Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

двойственное чувство. С одной стороны он был согласен изменить маршрут, зная о той опасности, что угрожала его солдатам. С другой стороны, он опасался, что берберы заведут его войско в засаду и, пользуясь проблемами с водой, уничтожат.

  Помочь стратегу решить эту дилемму, помог начальник кавалерии Гилл. Опытный боец, он резонно указал, что запасы воды, взятые из последних колодцев можно растянуть на два перехода. А чтобы точно знать, что ждет македонцев впереди, он предложил послать верховую разведку.

 - Наши лошади конечно не верблюды и не могут состязаться с ними в выносливости и в беге по этим местам, но все то, что лежит впереди нас мало похоже на пустыню. Давай рискнем – предложил Гилл стратегу и тот согласился.

  Утром следующего дня отряд в двадцать конников ушел вперед, а к вечеру, гонец докладывал Лисимаху, что вода в колодце к которому шло войско, была мало пригодна для питья.

  Тоже самое, стратег услышал и от второго гонца. Гилл настойчиво не рекомендовал пить воду из второго колодца, хотя вокруг него было много верблюжьих следов. Гомест дал попить воды псу, специально взятому с собой и животное сдохло. Урезая остатки воды в бурдюках, отряд Гилла следуя по следам верблюдов, дошел до третьего колодца и там, хвала бессмертным богам, вода была хорошей.

  Опасаясь всяческой заразы, перед тем как попробовать воду, Гилл приказал её прокипятить, но его страхи оказались напрасными. Ни один из воинов или коней не заболел. Не желая разбираться по какой причине вода в колодцах была непригодной для питья, Лисимах стал торопить солдат. Он даже пошел на риск, отправив вперед всю нумидийскую конницу, оставив полки без прикрытия.

  Совершив стремительный марш бросок, нумидийцы успели прибыть к колодцу раньше, чем туда пришли берберы, которых Лисимах подозревал в двойной игре. Так это или нет, неизвестно, но в присутствии солдат, кочевники вели себя очень вежливо. Напоив верблюдов, они покинули оазис, не задерживаясь в нем на ночь.

  Была ли это любезность или они так поступили, боясь разоблачения, Лисимаха не очень сильно интерисовало. Главное он провел свою армию через пески, за которыми вновь начиналась саванна, следуя по которой Гилл вышел к большой полноводной реке. Она несла свои воды с запада на восток и была заселена чернокожими племенами.

  Появление армии Лисимаха вызвало сильный переполох среди обитателей деревень на обеих сторонах могучей реки. Словно по мановению невидимой силы они пустели, а их жители спешили переправиться на своих лодках на противоположный берег. Негры явно опасались пришельцев с севера и не зря. Получив доступ к провианту, фуражу и воде, Лисимах не стал сдерживать своих солдат. Все запасы еды и фуража, оказавшихся на пути армии стратега негритянских деревень вычищались, что называется под метелку.

  Ради удовлетворения нужд своего войска Лисимах был готов разделить свою армию на две части и отправить одну из них на противоположный берег, но его останавливало отсутствие в нужном количестве лодок.

  Вначале, чернокожие обитатели деревень в ужасе разбегались от пришельцев, чья белая кожа вызывала у них сильный страх. Однако пролитая ими кровь и разорение прибрежных деревень побудила негров оказать сопротивление непрошеным гостям. Если в первые дни своего пребывания на реке гоплиты занимали деревни без какого-либо сопротивления, то по прошествию шести дней им пришлось выбивать негров из очередной деревни, под прикрытием лучников и пельтеков.

  Вооруженные дубинами из черного или железного дерева обитатели деревни храбро бросались на подошедших к воротам чужестранных воинов, стремясь как можно скорее смять их, опрокинуть, а затем сбросить в реку на поживу крокодилам, что в большом количестве в ней обитали. Высокорослые и крепкие чернокожие жители деревни были готовы биться до победного конца, но их праведная ярость и отвага разбилась о хорошо отлаженную машину войны, в виде стрел, копий и сарисс.

  Подобно неразумному дитя, наступив на железные колючки македонского ежа и уколовшись нежным место, защитники деревни дружно обратились в бегство, прочь, оставив победителю свои жилища вместе со всем провиантом. Именно тогда Лисимах отметил на головах некоторых убитых негров странный знак в виде вытянутого глаза. Стратег не придал этому особого значения, посчитав это малозначимым фактом, но как оказалось напрасно.

  Через три дня войско Лисимаха подошло к деревне, что своими размерами превосходила все прежде встреченные македонцами поселения. Впрочем, вначале, воинов стратега удивили не размеры деревни, а небольшое стадо слонов, что пришли на водопой к реке. Любимцы Лисимаха самниты пришли в неописуемый восторг, увидев этих огромных серых гигантов, что мирно плескались в мутных водах реки. Стоя по брюхо в воде они неторопливо и величественно махали проходящим мимо них самнитам хоботами, ушами и даже хвостами что вызывало новые бурные восторги северян.

  Посланные на разведку нумидийцы, донесли, что деревня пуста. Об этом говорили настежь распахнутые ворота и полное отсутствие возле них людей, включая женщин и детей. Это известие, вызвало среди воинов Лисимаха град острот относительно того, что чернокожие бунтари хорошо усвоили преподанный им урок, однако вскоре им пришлось убедиться в обратном.

  До ворот якобы покинутой неграми деревни солдатам Лисимаха оставалось совсем немного, когда неожиданно из-за ограды затрещали барабаны, и из распахнутых ворот выбежала огромная толпа чернокожих воинов. В руках у них были неизменные дубины, на лбу был нанесен узор с белым глазом и все они наперебой яростно выкрикивали непонятное слово: - Ардос! Ардос! Ардос!

  Действовали чернокожие воины они довольно быстро и сноровисто, но вот тягаться с лучшими воинами того времени, они не могли. Не дожидаясь приказов гоместов, воины за считанные минуты произвели боевое построение и ощетинились копьями, прикрывшись щитами.

  Миг и разгоряченные бегом адепты Ардоса налетели на строй македонской фаланги, и броненосная машина смерти пришла в действие, начав методично истреблять противника. Каждый удар, каждое движение был доведен у гоплитов македонского царя до автоматизма и вскоре, перед их шеренгой, стали вырастать груды окровавленных тел. Тех, кто не смог преодолеть строй смертоносных пик и копий воинов Лисимаха.

  Кроме самих гоплитов, свою лепту в уничтожение противника вносили лучники и пельтеки, стоявшие позади них, привычно методично и целеустремленно метавшие во врагов свои стрелы и дротики.

  Смерть безжалостно косила адептов белого глаза, но понесенные потери в схватке с македонцами их совершенно не смущали. Словно одержимые неведомой силой, чернокожие воины продолжали выбегать из ворот деревни и при этом число их нисколько не уменьшалось. Громко выкрикивая «Ардос!», они бросались на ряды