Приговорённые к счастью. Книга 2 - Сергей Матвиенко

На месте прежде обширной застройки остались лишь глубокие котлованы, обнесённые нетронутым забором, а на них всё так же работали видеокамеры, отображавшие этот апокалипсис местного масштаба.

– Вот дрянь! – проскрипел Емельян Сергеевич. – Всё подчистили! Они что, с ним заодно?

Неожиданно восстановилась связь с упавшим боевым кораблём, и на экране снова появился генерал в своей командирской рубке. Судя по свисавшему с головы ремешку наушников, его кресло круто завалилось набок, а сам он наполовину висел на ремнях безопасности, но, кажется, не обращал на это никакого внимания. Злобно ощерившись, схватив пятернёй свой короткий «ёжик», дёргая его и чертыхаясь, он пожирал взглядом картинку на мониторе приборной панели.

– Вот ты где! Попался. Врёшь, не уйдёшь! – прорычал он, закусив кулак. – Попробуй это отрази! Пушки по правому борту, цельсь!

Пара орудийных турелей на корпусе корабля ожили, развернув в зенит пушечные стволы.

– Очередями. Огонь!

Пушки заплевали пламенем, и к космолёту пришельцев устремились две яркие нити красных точек трассирующих снарядов. Но перед тем как они пересеклись на космической тарелке, та исчезла. Снаряды взорвались в пустоте.

– Цель утеряна, прекратил огонь, – бесстрастным голосом доложил корабль.

Бросив хохотать и месить кулаками воздух, генерал с открытым ртом уставился на приборную панель.

– Что? Как?

– Цель удалилась с места поражения, – пояснил бесплотный голос. – Ускорение объекта около тысячи ж.

– Ионным оружием залп вдогонку с упреждением на последнюю скорость! – завопил генерал. – Заряд! Выстрел!

– Отказ выполнения: на радарах обнаружен нулевой объект воздействия. Опция не предусмотрена. Ошибка протокола обратной связи. Плюс механическое повреждение шины данных. Отключаюсь на самообслуживание.

Выпав из боевого неистовства, генерал увидел, что за ним наблюдают четыре пары изумлённых глаз.

– Что это значит? – поднял он голос, глядя на них в недоумении.

– В смысле, что мы здесь делаем, или вы хотите наше мнение насчёт увиденного? – вежливо переспросил генерала Альберт. Голос его слегка дрожал.

Тот поморгал на него, словно баран на новые ворота.

– Ну, пусть второе… Это значит, что устроенный вами фейерверк ознаменовал чужую победу, – философски ответил ему Альберт.

– Дикие аборигены и колонисты… – горько усмехнулся Дмитрий. – Стрелы и копья против ружей и пушек.

– Нам конец! – заключил Емельян Сергеевич, перестав сверлить генерала озадаченным взглядом.

– Главный злодей улизнул, – вздохнул Бальтазар. – Не по зубам антихрист нашему «небесному воинству»…

Емельян Сергеевич с раздражением посмотрел на него.

– В обыденном смысле…

Глава 28. Без вины виноватый

Пошушукавшись о чём-то за спиной Бальтазара, Дмитрий и Альберт отсели за отдельный стол с монитором связи и тихо переговаривались с кем-то третьим, очевидно, Емельяном Сергеевичем, их земным куратором, пропавшим с общего переговорного экрана. Бальтазар кидал на них обречённые взгляды, но они усиленно делали вид, что заняты чем-то чрезвычайно важным, таким, что лучше бы их не беспокоить.

«Отщепенец…» – с грустью вздохнул он.

Утихомирившийся генерал выпутался из ремней безопасности и ожидал, когда его вызволят из чрева погибшего истребителя, – Емельян Сергеевич послал ему на выручку команду спасателей.

У генерала выспросили имя, и он представился повторно. Бальтазару сначала послышалось, что зовут его Зевс или очень созвучно, и имя вроде бы неплохое и подходящее, но Емельян Сергеевич переспросил, сам не расслышав, и оказалось, что зовут его Ховис. Хмыкнув, Бальтазар решил, что это имя подходит ему куда больше, особенно если не произносить первое мягкое «Хэ».

В тоскливом одиночестве генерал Ховис переглядывался с Бальтазаром, осматривал перепаханную площадку уничтоженных «Реактивных зигзагов» и качал головой. «Дикари, значит», – шептал он себе и плевался. Тыкал пальцем в кнопки приборной панели, пытаясь по просьбе Емельяна Сергеевича сбросить видеозаписи своего борта на переносной накопитель для отправки на Землю.

Бальтазар решительно не понимал, что ему делать дальше. Хитрый Вернер любезно предоставил им доступ к своим видеокамерам сверхвысокого разрешения, и те подробно всё записали: и нападение пришельцев на «Реактивные зигзаги», и бесславное сражение с ними полицейского спецназа, и последующее – военного корабля. Ещё и бравый вояка Ховис свои данные передаст. Видеокадры решают всё, а не его слова, слова безумца. Смотри это кино и делай однозначные выводы о нападении пришельцев. А Бальтазара даже слушать не станут, он был уверен, что и не пригласят в качестве свидетеля. Зачем душевнобольному давать показания? Лучше побережём его нервы… А надо бы, чтобы пригласили. В крайнем случае запишут в протокол его веское слово и, быть может, задумаются…

Обернувшись на озабоченно шепчущихся друзей, которые, заметив его требовательный взгляд, ещё сильнее склонили друг к другу головы, он решился. «Дима, надеюсь, ты меня простишь…»

С уныло согбенной спиной Бальтазар медленно подвинулся к компьютерному экрану, загораживая его, и притянул к себе клавиатуру. Пробежавшись по ней лёгкими пальцами, он набрал пароль Дмитрия. Среди вороха папок он быстро нашёл нужную, в которую сохранялась нарезка видео с площадки «Реактивных зигзагов». Доказательства «инопланетного вторжения» для отправки по инстанциям. Нет, никуда это не отправят. Не раздумывая, Бальтазар отменил запись продолжавшего заливаться к ним уже бесполезного видеопотока, подчистил весь видеоархив без возможности восстановления, будто здесь никогда ничего и не было, а затем подтёр логи своих, а вернее, Дмитрия, противоправных действий (тот для простоты обновлений системы назначил себе права администратора всей их локальной сети).

– Эй, слышь? – позвал Бальтазара чей-то голос.

Тот вздрогнул, оторвавшись от созерцания (не без злорадства) дела рук своих. Спешно закрыв командное окно, где он орудовал под учёткой Дмитрия, Бальтазар поднял глаза. Генерал таращился на него и подмигивал.

– Как на флешку видео сбросить? – одними губами, чётко артикулируя на космолингве, спросил Ховис. – ИскИн проглючил, не работает.

– Долго объяснять, – так же тихо, по-заговорщицки, ответил ему Бальтазар. – Могу показать.

Пару раз моргнув, генерал кивнул.

– Ярче нас только солнце, – прошептал он девиз космодесантников.

Хмыкнув про себя: «Мог бы и сам догадаться», Бальтазар открыл перекинутое генералом гостевое окно подключения, набрал его имя и девиз в качестве пароля. Зашёл! Ну, здравствуй, кораблик. Он кивнул Ховису, и тот с облегчением улыбнулся.

Дальше было дело техники, ну и, конечно, ловких пальцев, бодро отбивавших на клавиатуре системные команды. Чуть посложнее обычной перепрошивки, не припомнить, сколько он их сделал в бытность технаря-ремонтника в дальнем космосе. Главное, чтобы ИскИн не проснулся, этот сразу шум подымет. Генерал же с восхищением неофита смотрел на бегущие у него по экрану строчки кода, команд и системные отклики на них.

Бальтазар быстренько написал код процедуры, которая перемешивала передаваемые в неё файлы в кашу, и в фоновом режиме запустил через неё удаление всего хранилища. Такое из корзины восстановить будет сложно. Для глаз генерала Бальтазар запустил поверх открытых им окошек копирование превращаемого в мусор видеоархива