе, годами сдерживала страсть и лгала самой себе. Преодолеть былые страхи при свете дня, когда всякий может увидеть наши чувства, сложнее, чем думалось. Прочие главы дворцов смотрят на нас с осуждением. Последователи других учений одаряют взглядами, в которых нередко читается презрение, словно мы добровольно вымазали себя в грязи.

Однако изгнать или наказать за супружескую связь нас не могут. Бай Хэпин и в былые времена был сильнейшим из мастеров Нинцзин, а теперь, когда молодой главе школы нужна поддержка в противостоянии с прочими мастерами, он и вовсе незаменим.

Нас терпят.

Рука Бай Хэпина вдруг ложится мне на затылок, а губы берут мои в жаркий плен, из которого нет желания выбираться. Я сплетаюсь с ним языком, жадно стискиваю в объятиях, пока он свободной рукой оголяет плечо, чтобы погладить мокрую кожу.

– Супруга моя, – хрипит он, когда мы обмениваемся дыханием. – Я люблю, когда ты откровенна в своих желаниях. И не осуждаю тебя за них. Другие важнее?

Я люблю, когда он смотрит на меня и молвит подобное своими манящими губами. Пусть сердце то и дело забывает, что необходимо биться.

– Ночью мир похож на чарующий сон, – я прижимаюсь к учителю так крепко, словно мы можем слиться воедино. Хотя… действительно можем. – В лучах солнца же всегда страшно проснуться, – поглаживаю уши Бай Хэпина, зарываюсь пальцами в волосы и дёргаю за ленту, расплетая пучок. Длинные тёмные пряди рассыпаются по спине наставника, падают в воду и танцуют вокруг его божественной фигуры. – Не хочу, чтобы вы грезились мне, супруг мой.

Обращение, сорвавшееся с уст, будто искра, после которой в Бай Хэпине вспыхивает пламя. Он сдёргивает висящее на мне одеяние, наплевав, затеряется оно в воде или нет, и уже вскоре я ощущаю всю силу его желания. И нет во мне стремления большего, чем испить его все до дна.

Конец

Примечания

1

Хэпин – покой.

2

Цзяньсюэ – кровь меча.

3

Ляньхуа – лотос.

4

Нинцзин – безмятежность.

5

Шибо — старший соученик или соученица учителя.

6

Дашисюн – первый ученик.

7

Шиди — младший соученик.

8

Шицзе – старшая соученица.

9

Чжун – колокольчик.

10

Сяошимэй – последняя принятая соученица.

11

Шимэй — младшая соученица.

12

Лунван – драконье величие.

13

Лунмин – драконья жизнь.

14

Ханьфу – традиционная китайская одежда.

15

Баоцзы — паровой пирожок с начинкой.

16

Цзецзе – старшая сестра (вежливое обращение).