Приговорённые к счастью. Книга 2 - Сергей Матвиенко

– Если, конечно, наш Бальтазар прав и дело было именно так, – договорил за него землянин. – Чему я тоже категорически не верю…

Емельян Сергеевич, с которым поделились трансляцией Вернера, показал пальцем на экран в своей каморке, где пересматривал запись первой в истории человечества битвы с пришельцами.

– А дубинки эти им зачем? Бальтазар, это сможете объяснить? Ещё одно страшное секретное оружие Вернера невероятной разрушительной силы? Вы эти штуки нигде до этого не видели? – не удержался он.

– Не видел, – улыбнулся Бальтазар беззлобной подначке. – Вернер – исключительно добрый человек. Вероятно, не хотел никому причинить вреда, отсюда это игрушечное оружие. Чистое баловство.

– А светятся они зачем, для баловства? – Емельян Сергеевич поглядел на остальных со смешинками в уголках глаз, словно приглашал их тоже поучаствовать в этом балагане.

– Для зрелищности, – быстро нашёлся Бальтазар, сохраняя спокойствие посреди окружающего его недоверия. – Как и эта бегущая строка на боку тарелки. Чтобы впечатлить.

– А зачем? – не сдавался землянин, видимо, решив, что на всякого мудреца (пусть тот даже слегка не в себе) довольно простоты.

– Чтобы мы все, впечатлившись, поверили, что это настоящие космические пришельцы…

– Ну и?..

– Мы обрадуемся этому… и он, Вернер, нас всех уничтожит, хотя мы этого и не заметим, – закончил свой логически небезупречный вывод Бальтазар.

– Ясно, – с грустью подытожил Емельян Сергеевич.

Альберт и Дмитрий, смущённые, попрятали от Бальтазара взгляды.

– Ещё один гуманоид! – едва ли не с облегчением показал на экран Альберт. – Выскочил из ворот того зелёного ангара. Наверно, по цехам бегал. Бочку, что ли, искал?

И верно, пришелец тащил, прижав к груди, какой-то вместительный бочонок.

– Это же ёмкость эссентариума! – крикнул Дмитрий. В азарте посмотрел на Альберта, потом на Бальтазара, но сразу отвёл от него глаза. – Огроменная. В такую целый городок поместится. Ты бы, малец, с ней поосторожнее.

– Это контора «Реактивных зигзагов», – догадался Бальтазар. – Теперь все концы в воду.

Емельян Сергеевич стукнул по своему шаткому столику кулаком, проломив тонкий пластик.

– Говорите вы, Бальтазар, странные вещи, а нет-нет всё-таки скажете что-то разумное. Думаю, вы правы насчёт бочки. Ну ничего, исследовательская химическая лаборатория всё равно снаружи, у нас. Реактивы, химикаты, колбы, горелки, что там ещё… Всё обыщем, чего-нибудь обязательно найдём.

– Думаю, пришельцам от Вернера что-то надо, – задумчиво произнёс Альберт. – Может, он с ними давно в контакт вступил? Подвёл их или секреты украл?..

– А это мысль! – одобрил Емельян Сергеевич. – Бальтазар, это объясняет виденный вами инопланетный космолёт в ангаре Вернера, – показал он на тарелку.

К этому времени пришелец дотащил до неё бочку. Из нижней части тарелки выдвинулся, разворачиваясь, лестничный трап, по которому спустилась пара всё тех же существ. Они, поддерживая с боков товарища, помогли ему шагнуть на невысокую первую ступеньку, все вместе опустили бочонок, поставив его на торец, махнули кому-то и поехали вверх на пришедшей в движение лестнице. Длинный язык трапа свернулся следом, втянулся внутрь и запечатал собой прямоугольное отверстие, из которого он и появился.

– Объясняет, кроме одного. Того, что Вернер всех нас погубит, а мы и не заметим, будем в это время от радости в ладоши хлопать, – заявил Бальтазар. – Но, возможно, это и в самом деле настоящие бесы, что одержали Вернера и орудуют через него. Тогда я соглашусь с Альбертом. Но это слишком сложно… Моя мысль проста и ясна: всё подстроил Вернер, потому что он добрый человек и хочет, чтобы все были счастливы в самом конце…

Все трое бросили смотреть на корабль пришельцев и переглянулись меж собой. Емельян Сергеевич, наливаясь краской, уставился на Бальтазара, а расстроенные Альберт и Дмитрий, наоборот, отвернулись.

Дмитрий вздрогнул.

– Взлетает? – показал он на тарелку, пускавшую снизу дымы. – Это что, зажигание? Допотопненько.

– Сел на ионных, а взлететь на них же уже не смог?.. М-да, может, сие недоразумение в мишуре огоньков – и впрямь творение гения Вернера? – шутливо заметил Альберт.

В это время в комнатушке Емельяна Сергеевича послышался чей-то отрывистый голос, отборным матом требовавший срочно его соединить, потому что он, мол, боевой генерал. Тот подчинился, и на экране появился стриженный «под ёжик» военный в форме с погонами космического десанта. Сидел он в штурманском кресле. Оторвавшись от приборной панели, генерал представился неразборчивой скороговоркой, затем, оглядевшись, выцепил одного землянина, проигнорировав лунян, и заорал на него:

– Ты почему, мать твою, своих бойцов в лагерь отпустил? А они ещё и оружие у тебя побросали?! Это дезертирство! Вы все дезертиры! Ты, паникёр, сдался без боя! Под трибунал захотел? – генерал хлебнул воздуха отдышаться. – А ну, покажи их космолётик, – уже спокойнее потребовал он.

– Это была полицейская операция, а не военная. Мы – гражданская служба, – вежливо напомнил ему вставший и вытянувшийся перед ним Емельян Сергеевич, выведя пыхтевшую реактивной струёй тарелку крупным планом. Та к тому времени поднялась метров на тридцать.

– Уже нет, сынок. Нам объявили войну! Эти, – показал генерал на инопланетный кораблик, – уничтожили наши базы за Плутоном. Чего хотят, неясно, предъявили ультиматум. Угрожают! Ты со своими людьми теперь в моём подчинении, раз здесь других не оказалось.

Емельян Сергеевич медленно, как и положено на Луне, бухнулся в кресло.

– Мы тоже? – спросил Альберт.

Генерал прожевал губами невнятное ругательство.

– Без вас справимся, сидите по своим банкам. Отключи их! – потребовал он у Емельяна Сергеевича.

Тот потянулся к пульту, но остановился и помотал головой.

– Мы работаем вместе.

– Отлетался, твою перемать! – не слушая, бросил кому-то генерал, видимо, кораблю пришельцев. – Следак, молись, чтобы твои люди не попали под мои лазеры и пушки. Затем пошлю вас на разведку. На среднюю мощность… – обратился он к кому-то. – По дюзам цельсь. Жги!

Дюзы тарелки озарились ярко-синим сиянием аэрозоля реактивного выхлопа, безымянный генерал завопил, и связь с ним оборвалась. Полыхание лазерного залпа погасло, и тарелка, целёхонькая, продолжила свой неспешный набор высоты, а на место рядом с тем, с которого она взлетела, рухнул огромный по сравнению с ней космический истребитель с обугленным тубусом лазерного орудия.

– Сам себя сжёг, – выдохнул Дмитрий, – своим же лучом.

– Обалдеть! – охнул Альберт. – Луч будто обогнул тарелку пришельцев и вернулся.

Из космической тарелки, как и в прошлый раз, высунулась труба и нацелилась на место крушения боевого корабля. Но ничего не произошло, тот так и остался лежать на боку беспомощным китом, выброшенным на берег из своей космической стихии. От истребителя с живым или мёртвым генералом внутри раструб развернулся к ангарам «Реактивных зигзагов» и по одному стёр все строения, будто прошёлся светящейся фиолетовой губкой по изрисованной домиками школьной доске.