Рубеж - Инди Видум

— А что с ней могло случиться?

— Я уже понял, что Щепкины никогда не дадут согласия на наш брак, вот и подумал, что… они ее уговорили на брак с другим. А ты решил мне лично об этом сообщить, чтобы я…

Он замолчал, но я понял, что он хотел сказать, что я переживал, не покончит ли он жизнь самоубийством. На мой взгляд — полный идиотизм, потому что проблемы такое действие не решает, зато создает остальным дополнительные.

— Щепкины нынче не в том состоянии, чтобы перебирать. Княжества у них не осталось, — напомнил я. — А Александр Владимирович мне практически пообещал руку Анастасии для тебя.

— Мало ли чего он практически пообещал, — пробурчал Лёня. — Этой братии на слово верить нельзя. Только подписанный документ является гарантией. Иначе потом скажут, что совсем не это имели в виду.

— Есть такое, — усмехнулся я. — Но что-то мне подсказывает, что совсем скоро он не просто будет не против вашего брака, а прямо-таки настаивать на нем.

— Это что ж такое должно случиться? — хмыкнул он. — Скорее в окрестных лесах передохнут все волки, чем Щепкины согласятся. Не хочу про это говорить настроение портится.

— Не хочешь — не говори, — согласился я. — Расскажи лучше о своих успехах в освоении магии. Как в Зону ходится?

— Прекрасно, — ответил Лёня и воодушевленно рассказывал о своей борьбе с тварями всю дорогу. Судя по рассказу, в магии он прибавил прилично. Я мог бы проверить его и божественным взором, но посчитал это некорректным по отношению к родственнику. Так что, если у него появились тайны — пусть они останутся при Лёне. Как-никак, вскоре мы будем выступать за интересы разных княжеств.

Когда мы прилетели, я сказал Лёне, чтобы не вылезал из вертолета, поскольку прямо сейчас мы отправляемся дальше.

— В таком виде? — возмутился он. — Мне нужно хотя бы переодеться.

— Поверь мне на слово, Лёнь, переодеваться тебе точно не надо. Юрий Владимирович сейчас подойдет.

Я отправил пробегавшего мимо дружинника за отчимом, а сам пошел в дом помощников. Валерон, как я надеялся, уже вернулся, и они с Митей опять переругивались, пытаясь доказать друг другу, кто из них полезнее и умнее. Неразрешимый вопрос на самом деле: у каждого были свои плюсы и минусы и каждый был мне по-своему дорог.

— Нашли кого-нибудь? — прервал я их милую беседу вопросом.

— Две засады вынюхали, — гордо ответил Валерон. — У одного тоже была защита от призрачных помощников.

— И она ему, как я понимаю, не особо помогла?

— Яша выручил. Но он почти разрядился, потому что пришлось по холоду бегать. Немного — я его отнес прям к барьеру, но пришлось. Я этого, с защитой, к первому забросил — понятно же, что из одной шайки.

— Артефакты у них были нехорошие, — добавил Птос. — Закачанные энергией под завязку. Такими любую защиту можно пробить. И даже призрачного помощника развоплотить, если он в материальном виде.

Тенденция меня сильно беспокоила: скверники явно получали всё более сильное оружие для уничтожения и, если так пойдет дальше, начнут сносить врагов с лица земли вместе с городами, а потом и странами. Это следовало как-то взять под контроль, потому что этот мир стал моим и я должен обеспечить его безопасность.

Птоса я отозвал, чтобы вызвать его уже в Толоконске, Валерон ушел в невидимость и вобрал в себя всех мелких пауков кроме Яши — Яша в экзоскелете и Митя отправятся с нами в вертолете группой поддержки. Им не так много места нужно, как людям, так что все уместимся.

— Контейнеры, — спохватился я, уже совсем собираясь выходить.

Из воздуха появились два и шлепнулись передо мной. Я подхватил их и взял одну из подушек.

— Эй, — заволновался Валерон. — Это зачем?

— Верну. Лёне сидеть будет удобнее на полу, а то устанет, — пояснил я.

— Компенсируешь амортизацию, — проворчал Валерон. — Если до дырки просидит — купишь новую.

— Договорились.

Когда я подошел к вертолету, отчим уже был там и разговаривал с сыном.

— Леонида лучше оставить, — сказал он, нахмурившись.

— Это будет неправильно, — возразил я. — Он там должен быть, хотя бы для того, чтобы потом рассказывать Щепкиным.

— О чем? — спросил Лёня.

— Полетели, на месте узнаешь.

— И всё же я хотел бы, чтобы Леонид остался, — заупрямился отчим. — Это очень опасно.

— Жизнь вообще опасная штука, Юрий Петрович, — возразил я. — Лёня нам не простит, если мы его не возьмем.

— Пусть не прощает, но и не пострадает.

Лёня молча залез в вертолет, всем своим видом показывая, что не вылезет ни за что. Теперь, когда засомневались в его героизме, он здесь не останется.

— Юрий Владимирович, мы улетаем сейчас, а с вами или без вас — дело десятое. Один Беляев у меня есть, его хватит, — намекнул я.

Честно говоря, я не представлял, сколько бранных слов знает обычно подчеркнуто вежливый отчим. Но выразив таким образом свое отношение к происходящему, он залез в вертолет, и мы вылетели.

— Куда летим-то? — спросил Лёня.

— В заварзинское княжество, — ответил я. — Юрий Владимирович приобрел не так давно несколько домов в столице и хочет лично посмотреть на их целостность.

— И ради этого вы меня вытащили из Крайска? — возмутился он.

— Ну мало ли. Вдруг вертолет свалится и тебе придется защищать отца от тварей. Я один могу с этим не справиться.

— У тебя есть железные помощники, — ответил он. — Даже не оборудованная оружием Мотя — грозный противник, а уж эти двое наверняка полноценные боевые единицы.

— Это так, — согласился я, — но боевых единиц много не бывает. Я очень на тебя рассчитываю.

Так, в милой дружеской беседе, не прерываемой злым на меня отчимом, и прошла дорога. Мы зависли над главной площадью Толоконска, и я сказал:

— Полная готовность. Юрий Владимирович, как только спускаемся, сразу активируйте реликвию.

— Реликвию? — вытаращился на меня Лёня.

Я ему ничего не ответил, скастовал защитное заклинание от Верховцева, которое не позволит нам заляпаться, вручил отчиму