Похититель реальности - Пол Энли

взрыва. Эта виртуальная материя – источник нашей вселенной, а стабильные взаимодействия, которые сложились между сливающимися виртуальными частицами, мы воспринимаем как законы природы.

Дариан сделал паузу, чтобы выпить воды и перевести дух.

– Я прекрасно понимаю, что описанное мной кажется вам невероятным и уж точно не очевидным. Превыше всего наука ценит прагматичность. Мы можем строить самые экстравагантные теории и гипотезы, но их научное признание возможно только после того, как они пройдут проверку реальностью. Реальность всегда выступает окончательным арбитром истины.

Каким же образом проверить эти идеи? Как перейти от диких предположений к научно обоснованным знаниям? Мы не можем вернуться в прошлое на 13,8 миллиарда лет, чтобы проверить происхождение вселенной, и не можем отправиться на триллионы лет в будущее, чтобы узнать, что с ней станет.

Вот здесь и начинается самое интересное. Мы считаем, что можно создать устройство для генерации сложных полей, которые будут усиливать и отбирать конкретные взаимодействия между виртуальными частицами. И я говорю не о тех частицах, которые естественным путем превратились в реальные частицы нашей вселенной.

Дариан заметил, как несколько человек смерили его недоверчивым взглядом.

– Как только эти виртуальные частицы войдут в резонанс, они сформируют крошечные вселенные с собственными законами природы, отличными от наших.

Еще несколько человек нахмурились.

– Такие поля мы называем «полями консолидации реальности», или ПКР, поскольку они консолидируют новый набор законов природы в заданной области пространства. Оказывается, сгенерировать ПКР на удивление легко. Все, что требуется, – это рассчитать форму поля, которое позволит выбирать новые резонансы между соседними виртуальными частицами.

Для этого подойдет любое поле, но электромагнитные сгенерировать проще. Самое сложное – это вычислить форму перекрытия большого количества электромагнитных полей, чтобы приоритет получали конкретные резонансы между виртуальными частицами. Как нетрудно представить, математика довольно сложна.

Физики в зале понимающе усмехнулись.

Дариан еще раз сверился с подпрограммой матрицы. Никто не вызвал тревоги, кроме уже отмеченных преподобного Ламонтаня и мужчины в жилете. Нужно присматривать за этими двумя во время ответов на вопросы.

– Сейчас моя команда занимается разработкой очень быстрого и мощного компьютера, а также новых направлений математики, при помощи которых мы будем вычислять поля, необходимые для генерации ПКР в очень малом объеме идеального вакуума – около ста кубических сантиметров.

Как только эта задача будет решена, мы проведем серию экспериментов, чтобы проверить, действительно ли физические свойства внутри ПКР отличаются от тех, что определены законами нашей вселенной. Я рассчитываю, что уже в течение нескольких месяцев мы сможем доказать правильность наших выводов, и предвижу последующий сдвиг научной парадигмы.

Среди моря озадаченных, скучающих и раздраженных зрителей Дариан насчитал удручающе мало тех, кто по-прежнему слушал его с неподдельным вниманием.

Отвлекшись, он не заметил, как преподобный Ламонтань обменялся взглядом с рассерженным мужчиной. Тот едва заметно кивнул.

Глава 27

По меркам конференц-залов этот был довольно необычным. Стол из витражного стекла стоял на мягком облаке, которое парило в девяноста метрах над залитым солнцем Пляжем жизни, даруя особым гостям толику уединения вдали от загорающих толп.

Хрустальные лестницы соединяли сотни парящих столиков на нижних ярусах ресторана. Но доступ к самому верхнему был открыт лишь избранным. Как и следовало ожидать, попасть сюда можно было лишь благодаря чудесному стечению обстоятельств или близкому знакомству с Менеджером. Дарья не могла похвастать ни тем, ни другим. Она просто взломала частника, который выполнял роль Помощника Менеджера, и теперь могла в любой удобный момент использовать это приятное и безопасное место для встречи с членами своего ближнего круга.

Уединение облачного столика, на который пал выбор Дарьи, прекрасно способствовало рабочей атмосфере, несмотря на манящий пляж с пальмами. Увы, сегодня этот пейзаж, будто сошедший с открытки, ничуть не прельщал четверку ближайших соратников Дарьи: Мэри, Лейшу, Герхардта и Кивэя. Их отчаяние было слишком глубоким, чтобы они откликнулись на зов белоснежного песка и нежного аквамаринового прибоя далеко внизу.

Райский берег относился к интрамирам с высокой степенью магии. Здесь допускались заметные послабления привычных законов физики и социальных норм. Чтобы усилить иллюзию природной красоты и умиротворения, среди пальм расположили хижины с соломенными крышами. Вместить многочисленных посетителей первым разработчикам интрамира удалось с помощью небольшой хитрости. Благодаря уникальной конструкции и особым пространственным свойствам внутри небольшого бунгало были сосредоточены тысячи персональных, полностью приватных номеров, и из каждого открывался тот же захватывающий вид на пляж и прилегающий тропический лес.

Над сверкающей бухтой без видимой опоры парили огромные прозрачные сферы-бассейны. У каждого бассейна имелось собственное гравитационное поле, благодаря которому пловцы могли скользить по всей поверхности. Диаметр сфер варьировался от двадцати до нескольких сотен метров, и все они были соединены извилистыми трубами, горками и мостами. Перед таким водным лабиринтом не могли устоять ни пловцы, ни зрители.

По лабиринту носились посетители с телами самых разных форм. Наибольшей популярностью пользовались дельфины, пингвины, кальмары и выдры, и каждый вариант можно было дополнить любой комбинацией плавников, ласт, лап, реактивных струй и крыльев.

Лейша с грустью поглядывала на серферов в километре от берега: те тренировались на сорокаметровых виртуальных волнах, которые с умопомрачительной скоростью обрушивались на коралловые рифы. Она могла по достоинству оценить мастерство тех, кто на одной руке балансировал на самом кончике доски, – этот трюк ей пока не удавался. Некоторые из ее друзей и вовсе отказывались от досок, предпочитая ощущать волны непосредственно симулированной кожей.

Лейша на собственном опыте убедилась, что Райский берег легко прощал безрассудство в погоне за чувственными впечатлениями. В зависимости от тяжести травмы в симуляции исцеление наступало обычно в течение нескольких часов или даже минут, после чего можно было вернуться в интрамир и продолжать веселиться.

Со смертью все обстояло иначе: новые подключения запрещались на сутки реального времени. Для Лейши изгнание в экстрамир без развлечений и компании, не считая собственных мыслей, было мучительнее любых виртуальных травм. Такую «передышку» ей доводилось переживать не один раз.

Когда ей хотелось чего-то менее опасного, но столь же захватывающего, она отправлялась на водные горки. Слоган «Больше, лучше и быстрее» оправдывался на все сто процентов: трассы возвышались над пляжем на целый километр и изобиловали петлями и поворотами, невозможными ни на Земле, ни на любой реальной планете. Непредсказуемые изменения гравитации в разных точках трассы заставляли посетителей ускоряться и притормаживать, испытывая их навыки и виртуальную смелость.

Лейше нравилось, что она могла с одинаковой легкостью то разгоняться в верхней половине петли, то отталкиваться от водной трубы, из-за чего приходилось разводить руки и ноги и отпрыгивать от