Черное Кольцо - Роман Г. Артемьев

пришельцев появлялись крайне редко. Теперь контингент изменился, стал куда более разнообразным. Крестьяне из соседнего села приезжали подработать, с ними имел дело Фрэнк; он же торговался с егерями, прослышавшими о лавке с простыми, но полезными артефактами. В поместье наконец-то заявился фогт, чванливый отставной вояка, по-видимому, считавший, что леди должна навестить его первой. После приёма у фон Лестов, куда его никогда не пригласят, до чиновника всё-таки дошла реальная дистанция между ним и наследницей Стормсонг. Упоминание в беседе об аудиенции у наместника окончательно определило их иерархию, так что с его стороны можно было рассчитывать на отсутствие пакостей. Во всяком случае, крупных.

Священники заходили, в том числе монахи, однажды фургон циркачей заезжал. Представления давать не захотели, публики мало, поэтому всего лишь провели ночь и утром уехали. Словом, несмотря на период сбора урожая, новые лица в Луге появлялись постоянно. Не они вызвали ажиотаж.

Виноваты были грибы.

Жители окрестностей Кольца к любым продуктам, выращенным рядом с ним, относились с настороженностью. Считалось хорошим тоном проверять даже овощи с собственного огорода. Основания для легкой паранойи имелись железные — растения мутировали повсеместно. Слава Спасителю, что чем дальше от границы, тем слабее. Поэтому дары леса по умолчанию считались не едой, а ингредиентами, и без предварительного анализа на стол не попадали.

К грибам народ в принципе относился с подозрением. К грибам, собранным возле поместья, втройне. И надо же было так случиться, что в этом году земли, окружающие Воробьиный Луг, постиг гигантский урожай! В сентябре шагу было нельзя ступить, чтобы не наступить на торчащую из земли шляпку. Причем взятые на проверку грибы сразу выглядели полезными, простейшие способы изучения показали, что алхимики ими заинтересуются. Первую партию, два мешка, продали торговцу за нормальные деньги. Через три дня тот вернулся на фургоне и договорился о покупке любого количества, то есть сколько соберут, столько он возьмёт. Народ оживился, побежал в лес, благо, далеко ходить не нужно. Умные призадумались.

После того, как представители семейства Ницей прошлись по соседям, выяснилось, что грибы спрашивают везде, и берут довольно охотно. Умные заволновались.

Собственные навыки в алхимии Анна оценивала низко, но их хватило, чтобы разобраться, почему в Ахене возник спрос. Торговцы же не для себя берут, у них заказ от Гильдии. А Гильдии нужно поставить в армию Союза много эликсиров, в том числе воспламеняющих, при создании которых, оказывается, грибы служат прекрасным консервантом. Эликсиры хранятся дольше, варить их можно начать раньше, а не непосредственно перед началом боевых действий.

Но то в Гильдии. В провинции люди попроще, их мысли сразу в другую сторону потянуло, более приземленную.

На протяжении всего существования человечество искало наиболее эффективный способ упороться. Пробовало всё, начиная от перебродившего зерна и заканчивая разбавленным змеиным ядом. А, как известно, кто ищет, тот найдёт. Поставки галлюциногенных смесей и настоек стабильно служили нелегальным, но весомым средством пополнения бюджета колдовских семей. Алхимики-самоучки помнили наизусть десятки рецептов, также они никогда не отказывались экспериментировать, заполучив в руки новую травку. Или гриб, как в данном случае.

Начали, разумеется, Ницы. Семейка оказалась не только подкованной в местных реалиях, но и шебутной, постоянно ищущей выгоду. Не то, чтобы это было плохо, просто их суетливость иногда всерьёз раздражала. Так вот, Лина Ниц быстро определила, что растущие во владении грибы «забирают», о чем сообщила мужу, пока бодяжила десяток образцов разной крепости. Сами они в легком нарушении закона ничего плохого не видели, но земля принадлежала леди, а у той могло быть своё мнение насчет нарушения княжеского законодательства.

Озвученное экивоками предложение заставило Анну призадуматься. Связываться с наркотой она брезговала. Вместе с тем, девушка понимала, что современная мораль в торговле веселящими препаратами, вызывающими глюки и привыкание, ничего плохого не видит. Озвучь она возражения, и её просто-напросто не поймут. Власть, в отличие от рядовых подданных, проблему осознавала, но её распоряжения проходили в народном сознании по графе «опять эти в столице что-то придумали». Запретить изготовление настоек и прочего Стормсонг могла, и тем самым она бы испортила отношения с подчиненными, причем, с их точки зрения, по совершенно пустячному поводу. Закрыть глаза и разрешить? Тоже не хочется, противно. К тому же она, будучи креатурой Серого курфюрста, к его распоряжениям должна относиться с особой тщательностью.

На помощь пришел циничный принцип, лаконично сформулированный в другой реальности: не можешь предотвратить — возглавь! Так она и поступила.

Созданный при её участии рецепт не мог похвастаться особыми качествами, зато и вреда не причинял… Во всяком случае, не более, чем сваренная криворуким самогонщиком бормотуха. Остальное леди волновало мало, поэтому кому Ницы сбывали продукт, она не спрашивала. Знала только, что торговля шла бойко. Бухгалтерию вел Фрэнк, он же еженедельно сообщал о величине поступившей выручке. Честно сказать, по меркам леди незначительной. Поступавшие суммы только настроение портили, так что, если бы не особые обстоятельства, производство она бы прикрыла.

Дополнительной пикантности ситуации придавало письмо, пришедшее от юристов. Они уведомляли, что первые триста гульденов патентных отчислений поступили на банковский счет Анны, выписка прилагается. Причем Вандерберги клялись, что до конца года счет пополнится на как минимум вдвое большую сумму, потому что чародейные экипажи пользуются огромной популярностью, каретники набрали чуть ли не сотню заказов. На фоне таких денег суета Ницев вызывала раздражение.

В противоположность аутрагельским успехам, в столице Австразии переговоры застопорились. Местная гильдия каретников не имела перед глазами готового образца, а, следовательно, сомневалась, стоит ли связываться с новинкой. Потративший на уговоры всё лето Бьём в последнем сеансе связи раздраженно признал, что, пока фризские мастера не начнут перетягивать на себя заказы, в Виндобоне никто не почешется. Жаль. Значит, надо ждать. Австразийские аристократы не захотят уступать своим оппонентам из Фризии, им гонор не позволит признать чужое превосходство, хотя бы в части средств передвижения. Поэтому рано ли, поздно ли, но каретники придут на поклон.

В последних числах сентября той же компанией посетили бал, даваемый наместником в Ахене. Событие куда более пафосное и формализованное, по сравнению с празднованием у фон Лестов, Анне оно чисто эстетически понравилось меньше, хотя с практической точки зрения пользы принесло как бы не больше. Например, оно позволило познакомиться с верхушкой Гильдии магов, иерархами церквей, главными чиновниками провинции. Ничего важного, разумеется, не обсуждали, не под прицелом десятков любопытных глаз. Фактически девушку просто представили знатным гостям, те сказали ей несколько любезных слов, иногда сдобренных намеками, после чего они разошлись. Но сам факт знакомства упрощал возможность быстро получить аудиенцию, обращаться за решением каких-либо вопросов, письма