Тактик 11 - Тимофей Кулабухов

На несколько секунд воцарилась тишина. Все взгляды были прикованы к мешочку, лежащему на башне. Он выглядел безобидно, но в этом мире безобидность часто была самой опасной маскировкой.

— Фомир!

— Что, командор? Снова сделай фокус, проверь посылочку?

— Ну, да.

Мой главный маг убрал орехи, потёр руки и вышел вперёд. Он не стал подходить близко. Остановившись на границе круга, он прикрыл глаза и начал медленно водить руками по воздуху. Его пальцы чертили невидимые руны, которые слабо мерцали в утреннем свете.

В этот раз процесс проверки затянулся.

Я наблюдал за ним. Фомир был циником и выпивохой, но в своём деле он был профессионалом. Его лицо было полностью сосредоточено, губы беззвучно шептали слова заклинаний. Он сканировал предмет, слой за слоем снимая с него магическую шелуху.

Прошла минута. Затем вторая. Напряжение было почти осязаемым. Фаэн в нетерпении переминался с ноги на ногу, его ноздри раздувались, как у боевого быка.

Наконец, Фомир опустил руки и открыл глаза.

— Ну? — нетерпеливо спросил я.

— Чисто, босс, — выдохнул он. — То есть, это не пустой предмет, не бумажка. Но — никакой взрывной магии. Никаких проклятий, ни ментальных, ни физических. Даже следов яда нет. Это не ловушка.

— Тогда что это? — спросил Мурранг.

— Артефакт.

— Какой?

— Коммуникатор, — ответил Фомир, подходя к мешочку и без опаски поднимая его. — Одноразовый. Простой, но сделан на удивление качественно. Настроен на близкую и невозможную к перехвату связь между двумя источниками. Канал защищённый, я даже не понял, как они схему настроили.

Он развязал мешочек и вытряхнул на ладонь небольшой металлический амулет, замотанный в мешковину. Он был сделан из тусклого, похожего на олово, металла. Никаких украшений, никаких рун, видимых невооружённым глазом. Просто гладкий, прохладный на ощупь диск размером с очень крупную монету.

Я взял его у него из рук. Амулет был тяжелее, чем казался.

— Элегантно, — произнес я. — А как активировать?

— Нажать по центру, — ответил Фомир.

— Значит, мой визави хочет поговорить и даже передал говорилку? — задумчиво сказал я.

— И что теперь? — спросил Фаэн. — Будешь с ним говорить?

— А почему бы и нет? — я взвесил амулет на ладони. — Он показывает, что хочет, от пары слов хуже не будет.

Я направился вперёд по стене и двинулся к участку, где не было солдат.

Я остановился, посмотрел на амулет, он был холодным и гладким. Сделав глубокий вдох, очищая сознание от посторонних мыслей, я нажал по центру.

Амулет зажёгся несколькими яркими символами, а поверхность амулета вспыхнула тусклым, молочно-белым светом.

— Приветствую.

В следующую секунду из амулета родился голос. Он был спокойным, ровным, с лёгкими нотками напряжения, но это определённо голос человека, который привык контролировать ситуацию:

— Герцог Эссин.

— Герцог Ростислав Голицын.

— Рад, что Вы согласились на небольшой разговор, сэр Рос.

Я молчал, давая ему возможность продолжить. Это была его игра, он её начал.

— Полагаю, Вы уже оценили боеспособность моих сил, — продолжил голос, в нём не было ни извинения, ни хвастовства.

— Оценил, но, простите меня, не особенно высоко. Если Вас это утешит, Ваша позиция, тактика и войска на переправах через Мару были великолепны. Но, не в этот раз. Без обид.

— Хорошее выражение. Приму на вооружение.

— Да, просто констатация факта. Или я не прав?

— Почему же. У меня под началом пять тысяч триста двадцать семь человек ополчения, большинство из которых держали в руках оружие впервые в жизни, плюс четыре сотни гвардейцев, в том числе раненые. Против Ваших, если верить донесениям разведки, примерно девятнадцати тысяч закалённых в боях ветеранов. Любая атака с моей стороны будет не просто бессмысленной. Она будет преступной бойней.

Он сделал паузу, как будто ожидая моей реакции.

— Не стану спорить. Но всё ещё подозреваю засаду или хитрость.

— Если бы хитрость, герцог, — вздохнул Эссин.

— Тогда что? Скажу сразу, что словам не верю, проведу подробную разведку. И всё же, — спросил я, стараясь не скатиться в сарказм, — зачем Вы привели свои пять с половиной тысяч клинков на верную смерть? Вам не хватило поражения при нападении на колонну при реке Мара?

— Подлого нападения.

— Я не обещал честных сражений. Так в чём же дело? Вы понимаете, что происходит, понимаете, что шансов нет, но встали под стенами города? Вы же даже сбежать не сможете.

Я намеренно сгущал краски, прощупывая его реакцию. Мне нужно было понять, кто он. Слабак, пытающийся выторговать себе жизнь? Или хитрый интриган, который прячет козыри в рукаве?

Его голос остался таким же невозмутимым:

— Я ценю Вашу прямоту, герцог. Не говоря уже про интеллект. Само собой это не обман и не показушничество. Это исполнение приказа.

— Приказа? — я не смог скрыть удивления. — Чьего?

— Королевского, само собой, — ответил герцог.

— Вам приказали совершить массовое самоубийство? У вас в Бруосаксе это стандартная практика для неудавшихся командиров?

— Скорее всего, да, — в его голосе проскользнула тень усталости. — Я рыцарь и верный вассал короля Вейрана. Я получил от него прямой и недвусмысленный приказ: собрать все доступные силы и немедленно атаковать Кейкан, дабы отбить его у узурпатора и подлеца. Как человек чести, я не могу проигнорировать прямой приказ своего сюзерена.

Он сделал ещё одну короткую паузу, чтобы эта мысль дошла до моего сознания.

— И вот я оказался в щекотливой ситуации. Как разумный командир, я не собираюсь вести горстку неподготовленных ополченцев на ваши копья. Мобилизационный потенциал Бруосакса серьезно подорван войной. У меня не было ни времени, ни возможности собрать профессиональную армию. Вернее, был, но Вы и принц Ги меня здорово пощипали, тем более что некоторые мои рыцари по тем или иным причинам покинули меня, в том числе погибнув или под благовидными предлогами дезертировав. Но, однако же, ослушаться короля Вейрана в текущей политической ситуации означает не просто государственную измену. Это смертный приговор, также и для всей моей семьи.

Теперь все встало на свои места. Я понял его дилемму. Конфликт между долгом вассала и здравым смыслом. Между честью и эффективностью.

— Даже так? Ставки выросли, сэр Эссин.

— Да, сэр Рос. Поэтому направляя Вам амулет струнной связи