Отставной экзорцист 3 - Михаил Злобин

Святослав, тем временем, разложив маленькие камушки, достал длинные церковные свечи. Зажёг их, расставил вокруг, подпалил пучок какой-то вонючей засушенной травы и монотонно затянул:

— Встану я утром не помолясь, выйду не перекрестясь, ступлю левой ногой за порог, взор обращу на запад, на восток. Не с солнцем встречусь, не с ветром, а с молчаньем глухим без ответов. Слово своё направляю во тьму. Оно есть повеление всему. Внемлет ему и враг, и друг, в нём великая власть и чёрный недуг. Отныне не шагнёшь ни взад, ни вперёд, ни в бою, ни в деле, ни в час невзгод. Ключ в замке, замок во мгле, заклинаю, замыкаю, запечатываю. Да будет так, как я сказал…

Рядом с Фирсовым появился капитан Мокрошеин, задумчиво рассматривающий новоприбывшее лицо. Он, кажется, этот маскарад тоже воспринимал буффонадой. Но тут вдруг вскинулся связной:

— Есть, тащ майор! Объект ликвидирован! От спецвзвода только что доклад поступил! Потерь нет!

Дмитрий Сергеевич почувствовал, как от облегчения у него закружилась голова. Он плюхнулся на ближайшее сиденье и судорожно втянул воздух:

— Ну слава богу…

— Богу ли слава? — высокомерно хмыкнул Янтарный.

Фирсов хотел было ответить, но повернувшись к Святославу, увидел, что у самого стекла мобильного штаба стоит какой-то хрен с камерой и снимает салон.

— Это что ещё за новости, мать твою за ногу⁈ — заорал майор. — Мокрошеин, задержать немедленно! Средство записи изъять! Кто отвечает за оцепление⁈ Выговор!

— Спокойно, товарищ военный, это мой помощник, — властно проговорил экстрасенс. — Он снимает только меня и ничего больше. По нашей договорённости с генералом, никакую информацию по вашим делам я не распространяю. Но сам факт сотрудничества мне разрешили не скрывать.

— Я не военный, а сотрудник МВД, — глухо проворчал майор.

— Для меня совершенно не имеет разницы, — усмехнулся Янтарный, поправляя высокий ворот чёрной рубашки. — Итак, раз уж моя миссия окончена, могу ли я теперь сделать групповое фото? Не откажите в милости, позовите тех ребят с автоматами.

* * *

Вечером всё городское управление МВД гудело подобно оживлённому улью. Полковник Аваков постарался сделать так, чтобы все причастные узнали об успешной операции по ликвидации «угрозы нового типа», как это стало принято называть.

Более того, Валерий Оскарович даже Щукина как-то уболтал на проведение небольшого неформального мероприятия. На него пригласили всех сотрудников, проинформированных о происшествиях с демонстрацией аномальных возможностей. А это, считай, весь офицерский состав за исключением трёх-четырёх отделений, вроде финансово-экономического, кадровиков или архива.

И, разумеется, сам Святослав Янтарный не мог остаться в стороне. Он, вырядившись уже в другой нелепый костюм, прибыл всё с тем же помощником, который снимал экстрасенса во всех возможных ракурсах. Особенно много внимания уделялось моментам, когда кто-то из офицеров пожимал руку Янтарному. Тот же Аваков уже трижды подходил, чтобы попозировать перед объективом.

Чуть позже в малом конференц-зале появился и сам генерал-лейтенант. Он прибыл в весьма благостном расположении духа. Много улыбался, вручил Святославу грамоту, а Валерия Оскаровича по-отечески похлопал по спине.

Ещё через некоторое время мероприятие перетекло в целый фуршет. На столах откуда-то появилось шампанское, закуски и даже пироги. Как вскоре выяснилось, это постарался экстрасенс.

Фирсов смотрел на то, как его коллеги радуются и смеются, охотно уплетая халявные угощения, и испытывал какие-то противоречивые чувства. Тот же Бугров не так давно со своими парнями провёл куда более сложную и рискованную операцию в Центральном бюро судмедэкспертизы.

Они без тени сомнений ринулись в обесточенное здание, зная, что внутри их ждёт толпа восставших мертвецов. Эвакуировали два десятка гражданских, перебили сотню беспокойных жмуров, выявили и устранили одержимую. Двое из отряда Бугрова в ходе спасения сотрудников Бюро получили ранения. И что-то грамот никто им за это не вручал. Да что там грамот, им даже простое «спасибо» не сказали.

Здесь же ряженый клоун посидел две минуты в передвижном штабе, провонял салон жжёным сеном, и на тебе! Сразу героем стал, мать твою за ногу! А сам ведь этого одержимого субъекта в глаза не видел.

И так было во всём. Что-то Фирсова никто не нахваливал и по спине не хлопал за то, что он откопал Бугрова. Скорее наоборот, морально давили и завуалированно упрекали в профнепригодности. Дескать, не справляешься без посторонней помощи с возложенными обязанностями, майор! А вот Авакову почему-то никто не высказывал претензий за присутствие этого фигляра с телевидения…

С другой стороны, а чему удивляться? В МВД всегда так было. Пока одни сидят в тёплых кабинетах и выписывают себе премии, простые служаки лезут под пули, прыгают сайгаками по крышам, ползают по подвалам и заблёванным притонам, неделями в засадах тухнут.

Редко выпадает удачная неделька, когда тебя алкаши не норовят прирезать, не кидаются обдолбанные наркоманы или рецидивисты не пытаются табельное отнять. Частенько потом они ещё на тебя в суд подают за то, что ты посмел применить «несоразмерную» силу при их задержании.

Вот и варишься целыми днями в грязи, дерьме и кровищи, вдобавок бумагами со всех сторон обложенный, а начальство сверху только погоняет, как клячу тягловую. Да ещё и вечно тобой недовольное. Какой бы подвиг ты не совершил, тебе скажут: «И что? Медаль хочешь⁈ Это твоя работа!»

Но зато когда златожопый сынок какого-нибудь отставного начальника воздух испортит и умудрится при этом не обосраться, то ему все улыбаются и рукоплещут. Грамоты, медали, ордена вручают. Приезжают журналисты его снимать, в газетах публикуют фотографии в парадной форме и красивой папочкой подмышкой. А как же? Он ведь «курировал ход спецмероприятия», «анализировал оперативную обстановку», «обеспечивал взаимодействие подразделений». Без него бы всё рухнуло!

А рядовые сотрудники смотрят на эту клоунаду красными от недосыпа глазами из зала и вяло аплодируют. Так уж устроена система. Те, кто в неё попадает, либо осознаёт и принимает это, либо выпадет из обоймы отработанным ресурсом.

Нет, разумеется, Дмитрий Сергеевич всё понял уже давно. Едва ли не в первые годы службы. Но почему-то сегодня эта поганая очевидность воспринималась особенно болезненно. И на душе становилось совсем уж мерзко от собственного бессилия.

Не притронувшись к угощениям, которые приволок Янтарный, Фирсов двинулся по залу, вглядываясь в лица коллег. Вскоре он приметил капитана Мокрошеина, как ни в чём не бывало уплетавшего кусок мясного пирога.

— Вадик, на пять секунд, — поманил его заместитель начальника «Отдела-С».

Подчинённый сразу же заработал челюстями активнее и быстро проглотил недожёванный кусок.

— Да, товарищ майор?

— Дельце для тебя есть. Только надо осторожно всё провернуть, чтобы Аваков не пронюхал. Сумеешь?

— Ну… не знаю, смотря что… — заартачился капитан.

— Свяжись с командиром оперативно-боевой группы,