Похититель реальности - Пол Энли

представляет собой эмерджентный феномен, возникающий при взаимодействии виртуальных частиц, которые нельзя наблюдать напрямую. Образно выражаясь, физическое «ничто» квантового вакуума заполнено бесконечным множеством крохотных кусочков воображения, которые существуют вне размерности и времени.

С моей точки зрения, очень похоже на кучу единорогов, вернее, на «ничто».

Почти никто не засмеялся. Большинство слушателей непонимающе таращились, ерзая на сиденьях.

– Что, никто не смеется? Да ладно вам, это же забавно!

Ух, ну и публика, – подумал Дариан.

Но дело было не только в этом. Он чувствовал, как накаляется атмосфера.

Что-то не так.

Сделав глоток воды, Дариан с чувством смутного беспокойства вернулся к лекции.

– Целая вселенная, в которой нет ничего, кроме виртуальных частиц, крайне хаотична, но нам показалась бы совершенно пустой. В ней спонтанно возникают виртуальные частицы самых разных видов, но после краткого взаимодействия они почти сразу исчезают.

Большинство таких взаимодействий очень недолгие, поскольку незавершенные волны соседних частиц почти наверняка не совпадают по резонансу.

Это подводит нас к вопросу, который и послужил мотивацией для моей исследовательской группы: как вселенная, наполненная хаотичными нестабильными виртуальными частицами, могла породить упорядоченную реальность, которую мы наблюдаем сегодня?

Как вообразить полностью естественный механизм эволюции виртуальной материи в реальную путем естественного отбора без вмешательства или толчка со стороны разумного творца? Другими словами, без участия Бога?

Главная проблема самопроизвольного возникновения вселенной из ничего касается вовсе не создания материи и энергии. Как мы уже выяснили, физическое «ничто» отнюдь не пусто. Квантовый вакуум, глубже самого глубокого вакуума в открытом космосе, буквально забит энергичными виртуальными частицами.

Проблема заключается в том, что во вселенной до Большого взрыва виртуальные частицы еще не успели породить согласованный набор стабильных, упорядоченных правил взаимодействия. Они существовали, просто их существование не отличалось устойчивостью.

Наша новая теория выросла из размышлений над этой проблемой. Что, в свою очередь, привело нас к следующему вопросу, а потом к следующему, и так далее. Как виртуальные частицы, заполняющие великое ничто до Большого взрыва, образовали стабильные связи посреди окружающего хаоса? Как взаимодействия виртуальных частиц распространялись от одной пары к другой?

Наша лучшая гипотеза на этот счет звучит так: упорядоченная вселенная начала выкристаллизовываться из хаотичного бульона виртуальных частиц благодаря уже упомянутому мной резонансу. В очень редких случаях рядом оказывались частицы, колебания которых при наложении могли образовать стоячую волну в квантовом поле. Такие стоячие волны были первыми реальными частицами и стали островками стабильности посреди вселенной хаоса.

Стоячие волны этих реальных частиц вступали во взаимодействие с незавершенными волнами своих виртуальных соседей. Наши модели показывают, что после множества попыток – слишком большого, чтобы сосчитать, – этот процесс мог привести к образованию более крупных стабильных областей. Хотя вероятность такого исхода крайне мала.

Но до того, как произошел Большой взрыв и сложилась причинность, которую мы знаем и любим, даже крайне маловероятные события должны были рано или поздно произойти со стопроцентной гарантией.

Резонансы легли в основу правил, определяющих, как взаимодействуют материя и энергия, иначе говоря, в основу законов природы. Законы эволюционировали из этих первых взаимодействий. Их не создавала и не навязывала внешняя сила. Резонансы, благодаря которым сложились принципы образования и взаимодействия частиц, возникли случайным образом из бесконечного множества вариантов.

Наша вселенная, сформированная этим процессом, сосуществует с бесчисленным множеством других виртуальных вселенных. Однако, в отличие от нее, эти виртуальные вселенные не смогли сформировать стабильный набор взаимодействий и стать реальными.

Это отличает нашу теорию от так называемой теории мультивселенной, согласно которой любая вселенная, которая может существовать в потенциале, существует и в действительности. Отчасти это верно, но реальной, иначе говоря, стабильной смогла стать лишь наша вселенная. А альтернативные так и остались виртуальными, не сформировав достаточного количества стабильных связей между своими виртуальными частицами. Все эти бесчисленные варианты по-прежнему существуют: они вступают во взаимодействие, появляются и исчезают. Уму непостижимо, правда?

Дариан переключился на слайд с аналоговым секундомером. Поверх изображения был выведен большой знак вопроса.

– У меня есть для вас еще одна головоломка. Подумайте о колоссальном, практически бесконечном количестве взаимодействий, необходимых для образования нашей вселенной, а также об абсурдно малой вероятности того, что нужные частицы окажутся в строго определенном месте в строго определенное время. Представили?

А теперь, с учетом сказанного, сколько времени, по-вашему, потребовалось нашей вселенной, чтобы воплотиться в реальность, то есть развиться естественным путем из окружающего хаоса? Кто-нибудь попробует угадать?

Дариан оглядел зал. На экране продолжала двигаться стрелка секундомера. Он дал публике помучиться несколько секунд.

– Нет желающих? Вас можно понять. Вопрос как-никак с подвохом. Во вселенной, которая, как я и описал, только пытается возникнуть, вопрос о времени не имеет смысла.

Невозможно измерить время до того, как возникнут первые стабильные взаимодействия. Хаотичная вселенная существовала вечно. Время было неизмеримо, насколько это можно вообразить. Без причин и следствий время не имеет направления.

В такой хаотичной вселенной время можно грубо определить как возможность наступления того или иного события. Приняв такой подход, мы видим, что у вселенной было достаточно времени, чтобы развиться в реальность. Ведь возможности, по сути, бесконечны.

Есть и другой вопрос, над которым мы уже давно ломаем голову: как все это могло привести к Большому взрыву?

Пока что наш ответ выглядит так. Если частичные волны виртуальных частиц могут без труда сосуществовать в одной точке пространства, то в случае со стоячими волнами идентичных реальных частиц, особенно тех, что мы называем фермионами, все иначе. В этом заключается принцип запрета Паули.

Помните островки стабильности, о которых я упоминал раньше? С ростом количества таких областей они мало-помалу объединялись в достаточно крупное ядро.

Влияние этих областей на соседние виртуальные частицы за счет резонанса стало огромным. Стабильные взаимодействия начали распространяться наружу, что приводило к появлению все новых реальных частиц. Ядро реальности разрасталось со сверхсветовой скоростью, поскольку резонанс виртуальных частиц не ограничивается скоростью реальных фотонов.

Виртуальные частицы, объединяясь в реальные, не любят занимать одно и то же пространство. Они стремятся разойтись. Это привело к высвобождению колоссального объема энергии, кульминацией которого стал Большой взрыв. Хотя, на мой взгляд, правильнее было бы говорить о Большом цветке.

Наша вселенная не взорвалась, а расцвела посреди хаоса. Область стабильной реальности распространилась в окружающее пространство, где раньше существовали лишь несогласованные виртуальные частицы. Я считаю, что этот процесс до сих пор происходит на границах реальной вселенной, которая продолжает расширяться со сверхсветовой скоростью в бесконечном хаосе виртуальных частиц.

В этом смысле древние греки были правы: наша вселенная действительно существовала всегда. Вселенная хаотичной виртуальной материи существовала вечно до Большого