Темный Лорд Устал. Книга VI - Тимофей Афаэль

— Зачем? — не удержалась Лина.

— Найму.

Она снова рассмеялась — на этот раз тише, с оттенком чего-то похожего на уважение.

— Знаешь, котик, иногда ты меня жутко пугаешь, а иногда восхищаешь. И я никак не могу решить, что чаще.

Я не ответил. Сел в машину и закрыл глаза, уже думая о следующих задачах.

Ресурс для Котовска собран и с запасом. Можно переходить к следующему этапу.

Глава 17

Матвей Чернов

Машина остановилась, и Матвей понял — это конец.

Всю дорогу он цеплялся за остатки надежды. Говорил себе, что его везут на совещание, что Консорциум хочет услышать его версию событий, что он ещё нужен, ещё полезен, ещё может что-то предложить.

Но когда двери распахнулись и он увидел бетонные стены подземного бункера, тусклый свет аварийных ламп и двух молчаливых громил у входа — надежда рассыпалась в пыль.

«Мы таких, как ты, утилизируем», — голос сопровождающего всё ещё звенел в ушах. Тот произнёс это так буднично, даже без угрозы, а лишь как констатацию факта. Так говорят о вывозе мусора или списании сломанного оборудования.

Его без церемоний вытащили из машины и повели по коридору. Матвей шёл на негнущихся ногах, чувствуя, как пот стекает по спине, как сердце колотится где-то в горле и мысли мечутся в голове, словно крысы в горящем амбаре.

Что я могу им предложить? Что у меня есть?

Информация. Только информация могла спасти его сейчас, но что он знал такого, чего не знал Консорциум? Его специалисты? Они и так были в курсе — половину из них Консорциум же и предоставил. Технология? Украденная, неполная, приведшая к катастрофе — кому она нужна?

Воронов. Всё упиралось в Воронова.

Матвей лихорадочно перебирал в памяти всё, что видел, слышал, замечал за то время, что пытался конкурировать с этим монстром. Его люди, методы, слабости… Слабости? У Воронова не было слабостей. Он был как стихийное бедствие.

Кот.

Мысль вспыхнула внезапно, как спичка в темноте.

Кот. Этот чёрный кот, который всегда был рядом с тем «святым» или «пророком», как его называли люди. Матвей видел его несколько раз — мельком, на записях камер наблюдения, в отчётах агентов. Странное животное, которое появлялось и исчезало, которое смотрело на людей так, словно понимало каждое слово.

Он еще тогда решил, что кот это фамильяр. Ну не мог этот мальчишка-святой так воздействовать на людей сам по себе. Он же поднял весь город против него.

Вот оно.

Матвей споткнулся, и охранник грубо подтолкнул его в спину. Коридор закончился массивной дверью, которая бесшумно отъехала в сторону. За ней открылся кабинет — неожиданно светлый, почти уютный, с дорогой мебелью и картинами на стенах.

За столом сидел человек.

Матвей сглотнул, чувствуя, как пересыхает во рту.

Кот, — билась в голове отчаянная мысль. — Скажу им про кота. Скажу, что он фамиьляр или даже артефакт! Они поверят… ну или должны хотя бы проверить!

Потому что если не поверят и не проверят, он вероятно покинет этот кабинет только в мешке для трупов.

За столом сидел мужчина лет пятидесяти в идеально сшитом костюме — Матвей знал толк в таких вещах и оценил ткань. Седые виски, аккуратная бородка, тонкие пальцы, которые держали фарфоровую чашку с таким изяществом, словно это был музейный экспонат.

Но глаза.

Глаза были как у вивисектора, который смотрит на подопытную лягушку и прикидывает, с какого органа начать.

— Садитесь, Матвей, — голос оказался под стать внешности: мягкий, культурный, с едва уловимым акцентом. — Чай? Нет? Как хотите.

Куратор отпил из чашки, не сводя глаз с Матвея, потом отставил её и взял со стола тололстую, потрёпанную, с жирной красной полосой по диагонали, папку.

Его досье.

Матвей сел на предложенный стул, чувствуя, как ноги подкашиваются. Куратор листал страницы неторопливо, как гурман изучает меню в дорогом ресторане — без спешки, с лёгким любопытством и заранее известным разочарованием.

— Занятно, — произнёс он наконец. — Проект «Котовск». Инвестиции — сорок семь миллионов. Специалисты — двенадцать человек, из них трое наших. Оборудование — лучшее, что можно купить за деньги. И результат…

Он поднял глаза на Матвея.

— Экологическая катастрофа, массовые протесты, полное банкротство и позорное бегство. Впечатляет, Матвей. Действительно впечатляет.

— Я могу объяснить…

— Не трудитесь.

Куратор захлопнул папку и аккуратно положил её на край стола.

— Вы — разочарование. Мы списываем вас.

Слова упали в тишину, приговором. Матвей почувствовал, как внутри что-то обрывается и земля уходит из-под ног.

— Подождите! — голос сорвался на визг, и он сам себя возненавидел за эту слабость. — Вы не знаете главного! Я проиграл не Воронову!

Куратор едва заметно приподнял бровь, всего на миллиметр.

— Неужели?

— Я проиграл фамильяру! Иди даже артефакту!

Куратор смотрел на него без выражения, но не перебивал. Это был шанс — единственный, крошечный шанс.

— Кот, — выпалил Матвей, подаваясь вперёд. — Чёрный кот, который был у того «Святого». Который поднял против меня весь город.

— Продолжайте, — голос Куратора остался ровным, но что-то в его глазах изменилось. — Но предупреждаю: если это ложь — вы будете умирать очень, очень долго.

Матвей сглотнул. Теперь нужно было врать убедительно. Врать так, словно от этого зависела его жизнь — потому что она и зависела.

— Я думаю, что это не животное, а древний фамильяр или био-артефакт. Я видел записи — кот появлялся и исчезал там, где это физически невозможно. Он смотрел в камеры так, будто знал, что за ним наблюдают. И каждый раз, когда мои люди были близки к успеху — каждый раз! — этот кот оказывался рядом, и всё шло к чёрту.

Он говорил всё быстрее, захлёбываясь словами.

— Святой этот — он же мальчишка! Откуда у него сила поднять целый город? Люди шли за ним как заворожённые, делали то, что он говорил, не задавая вопросов. Это не обычная харизма — это прямое воздействие! Ментальное, магическое, я не знаю! Но источник — кот! Он управляет вероятностями, влияет на людей, на события… Именно поэтому я проиграл!

Матвей замолчал, тяжело дыша. Куратор смотрел на него всё тем же немигающим взглядом вивисектора.

— Интересно, — произнёс Куратор наконец и надолго замолчал

Это было хуже криков, угроз, хуже даже того