Рубеж - Инди Видум

— Только не спаржу, — с ужасом сказала Ниночка. — Маменька говорит, что это самое правильное питание, но она ужасно невкусная — хуже только шпинат.

— Ни шпината, ни спаржи у нас нет.

— Это хорошо, — обрадовалась Ниночка. — На остальное я согласна.

Мы с Наташей переглянулись. О том, что у Ниночки будет формироваться источник, супруга знала, а значит, побеспокоится и о правильном меню, потому что лучше всего будет заняться этим завтра утром, когда Ниночка отдохнет. После мне будет не до этого, так как восстанавливать реликвию отправимся завтра, и тогда не получится привязать пробуждение магии к старту беляевского княжения.

Наташа с Ниночкой и беспрерывно болтающей Мотей ушли, и в гостиной установилась тишина. Арсентьев внимательно изучал Беляева, который сохранял полную невозмутимость. Арсентьев же и разбил молчание.

— Ваш пасынок сообщил мне о своих планах в вашем отношении.

— Вот как? — Беляев вопросительно посмотрел на меня.

— Да, Юрий Владимирович, Алексей Сергеевич в курсе моих планов о передаче реликвии Заварзиных вам и обещал поддержать на ближайшем Княжеском Совете.

— Если реликвия вас примет, Юрий Владимирович, — уточнил Арсентьев. — Потому что одно владение реликвией еще не дает никому право называться князем.

— А бывает, что реликвия не принимает? — задал я волнующий меня еще с разговора в кабинете вопрос.

— Редко, но бывает.

— И что делают в таком случае, Алексей Сергеевич?

— Приглашают другого наследника, чтобы он окропил своей кровью реликвию. Был даже случай, когда пришлось искать третьего претендента, потому что реликвия ни в какую не хотела привязываться, — пояснил Арсентьев. — Поэтому я и уточнил, что поддерживать буду только законного князя, а законность подтверждается именно привязкой реликвии и наличием княжеских регалий.

На лице Юрия Владимировича проявилась обеспокоенность. Для меня же этот рассказ послужил подтверждением того, что реликвии для своего функционирования требовали кровь. И дело было вовсе не в том, что они не признали наследника, а в том, что отданной крови не хватило на перенос княжеских регалий — у реликвий энергия не берется ниоткуда, она получается вполне определенным, пусть и живодерским способом. Возможно, для поддержания в активном состоянии и защиты земель энергии требуется не так много, но она постепенно тратится и не восполняется, поскольку мало кто из князей знает, что нужно делать. А капель от привязки нового наследника на всё могло не хватить.

Реликвии Беляевых это не грозит — у нас нынче такой запас скверников, что мы можем активировать несколько реликвий подряд и еще останутся неначатые контейнеры. Главное — не перепутать и не вытащить великого князя и его сыночка. Второе совпадение смерти члена императорской семьи с активацией реликвии незамеченным не оставят.

Глава 21

Разумеется, отправляться вдвоем с отчимом в кишащий тварями город, не зачистив тварей, притворяющихся людьми, по окраинам этого города, было по меньшей мере неблагоразумно, поэтому команду зачистки я отправил на дело вечером: Валерон с Яшиной командой должны зачистить или покидать в стазис всех, даже того типа, который имеет что-то для защиты от призрачных помощников. Поскольку к нему смогут подобраться мелкие механизмы, о которых пока никто не догадывается.

Но вообще, тенденция неоптимистичная. Скверники учатся прямо на лету, видоизменяя свою защиту. А этот, видимо, из особо сильных. Его точно следует поместить отдельно, чтобы допросить. Поэтому начать я просил с него — если не получится его убрать, остальных не трогать и будем думать, что делать. Скорее всего, откладывать активацию реликвии. Потому что даже один незачищенный сильный скверник может создать серьезные проблемы если не для меня, то для мало тренированного отчима.

Беседа Арсентьева с Беляевым получилась довольно мирной. Не было высокомерия, свойственного князьям при разговре с менее титулованными людьми. Было ли это уважение ко мне, как к хозяину дома, или Арсентьев смирился, что скоро среди князей появится не просто новое лицо, а новое лицо с новой фамилией. Заварзины ушли в небытие, не защитив свою землю и не оставив наследника титула, и на смену им придут Беляевы. Уже завтра придут, о чем я думал, отправляясь спать.

Валерон отчитался утром:

— Собрали всех. Того странного, которого ты просил отдельно, Яша поместил отдельно. Мы в его пространственное хранилище поставили контейнер со стазисом. На всякий случай, а то кто знает этого типа, на что он способен. Я раньше не слышал о тех, кто из пространственного кармана выбираются, но стать тем, кто приносит дурные вести, не хотелось. Яша слишком мелкий — при неудачном раскрытии этот тип мог его раздавить.

— Я паучков укрепил и рунами, и алхимией, — напомнил я. — Вряд ли бы раздавил.

— Сейчас не время для экспериментов, — заявил Валерон. — Так что запас скверников пополнен. Как будешь собираться активировать — я тебе выдам пару контейнеров.

— Да, тебе при Юрии Владимировиче светиться не стоит, — согласился я. — Некоторые тайны должны оставаться внутри очень узкого круга.

— Вот-вот. — Валерон зевнул так широко, что мне самому захотелось спать, хотя я вот только после хорошего крепкого сна и должен быть полон бодрости. — Тогда я отдыхать. Вы же раньше обеда не выдвинетесь? Как раз успею набраться сил, особенно если выдашь дополнительную банку сгущенки для восстановления сил.

— Говорят, что от избытка сладкого портятся шерсть и зубы, — намекнул я.

— Так это от избытка, а меня недостаток. У меня скорее что-то испортится от недостатка, — возразил Валерон. — Как не поем вовремя — сразу шерсть клочками вылезает и зубы начинают шататься. Вот, глянь.

Он попробовал пошатать лапой клык и для убедительности принялся дергать головой. Убедительность вышла так себе, но банку я ему выдал, потому что сладкое на его зубы, которые лишь видимость, повлиять никак не должно. Валерон удовлетворенно вздохнул, обхватил лапами банку и исчез, отправившись в дом помощников.

Вот насколько Птос равнодушно относится к человеческой еде, настолько Валерон трясся над отдельными видами. А ведь, казалось бы, и один, и второй относятся к одному и тому же виду. Или разным? Кто их там разберет, этих иномирных демонов. Секреты своего мира они не выдавали и были на редкость неразговорчивы, когда разговор заходил об месте их рождения.

До завтрака нужно было решить вопрос с Ниночкой, для