Лавка пряностей - Марьяна Лисичко

— От кого? — собака уже начала подвывать, — От тех двух оболдуев, что ли? Да они нас не поймают, даже если мы сами придем к ним сдаваться!

— От ведьм.

— Ты же говорила, что они — не проблема.

— Я так думала, но, кажется, я ошиблась. У меня такое чувство, что я встречала ту старуху.

— Интересно, как и где ты могла ее встретить. Ей лет семьдесят, максимум восемьдесят. А нас вогнали в оцепенение еще в середине прошлого века.

— С ней что-то не так.

— Нано, я тебя прошу, не разводи паранойю! Она обычная знахарка! Не позволит себе высшая ведьма так постареть.

— И у обычной знахарки в помощницах ходит суккуб? Сомневаюсь. И сон недавно плохой приснился. Чую, пророческий.

— Что-то не припомню, чтоб пророчества были среди твоих талантов.

— Вещие сны бывают и у обычных людей, напрочь лишенных магии. Чем я хуже?

— Ничем, Нано, — собака опустила голову и тяжело вздохнула.

— Не вздыхай. Пойдем домой.

— Домой, ха! Это ты называешь домом?

— Тебе все не так. Ты слишком избалована для собаки.

— Я тебе и не собака!

Белая лайка прыгнула, перегородив путь своей хозяйке, вздыбила шерсть и глухо зарычала. Нано опешила от такой выходки своего фамильяра, но быстро поняла причину. За поворотом тропинки стояла лавочка, на которой ворковали уже знакомые ведьме охотник и суккуб. Рыжего кота поблизости не нашлось, а человеческим слухом разговор странной дамы и ее собаки невозможно было услышать с такого расстояния. Попадаться на глаза тем, кто занят её поисками, Нано не захотела. Риск был ни к чему, особенно на голодный желудок.

Ведьма развернулась и пошла в обратном направлении. Собака, продолжая недовольно ворчать, посеменила чуть впереди. Тата была права, им обеим нужна была охота. Но от этой правоты не становилось легче.

Почему именно этот город? Этот вопрос не давал Нано покоя. Она хотела затеряться в огромном городе, где гораздо легче скрываться от посторонних глаз и заметать свои следы. Так же были и другие маленькие города, где не было ни высших ведьм, ни охотников. Почему же ее притянуло сюда, а не куда-то в другое место?

Уехать! Это же так просто — взять и уехать оттуда, где нет никаких корней. У Нано не было корней вовсе. Её родители давно умерли, о детях не стоило и думать, а единственное место, которое ведьма могла бы назвать своим домом, перестало существовать больше двухсот лет назад. Однако, этот маленький город держал ее словно клещами.

Что-то здесь было такое, к чему стремилось все естество Нано. И тем больнее казалось непонимание Таты. Маленькую белую лайку никуда не тянуло и ничего не держало. Её смыслом жизни была охота. От дикой собаки ее отличало умение говорить и редкая для фамильяров способность — телепатия. Но, если обычные спутники ведьм могли обмениваться мыслями только со своими хозяевами, Тата не была ограничена в объектах. Более того, она могла не только читать мысли — внушать и подавлять волю лайке тоже было под силу.

Такова была участь фамильяров у необычных ведьм. Нано можно было назвать кем угодно, но только не обычной. В прочих обстоятельствах можно было бы сказать, что она родилась для величия. В жизни же судьба действовала иначе, чем в сказках. Если этой ведьме и было уготовано величие, то испытаний на ее долю выпало гораздо больше, чем даже в самых страшных эпосах.

Смерть, дышащая Нано в затылок с самого ее рождения, была не самой главной проблемой. Сложно было сказать, что именно стало самой большой проблемой, — их было непомерно много. Ведьма давно перестала перебирать все свои беды и вычленять из них главные.

Покосившийся бревенчатый дом на самой окраине городка служил убежищем для ведьмы и ее фамильяра уже почти три месяца. Защитное заклинание давало видимость необитаемости, даже когда Нано и Тата находились внутри, включали свет, топили печь и шумели. Разумеется, изнутри дом не выглядел такой же развалиной, как снаружи. Там было электричество, вода и канализация, лишь отопление было печное. Для той, кто научился топить печь в четыре года, это даже трудностью не стало.

В холодильнике ведьму и фамильяра ждал ужин: простая каша из пшена для первой и кусок мяса для второй. Обычным фамильярам не нужно было есть, но не Тате. Существенным минусом уникальности белой лайки стал самый обыкновенный голод. Особую страсть собака питала к сырому мясу.

Тот кусок, что Нано выложила в собачью миску, еще пару дней назад был частью соседской козы. Белая лайка просто внушила козе перебраться к ним на участок, а потом самолично загрызла. Ведьме оставалось лишь разделать мертвое животное, чтоб сохранить остатки туши и растянуть их на несколько дней.

Соседи пропажу козы, конечно же, заметили. Но ни они сами, ни другие жители улицы и не подумали о том, чтоб искать скотину на заброшенном участке, который вовсе не был заброшен. Мысли людей сбивались защитным заклинанием, стоило им посмотреть или подумать о покосившемся домике на самой окраине.

К несчастью для Нано, та коза не была первой жертвой ее кровожадного фамильяра. В её холодильнике поочередно оказывались соседские овцы, козы и собаки. Кошек и кур Тата съедала сразу, оставляя лишь пару косточек. Пропажу животных раз за разом списывали на бездомных и наркоманов, которых развелось великое множество. Парочке бомжей даже намяли бока, а нескольких пойманных наркоманов сдали в милицию. И никого не смутило, что скотина продолжила пропадать.

Тату ведьма не ругала, хотя курочек и собак ей было жалко. Но какой смысл ругать фамильяра, в чьих особенностях виновата сама Нано? Всё, что могла сделать женщина, — это присматривать для своей белой лайки новые жертвы среди тех, кого не жалко. И, конечно же, участь отмывать кровь с белоснежной шерсти тоже досталась самой ведьме.

— Нам нужна охота! — проглотив остатки мяса, сказала Тата.

— Ты только что поела! — парировала Нано.

— И что? Ты знаешь, что это не то. Мне нужно живое мясо!

— Знаю, — ведьма тяжело вздохнула.

— И тебе тоже нужна охота!

— Нужна, — грустно согласилась Нано и обхватила голову руками.

У нее не было проблем с принятием самой себя и необходимостью охоты. Ведьме не давал покоя ее сон. Ночью ей снилась мама. Мама и огонь. Много огня. Во сне заживо горели Нано и её мама.

Тата уловила мысли и воспоминания хозяйки. Напрочь лишенная эмпатии собака вдвойне не понимала причину переживаний. Мама Нано умерла, и уже очень давно. Сон никак не мог быть пророческим. Ни одна, даже самая