Долг человечества. Том 6 - Артем Сластин

да всех. Скинь нагрузку, ты не обязана за все отвечать. Ты не исполнитель, ты человек, делящий в этой фракции одно со мной место. Место руководителя. А получается, что ты просто сама копаешься во всем этом, вот и зашиваешься. Во-вторых, держи меня в курсе всех операционных проблем, сядем с тобой, вот обещаю, выделим целый день, заведем бумаги и журналы, и все обсудим, чтобы был вектор.

— Я поняла. — Катя мгновенно подобралась, утерла слезинку из-под глаза, быстро и небрежно, словно не желая показать своего состояния. — Все поняла, сделаем.

Я свистнул одного человека из толпы новичков, подозвал к себе и сказал, чтобы он нашел Бориса внутри крепости и привел сюда. Парнишка убежал.

— Слушайте меня все! — Обратился я к толпе, и мой голос разнесся над лагерем. Я шагнул в центр. — Меня зовут Марк Орлов, кто этого не знал. Вся наша жизнь пошла в один день под откос, только мы тут уже месяц, а вы считанные часы и дни. Я знаю, вы напуганы, я знаю, что вы не понимаете, что происходит, и хотите домой. Но дома больше нет.

Толпа стала одним большим ухом.

— Здесь не только я уже месяц, те люди, которых вы уже видели, которые привели вас сюда, которые дали еду. Мы поможем по мере сил. Но гуманитарных миссий больше нет, нет концепции прав человека, нет закона, осталась только шаткая мораль, на которую я, как лидер этой фракции, опираюсь при принятии решений. Такого, как вот с тем, — я бросил взгляд на перепачканного в грязи депутатишку, — в своих стенах я не потерплю. Но для начала я должен был донести до вас эту информацию, а так же черту, которую переходить нельзя. Во второй раз такого снисходительного отношения не будет. Воровать тоже нельзя, здесь это будет караться самым строгим образом. Мы не будем искать тот бурдюк, но пойманный следующий вор будет казнен, я клянусь в этом. Запрет воровства существует еще и потому, что в нем банально нет нужды, каждый будет обеспечен всем, от еды и воды до одежды и спального места. Но придется работать. Придется ПЕРЕЖИТЬ случившееся, принять его, и начать мыслить рационально.

Я выдержал паузу, обводя присутствующих тяжелым взглядом. Невольно, я просто сильно устал за сегодня.

— Вы оказались в замкнутой экосистеме, которая работает. Вы можете принять эти правила и стать ее частью. Если нет — на выбор есть еще два поселения здесь, с другими лидерами. В одном из лагерей бушует эпидемия и присутствует нехватка всего, в другом выстроена диктатура и рабство. А можно стать закуской кого-то, кого некоторые уже видели, а кому-то только предстоит. Здесь новые правила, и как раньше уже не будет.

Глава 21

Что ж, определенно, мое ораторское искусство выросло. Толпа замерла в гробовом молчании, усваивая сказанное Марком Орловым, их лидером и светочем идей, от которых зависит их жизнь. Поставив себя на место любого из этой толпы могу с уверенностью сказать, что их положение незавидно, и в ближайшее время я ожидал различные провокации, уход от единственно верной в моих глазах модели поведения, да и различные трения и сложности, но надеялся, что приобретенный опыт кризисного управления в рамках выживания в первобытном времени мне пригодится.

Никто больше не посмел возмущаться и качать права. И я, и Катя, и даже Муромец повлияли на это. Хлесткая пощечина через «уважаемого» ранее человека была очень доходчивой, а мои обещания жестоких кар за уход от нормальности и неповиновение стали вполне осязаемой перспективой лишиться и того немногого, что они обрели. Тем не менее, есть и морковка. Еда, крыша над головой, мнимая безопасность внутри стен.

Без перешептываний не обошлось, но это скорее были разговоры в духе «да-да, мы сможем» и «все будет хорошо, главное действовать». Я выдохнул, чувствуя, как эта тугая пружина расслабляется.

Дверь крепости скрипнула, и на крыльцо высыпали двое. Ранее отправленный мной парнишка из народа и Борис собственной персоной, уже умывшийся и переодевшийся в сухое и чистое. Он тут же подошел ко мне, получив указания, а гонец скрылся в толпе. Поймав мой вопросительный взгляд, я козырнул Боре взглядом в сторону уставшей и расстроенной Кати, и он понял меня без слов. Парень обладал удивительной эмпатичностью, и сейчас здоровяк, несмотря на свои габариты, повел себя максимально чутко. Он подошел к моей заместительнице, которая все еще стояла, напряженно скрестив руки на груди, молча сгреб ее в охапку и УНЕС. Комично, не правда ли?

— Все, расходитесь, — негромко скомандовал я, — а вас я попрошу пойти со мной, — окинул взглядом я оставшихся немногочисленных офицеров, среди которых была и Лиза, — сядем, поговорим.

В холле пахло прошедшим недавно ужином. Каролина Терентьевна и Виолетта уже спали, а потому на стол накрывали своими силами, благо на кухне еда была, но и еще кое-кто. Взрослая женщина, но лет на десять моложе Каролины, сидела на стуле, подперев грузную щеку ладонью. Взгляд ее был пустым и непонимающим, это из последних новичков, отправленных на помощь с готовкой. Женщина подобралась, когда я и Варя вошли внутрь, чтобы набрать, чего поесть.

— Здравствуйте. — Негромко произнесла она. — Галина Ивановна, меня тут на помощь прислали.

— Здравствуйте, Галина. — Кивнул я. — Меня зовут Марк Орлов, есть что поесть?

Скомкано познакомившись, нас уверили, что еда будет. Вскоре, на длинном деревянном столе уже дымились миски с густой наваристой похлебкой из местных корнеплодов и магазинного мяса.

Расселись молча. Борис усадил Катю рядом с собой, Илья тяжело опустился на стул напротив меня, в дальнем конце стола, Варя же, уже успевшая раздать часть указаний по новичкам, пристроилась с краю. Я занял свое место во главе стола.

Первые минут десять мы только ели. Ира, Борис, Владимир, Егор и я были чрезмерно голодны, остальные, с кем я провел месяц и меньше, были сыты, но компанию составили. В очередной раз подмечаю, как горячая пища влияет на нас. Пять минут назад я был зол, рассержен, теперь же чувствовал приятную негу. В самом деле, еда лучший антидепрессант. А когда миски опустели, а по телу разлилось спасительное и приятное тепло, я, отодвинув миску, обвел взглядом свою команду.

— Давайте по-быстрому с этим разберемся, час поздний, но итоги подвести необходимо. — Лиза поднялась и собрала тарелки, чтобы унести их в помывку, и уже там загремела посудой, ей, видать,