Шайтан Иван 12 - Эдуард Тен

— Переживём, — эхом отозвалась она. — Но я никогда не прощу им этого унижения. Никогда.

Она вышла из гостиной, оставив графа одного. Орлов подошёл к окну, глядя в темноту.

— Что же ты делаешь, Ольга, — прошептал он. — И что мне с тобой делать?

Граф стоял мучимый думами о жене. И о том, что если сведения предоставленные императору князем Ивановым-Васильевым правда. Тогда это катастрофа. Ему стало страшно.

Глава 27

Операция по дискредитации графини Орловой прошла вполне успешно, но моя радость оказалась преждевременной. Я, как и сама графиня, недооценил её истинные возможности и влияние. Она сумела собрать вокруг себя всех значимых людей, сохранивших к ней дружеское расположение, и императора с императрицей буквально засыпали просьбами о смягчении наказания. Если императрица осталась тверда и последовательна в своей неприязни, то император начал поддаваться общественному давлению.

Стало очевидно: необходимо укрепить государя в окончательном негативном отношении к графине Орловой.

Она сделала неожиданный ход. Демонстративно прибыв в Зимний дворец, графиня — не без помощи супруга — добилась личной аудиенции у императора и императрицы. В присутствии малого двора она просила прощения за свои легкомысленные высказывания, уверяя, что они были сказаны не со зла, а по недомыслию глупой женщины. При этом она клятвенно заверила императорскую чету в своей преданности и пообещала более не беспокоить их своим присутствием — разве что их величества сами изволят её видеть. На что она будет надеяться и молить Бога, чтобы императорские величества даровали ей своё прощение. И это при том, какой гордячкой она слыла в высшем свете.

Я решил устроить для Антонио Филети медовую ловушку. Операцию нужно было провести быстро и неожиданно. Люди полковника Лукьянова уже выяснили его привычки: он часто обедал в ресторане Шульберта, славящемся французской кухней, причём вторник был тем днём, когда он непременно там бывал и проводил встречи.

Я встретился с Зоей.

— Здравствуйте, Пётр Алексеевич, — приветливо улыбнулась она.

— Здравствуй, Зоя. Мне нужна твоя помощь.

Она сразу стала серьёзной:

— Всё, что в моих силах.

— Не надо так напрягаться, — усмехнулся я. — Дело не сложное: заморочить голову одному субъекту и привести его сюда. Я расспрошу его — и отпустим. Даже до дому довезём.

Зоя немного расслабилась.

— В ближайший вторник он обедает в ресторане. Ты должна заставить его поехать с тобой. Я буду ждать здесь. Затем мы отпустим его, но нужно сделать так, чтобы он забыл всё — даже при желании не смог бы вспомнить. С тобой поедут Савва, он будет страховать тебя, и капитан. Ничего не бойся, работай спокойно.

В назначенный день Зоя вошла в ресторан в сопровождении капитана Володина и расположилась за соседним столиком — так, чтобы Антонио оказался почти напротив. Филети, как настоящий итальянец и мужчина горячих кровей, моментально отреагировал на красивую девушку. Зоя добавила своего воздействия — и в тот же миг почувствовала сильное давление со стороны объекта разработки. Он буквально пытался подавить и подчинить её себе.

Битва их взглядов длилась не меньше минуты. Внезапно взгляд Антонио стал рассеянным, и Зоя наконец смогла подчинить сознание этого неожиданно сильного духом человека.

Операция прошла не так гладко, как я предполагал. Антонио оказался крепким орешком. Зоя с трудом овладела его вниманием; Антонио подвела итальянская горячность — красота Зои, усиленная внушением, сломала его защитный контур. Филети оказался не слабым медиатором, способным воздействовать на психику оппонента.

Когда участники операции вернулись в квартиру Зои с заторможенным Антонио, сама Зоя была на пределе своих возможностей. Видя её состояние, я провёл лишь быстрый опрос, но и его результаты оказались просто замечательными.

Выяснилось, что графиня Орлова является посвящённым адептом итальянской ложи и занимает в ней высокое положение. Ею собраны и переданы в фонд ложи крупные пожертвования. Кроме того, она поддерживает связи с английскими и французскими масонами, и за ней признаётся высокий статус и значимость в иерархии итальянской ложи. Папа римский не только не запрещает деятельность ложи «Молодая Италия», но и тайно поддерживает её. Граф Орлов в дела графини не посвящён, но часто используется втёмную. Сам Джузеппе Мадзини прислушивается к мнению графини — особенно теперь, когда готовится революция в итальянских провинциях Австрии.

Антонио отвезли к итальянскому посольству и высадили. Зоя вывела его из гипнотического состояния; когда он вышел из кареты, она бессильно откинулась на спинку. Савва осторожно привёз её домой. Я напоил Зою крепким чаем с малиной и бренди, уложил в постель. Да, сам раздел, уложил в кровать и держал за руку, пока она не уснула. Её бледное, осунувшееся лицо говорило лучше всяких слов о том, как нелегко далось ей это задание.

Я держал в руке её тонкую кисть и смотрел на её лицо. По сути — одинокая и беззащитная перед лицом суровой и непростой жизни, она как могла боролась за себя, стараясь не утонуть в бурных водах жизненных перипетий.

— Отпустить её в свободное плавание? Уже не получится. Она — носитель такой серьёзной информации, что одно это её погубит. Только моя защита способна дать ей гарантию спокойного существования. Относительную, конечно, но всё же. Получается, что Зоя привязана ко мне крепче любых уз. Она сделала свой выбор. Добровольно. Прочь все эти ненужные переживания и заламывания рук.

— Командир, служанка вернулась, — доложил заглянувший в спальню Савва.

— Объяснил ей, что и как?

— Так точно. Сказал, занемогла барышня, завтра придёт в себя.

— Всё, уходим.

Капитана Володина я не стал посвящать во все тонкости работы Зои. Но он человек умный и догадливый — сам сообразил, что к чему. Впрочем, Володин свой, вполне надёжный. На мою просьбу перевести капитана ко мне полковник Гессен ответил категорическим отказом.

Зимний дворец. Кабинет генерала Бенкендорфа.

— Здравия желаю, ваше высокопревосходительство! — приветствовал я начальство.

— Что у вас, Пётр Алексеевич? — оторвался от бумаг Бенкендорф.

— Как вы просили, Александр Христофорович, — любые сведения, касающиеся графини Орловой. Срочно к вам. — Я положил папку перед ним.

— Присаживайтесь, — махнул он рукой на кресло и, раскрыв папку, углубился в чтение.

— Даже так… — тихо произнёс Бенкендорф, перекладывая прочитанные листы.

— Скажите, Пётр Алексеевич, эти сведения достоверны? Уж больно подробные и слишком обширные.

— Александр Христофорович, в докладе собраны все доступные нам сведения. Они проверены и достоверны. Это работа Первой экспедиции — полковника Гессена