Неприкаянный 5 - Константин Георгиевич Калбанов

момент, что из-за его сравнительно незначительной важности, и охрана у него не столь серьёзная. Будь здесь хотя бы полноценный взвод и я хорошенько подумал бы, стоит ли рисковать атакуя его. О стратегических объектах, где в охранении выставляют полноценную роту, я скромно умолчу.

Здесь же караул состоит из двух пехотных отделений ландвера, численностью в восемнадцать человек. Они выставляют парных часовых с каждого берега, четыре смены по два часа. Учитывая постоянное несение службы, нахождение на посту по шесть часов в сутки вполне оптимальное время.

Кроме того, караул имеет усиление в виде четырёх артиллеристов расчёта револьверной пушки в окопе на кустарном зенитном станке. Оно вроде и несерьёзно для противовоздушной обороны, но с другой стороны, снаряд достанет цель в версте от земли. Этого вполне достаточно, ведь с такой высоты попасть в мост бомбой сродни лотерее. К тому же, она должна быть неслабого калибра, что обойдётся весьма дорого. А вот расстрелять дирижабль, представляющий собой более чем крупную мишень, не составит труда, даже с механическим приводом блока стволов.

Против аэропланов куда предпочтительней примостившийся в окопе на левом берегу пулемёт. Его треногу закрепили на тележном колесе, ось которого врыли в землю. Смотрится где-то даже карикатурно, но вполне себе эффективно. Расчёт целых четыре человека. В случае необходимости, он, как и пушка, может вести огонь и по наземным целям в круговом секторе.

К слову, к этому оружию отношение всё ещё как к орудию, это уже в процессе начавшейся войны концепция будет пересмотрена, пока же вот так. Ручники же по прежнему остаются недооценёнными. И в русской армии в том числе, хотя их там сегодня столько, сколько нет во всех воюющих армиях вместе взятых…

Итого, на выходе имеем двадцать шесть солдат и унтеров, расположившихся в двух блиндажах по обеим берегам реки. Да ещё и окопы полного профиля. Хорошо хоть пулемёт только один. Но даже так, если брать их в лоб, то потребуется не менее роты и большие потери гарантированы. Но мы ведь в лоб не пойдём…

Ночь постепенно уступала свои права и на землю опустились предрассветные сумерки. Вкупе с лежащим снегом, видимость если не миллион на миллион, то вполне приемлемая. И уж точно, лучше брать гансов со спущенными штанами, пока они не заняли позиции

Я приник к прицелу «Винтореза» и панорама тут же приблизила выбранную мною цель. Сейчас это оружие куда предпочтительней, вот и установил на него оптику. «Горка» лежит рядом, заряженная винтовочной гранатой. До часовых на моём берегу сотня сажен. Теми, что на противоположном конце моста, займутся другие снайперы. А вот этих двоих нужно взять мне. Причём постараться успеть сделать это бесшумно. Выбрал свободный ход спускового крючка и плавно потянул его.

Хлоп-п!

Тяжёлая пуля на скорости в полторы сотни сажен ударила часового точно между лопаток. Я заметил, как она взбила серую шинель. Солдат запнулся и начал оседать. Тихо клацнул кривошипный затвор, выбрасывая стреляную гильзу и загоняя в ствол следующий патрон. На противоположном берегу словно кегли повалилась пара караульных подстреленных моими товарищами.

Палец снова на спусковом крючке и уже тянет его. Второй часовой уловил неладное, сдёрнул с плеча винтовку. И тут вновь хлопнул мой «Винторез». Солдат крутнулся через левое плечо и завалился набок.

Ерофей с ППГ-06 и Николай с РПГМ сорвались с места и побежали к позициям охраны с гранатами в руках. Ещё немного, они достигнут траншей и горячие ребристые гостинцы полетят в блиндаж. А там парни ворвутся внутрь и довершат дело контролем.

Чистая работа!

— Алярм!!!

Я уже уверился в успехе успев расслабиться, когда раздался этот голос, а следом загрохотал пулемёт. Рядом с Ерофеем и Николаем пробежала строчка фонтанчиков. Чуть выше прицел и им досталось бы, но повезло. То ли спасибо холодному стволу, то ли пулемётчик не очень, а может и не первый номер оказался в окопе. Кстати, какого хрена он там делает⁉ Артемьев рыбкой прыгнул в какую-то промоину. Степной рухнул в снег ища укрытие за невысоким пнём. Следующая очередь прошла уже над их головами. Пули с резкими и хлёсткими щелчками перебили несколько веток кустарника.

Я навёл панораму на огневую точку и мысленно выматерился. На пулемёте установлен щиток, так что засевшего за ним теперь и винтовочной пулей не достать. В смотровую щель под таким углом его не видно, бронебойные пули концерн уже производит, но маузеровские патроны у нас не делают. Так что, только напугать.

Впрочем, есть ещё вариант. В этот момент загрохотали наши пулемёты в попытке достать выбегающих из блиндажей солдат. Траншеи выкопаны без халтуры, так что сомнительно, что получилось попасть хоть в кого-то. Но это ландвер, а потому резервисты могли и подставиться и просто испугаться свистящих рядом и бьющих в мёрзлую землю пуль.

Я отложил «Винторез» и схватил «Горку». Упёр приклад из берёзовой фанеры в снег, навёлся и нажал на спусковой крючок. Выстрел получился глухим и смазанным, а из ствола выметнулась граната. Описав крутую дугу она угодила прямиком в окоп, за спиной пулемётчика. Мой баллистический вычислитель вновь меня не подвёл.

Похоже немец этого не заметил, пулемёт продолжал бесноваться, поливая свинцом обнаруженных штурмовиков. Грохнуло. Из-за бруствера выметнуло облако сизого дыма и ошмётки грязного снега. Шварцлозе захлебнулся, хотя грохот коротких очередей никуда и не делся. Но это работали наши ручники.

Штурмовики вновь подскочили, но вынуждены были залечь, едва сделав пару шагов. Без понятия как гансы успели сориентироваться, тем более резервисты, но факт остаётся фактом. По моим бойцам на обеих берегах вразнобой ударили винтовки, и те вновь залегли. Автоматчики начали бить по брустверам одиночными, Николай загрохотал из своего пулемёта. Внезапная атака не получилась, и теперь мы опять начали втягиваться в затяжную перестрелку, что не входит в наши планы.

Снайпера даже не думали следовать моему примеру, и браться за гранатомёты. Попасть точно в траншею не так уж и просто, а моих способностей у них нет и близко. Зато, на такой дистанции они способны вести точную стрельбу по цели не больше фута в диаметре. А обороняющимся приходится высовываться, чтобы стрелять. Благодаря глушителям мы можем оставаться незаметными и вести размеренный отстрел обороняющихся. Чем, собственно говоря, и занимаемся.

Я вновь взялся за «Винторез» и глянул в сторону позиции револьверной пушки. Она моя ответственность, и представляет собой не меньшую опасность чем пулемёт. Здесь щит отсутствует, а потому я отлично рассмотрел суетящихся у неё бойцов расчёта. Два выстрела, и пара солдат исчезли из виду. Никаких сомнений по поводу того,