Крадуш. Темные души - Болдырева Ольга Михайловна

день, мадам, приношу извинения, что так получилось, — я виновато наклонил голову, — это моя сестра — Келебриэль Квэлле. Ей нужна помощь, и я прошу вашего дозволения остаться ей здесь недолго. Я оплачу пребывание…

На этом мадам меня перебила:

— Не будем сейчас о деньгах. — Костанцо поднялась из-за стола, и я заметил, как она напряжена и даже напугана. — Эта эльфийка из погони, которую ты ждал и от которой надеялся укрыться? Уверен, что ни тебе, ни девочкам не угрожает опасность?

Мадам смотрела на Келебриэль так, будто ожидала нападения.

Келебриэль — на мадам, словно собиралась свернуть ей шею.

— Погони больше нет. — Я придержал сестру за локоть. — Мы пришли к временному согласию, и Келебриэль не тронет никого в «Женском доме». Так ведь?

Эльфийка оскалилась.

— Вот еще — марать руки о шлюх!

Я закатил глаза.

— Мадам, простите моей сестре отсутствие воспитания… Могу поклясться, что Келебриэль не причинит никому вреда, и ее пребывание будет максимально незаметным.

Костанцо поджала губы.

— Только ради тебя, Кериэль. Но надеюсь, нам не придется долго терпеть госпожу Квэлле в стенах «Женского дома».

Сестра скривила лицо.

— Тоже на это рассчитываю. У меня не настолько хорошая выдержка, чтобы долго терпеть человеческую вонь!

— Благодарю, мадам, — смиренно поблагодарил я. — Келебриэль не стеснит вас ни одной лишней минуты.

Указав эльфийке на дверь, я на автомате и с удовольствием позволил Костанцо обнять меня как любимого племянника. Меня в «Женском доме» вообще разбаловали заботой и вниманием — уже привык и сам тянулся за лаской.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Кериэль. Скажу Лизи, чтобы принесла тебе в комнату обед, — вздохнула мадам.

На лестнице Келебриэль уточнила:

— Это было показательное выступление или ты действительно позволяешь людям так с собой обращаться? Они же — пища, — напомнила сестра так, словно я дружил с котлетами и обнимался с булочками.

Возражать и говорить о гуманизме я не стал. Увы, такова была официальная позиция Первоземья: единственное, чем отличаются люди от скота — болтливостью и умением создавать проблемы на пустом месте. И не стану замалчивать собственные грехи, когда-то я также придерживался этого мнения. Пока медленно, живя бок о бок с людьми, не стал воспринимать мир иначе.

Закрыв за нами дверь, я кинул Келебриэль пакет с купленными вещами и указал на дверь ванной.

— Что-нибудь точно подойдет. Мне через пару часов нужно бежать во дворец, и надеюсь, к этому времени мы проясним все вопросы.

Эльфийка внимательно посмотрела на зеркальный потолок, потом на лежащую на столе вышивку со снегирьками и, ничего не сказав, ушла мыться. Я же, присев на постель, уронил голову на ладони.

Что же я творю?! Я ведь шел убить Келебриэль! Зачем же спас? Зачем привел в место, которое уже считал своим домом?

Но столько неподдельной боли было в словах эльфийки, когда она сказала, что предал я не Первоземье, а ее. Странно, мы никогда не были образцовыми братом и сестрой. Громадная пропасть в возрасте, воспитании, мировоззрении. Мы и пересекались-то последнее время настолько редко, что не было возможности вспоминать о родстве. Так почему же я сейчас повелся на слова Келебриэль, будто маленький ребенок. Комплексы, возможно. То ноющее чувство одиночества из детства…

Не исключено, сейчас я совершил свою последнюю ошибку.

Что ж, Триединый, если такое ты подготовил мне — пусть так и будет.

В дверь постучали, и я, отвлекшись от тяжких мыслей, встретил Лизи с подносом, нагруженным обедом. Я сразу обрадовался кахвейнику — чашка горячего кахве сейчас была мне просто необходима, чтобы прочистить мозги и взбодриться.

— Здесь и вашей гостье, Кериэль, и вам, — пояснила служанка нагромождение тарелок и мисок. — Если будет нужно еще что-то — зовите.

Пока я расставлял обед на столе, из ванной появилась сестра. Я даже не удивился, насколько скоро она закончила с водными процедурами. Келебриэль никогда не была утонченной леди. Если бы в Первоземье существовало понятие регулярной армии, эльфийка, без сомнений, стала бы сначала отличным солдатом, а затем — командиром. Все, за что она бралась, делалось быстро и четко. Единственное, чему я удивился, Келебриэль не выбрала ничего из купленной одежды, замотавшись в полотенце.

С коротких темных волос стекала вода, на шее и плечах остались ярко-розовые следы от затянувшихся язв, такие же отметины тянулись дальше по рукам, от ключиц к груди и залеченной ране. Запах гнили сменился естественным запахом тела — тяжелым, мускусным, мне в нем мерещились ноты жасмина и ладана. Взгляд эльфийки прояснился, а походка снова стала уверенной и стремительной.

— Ничего не подошло? — огорчился я.

— Не знаю, — бросила сестра и босиком направилась к шкафу, оставляя за собой влажные следы, — не смогла примерить. Ты забыл, что под одежду мне требуется белье.

Неудобно вышло…

Но не успел я предложить, что сейчас загляну в соседние комнаты к девочкам — у них найдется новый комплект, как Келебриэль сообщила:

— Займу пока что-то из твоего… — И на этих словах открыла шкаф.

Взгляд сестры сразу же замер на приспособлениях, которые, Триада меня побери, я опять забыл выкинуть из комнаты!

— Кериэль, ты точно не подрабатываешь здесь?

— Подрабатываю, конечно, — не удержался я, — деньги же нужно откуда-то брать?

— А драгоценности, которые ты у Владычицы украл, уже спустил?

— Давай я за бельем к девочкам сбегаю, — все-таки предложил я, — у кого-нибудь точно твой размер.

Хотя бы у Альды из одиннадцатой комнаты. Она, как и сестра, напрочь лишена приятных мужскому взгляду округлостей. Появись вдруг у Келебриэль любовник, ее грудь он будет искать с лупой.

— Не стоит, — скривилась Келебриэль, — могу представить, что за белье у шлюх. Мне вполне подойдет вот это.

Выбрав на полке новые трусы, которые я только вчера купил и не успел распаковать, она тут же их натянула. На Келебриэль они сели короткими шортами, но эльфийку это ничуть не смутило. Подтянув резинку на животе, она вернулась в ванную и через пару минут появилась уже одетая в темные зауженные брюки с высокой талией и свободную кофту с округлым вырезом.

Подхватив тарелку с супом, Келебриэль заработала ложкой. А я, сделав несколько глотков кахве, начал разговор.

— В городе живет еще один эльф. Он, теперь я понимаю, следил за мной с того момента, как узнал о моем прибытии. Так что о погоне ему тоже