Вечное море - Го Цзинмин

путающимся дыханием, текла беспорядочно. Тэрэя закрыла глаза и быстро ощутила перемену в его силе: «Нашла!» Она стремительно вскинула руку и, из последних сил рванув вперед, прикоснулась к обнаженному нижнему левому боку парня – месту, где, как она только что определила, находилась Печать духа. Из кончиков ее пальцев быстро вырвались нити духовной силы и, подобно извивающимся ядовитым змеям, вцепились в загорелую кожу. Он успел почувствовать лишь, как ледяные иглы боли пронзили Печать, и, тяжело повалившись на черный камень, потерял сознание.

Духовная сила Тэрэи была на пределе, потому она наконец-то облегченно вздохнула, словно только что вернулась в мир живых. Она закрыла глаза, позволив телу расслабиться и прекрасно осознавая, что посреди этого снежного царства, полного бескрайних запасов элемента воды, сможет восстановиться.

* * *

Когда Тэрэя открыла глаза, день клонился к закату. Все снежное поле потускнело, лишившись своей прежней ослепляющей белизны.

Она тихонько села, после чего прогнала по линиям духовную силу внутри: за исключением серьезной раны между плеч, которая еще не успела восстановиться до конца, остальные ранения уже почти полностью зажили. Она встала на ноги и внимательным взглядом изучила неподвижно распластавшегося на камне рыжеволосого парня.

Его Печать на левом боку по-прежнему укрывал слой крепкого льда – шанс на жизнь, что вырвала для себя Тэрэя, находясь на волоске от смерти. Если бы она не запечатала его духовную силу, то сейчас бы, возможно, лежала бездыханной.

Незнакомец не спал, своими чистыми глазами он неподвижно наблюдал за Тэрэей. В его взгляде не было жажды убийства, не было злобы, лишь безграничная кротость и чистота, под мягкими ресницами его блестящие глаза напоминали чистейший янтарь, от которого нельзя было отвести взор.

Тэрэя подошла ближе и присела рядом. На всем его теле имелась лишь одна выкованная из серебра защитная повязка, охватывавшая поясную зону и самую интимную часть тела, пока все остальное оставалось обнаженным, почти всю поверхность его кожи покрывали таинственные темно-синие татуировки, имевшиеся в малом количестве и на щеках и слегка выпирающие на коже, что делало их похожими на вздувшиеся вены. Фигура у него была высокой и крепкой, с невероятно развитой мускулатурой, на подбородке виднелась слабая щетина, а на руках, ногах и даже на нижней части живота под пупком имелась заметная растительность.

– Я пришла, чтобы забрать тебя, я тебе не наврежу, понимаешь? – вглядываясь в лицо молодого парня и проговаривая каждое слово, произнесла Тэрэя, между тем опустив пальцы на его Печать духа. – Сейчас я собираюсь снять ледяную печать с твоей силы, но, если снова нападешь, я сразу же тебя убью. Понимаешь?

Он не кивнул, но и не покачал головой, лишь неподвижно смотрел на Тэрэю своими похожими на глаза олененка глазами, словно пытаясь заглянуть в душу.

Из пальцев девушки появились несколько ниточек силы, и лед на Печати стал медленно таять, однако она не спешила убирать руку. Тэрэя считывала изменения силы внутри его тела, она готовилась атаковать в случае, если он вновь попытается напасть.

Его тело постепенно стало обретать способность к движению и, пока девушка отвлеклась на его чарующие, будто бы янтарные глаза, неожиданно и едва заметно сдвинулось. Сердце ее оборвалось, и рука уже собралась направить силу на разрушение его Печати, но тут он крепко обнял ее, после чего застыл в неподвижном спокойствии. Его раскаленное дыхание, что касалось ее уха, имело особый, сильный мужской аромат – казалось, кто-то разжевал во рту немножко сандалового дерева с мускатным орехом, а потом прошептал что-то прямо у кончика ее носа. Даже посреди подобного царства льда и снега его тело пылало жаром.

Тэрэя неосознанно подняла руку и тихонько провела по спине парня. Она чувствовала, что сейчас духовная сила внутри него протекала ровно и спокойно, как горный ручей весенним днем, – исчезло яростное влечение, исчезла неконтролируемая ярость, вместо этого возникло чувство мягкого единения.

Спустя какое-то время он выпустил Тэрэю из рук и посмотрел на нее взглядом глубоких глаз, из его горла с хрипом вырвалось несколько неразборчивых звуков, и девушка, не понимая, нахмурилась.

На лице молодого человека появилось небольшое беспокойство, и сердце Тэрэи кольнуло. Он нетерпеливо указал пальцем на себя, а потом снова попытался четче произнести застревающие в горле невнятные звуки. Тэрэя старательно пыталась разобрать два хриплых низких слога.

– Ни… Ни Хун? – Она попробовала повторить.

Парень тут же радостно закивал и вновь принялся указывать на свое лицо.

– Это твое имя? – не удержавшись, тоже улыбнулась девушка.

Парень уверенно закивал, после чего поднялся и несколько раз взмахнул руками. Он выглядел восторженным, словно ребенок, получивший новую игрушку, хоть и имел тело взрослого крепкого мужчины.

У наблюдавшей за ним Тэрэи неожиданно смягчилось сердце:

– Ты не можешь говорить?

Ни Хун остановился, его лицо потемнело, а взгляд укрыла тонкая пелена грусти. Он в очередной раз кивнул и, вернувшись к ней, уселся рядом, не зная, куда деть свои длинные ноги, очевидно, положение у них было не очень комфортное. Тэрэя подняла руку и провела по его волосам, чувствуя жалость. Ей самой с трудом верилось в то, что человек, еще совсем недавно намеревавшийся ее убить, вызывал в ней подобное чувства.

Неожиданно со спины в нее проникла волна мрачного, жуткого ощущения, казалось, холодная, гладкая рука вошла в ее горло в попытках погладить ее пищевод, – это было то ощущение ужаса, от которого появлялось желание опустошить желудок.

При виде побледневшей, издающей звуки рвотных позывов Тэрэи лицо Ни Хуна приняло озадаченный вид.

Девушка повернула голову: на бескрайних просторах ничего было не разглядеть. В ее глаза хлынул белый цвет, и тут выражение на ее лице стало серьезным, она поднялась на ноги и произнесла Ни Хуну:

– Пойдем, у Ю Мина серьезные проблемы.

Вдвоем они стремительно рванули в сторону Второго князя. В глазах девушки остались лишь клубы белого, она считывала движения духовной силы перед ними и одновременно с этим тайно изумлялась держащемуся рядом Ни Хуну. Они оба неслись вперед на невероятной скорости, и все это время духовная сила Тэрэи утекала прочь, и пусть на скорость это пока влияло мало, однако она уже чувствовала легкое изнеможение, а ее дыхание все сильнее учащалось. В это же время в теле Ни Хуна духовная сила оставалась абсолютно безмятежна, словно неподвижная озерная вода. Его дыхание звучало так же ровно, как и в начале, и скорость тоже не менялась, казалось, все его тело неизменно оставалось на вершине своих возможностей. Это было просто невообразимо.

Неожиданно из-за ужасной нахлынувшей тошноты в ушах девушки загудело. Споткнувшись, она тяжело повалилась вперед и заскользила по снегу. В попытках подняться она не выдержала и,