Последний охотник на демонов - Салини Голденберг

– Мы так не поступим, – огрызнулась Аринья. – Она мне сказала, что уже много лет там не спит.

Он втянул воздух сквозь зубы, стараясь не закатить глаза.

– Это правда? – Он обернулся к Нариссе. – Как по мне, там все изрядно пропахло.

– Я захожу, чтобы полить лозы, – ответила она. Если она и была оскорблена, то не показывала этого. – Но я не лгу, у меня есть кровать на втором этаже. И мне она очень нравится.

– Значит, я запру тебя в комнате, – ответил Экс, избегая неодобрительного взгляда Ариньи. – Не волнуйся. Она не позволит мне покинуть этот город, не выпустив тебя.

Нарисса склонила голову.

– Если тебе так будет спокойнее, охотник, я согласна.

После неловкого молчания Аринья, нахмурившись, сказала:

– Прости. Давай прогуляемся. Тут есть один театр ликай, в который я давно хотела снова наведаться.

– Звучит прелестно.

Теперь уже Экс уставился на нее в ужасе.

– Ты хочешь… пойти развлекаться? В город?

– А в чем проблема?

– Ты что, забыла, что люди королевы за тобой охотятся? Или про убийц, что вспороли мне горло? Не думаешь, что они тебя там ищут?

– И что они сделают? Изари сейчас в безопасности, а меня они убивать не станут. К тому же как они узнают, где мы? Мы от них сильно оторвались.

Это была худшая идея, какая только могла прийти ей в голову. Он посмотрел на кра́су.

– Ты уверена, что яд ушел полностью?

– Ты можешь не идти, – огрызнулась Аринья. – Честно говоря, лучше уж пойдем лишь мы вдвоем. Чтоб все было между нами, девочками.

– Поверить не могу. – Он повалился на землю, на спину. – Ты ведь не примешь ответа «нет»?

– Не приму. К тому же это всего на час. Все будет хорошо. Может, ты себя в лесу и чувствуешь как дома, охотник, но я городская.

Судя по тоске в ее голосе, она действительно скучала по городу. И слышалось в ее тоне что-то еще, о чем она ему не говорила. Он посмотрел на нее, и она ему улыбнулась.

– Вопрос в том, доверяешь ли ты мне, Экс?

Глава двадцатая. Путешественница

В центре города люди уже готовились к Ром Лайтону, недельному празднеству по поводу наступления сезона дождей. Местные жители и путешественники пускали по рекам маленькие лодочки с цветами и свечами, а также ночами запускали в небо крохотные бумажные фонарики. В предвкушении праздника они украшали здания нитками бус и цветочными гирляндами, пополняли угощения в домиках духов и торговались за лучшие куски мяса.

Экс чувствовал себя чисто как мартышка в платье. Он давно уже не надевал обычной одежды. Дамочки нарядили его, закрыв татуировки длинными рукавами, а голову покрыли квадратной шапкой – да кто вообще шапки-то носит?! Аринья убеждала его, что он выглядит «довольно нормально». Видел бы его сейчас Пес…

Но он тут же перестал нудеть, когда Аринья вышла из комнаты Нариссы, разодетая в одолженное ей платье из шелка сапфирового цвета с бронзовыми украшениями. Волосы ее были убраны в плетеный пучок. Накинув поверх плеч полупрозрачную серебристую шаль, она покрутилась.

– Что думаешь?

Честно говоря, думать голова отказывалась. Экс понял, что стои́т разинув рот, и быстро тряхнул головой.

– Может, тебе стоит надеть что-то не столь, ну, понимаешь…

Она уперла руки в боки и надула губы.

– Что-то не столь что?

Пока он пытался подобрать слова, они с Нариссой улыбнулись друг другу. Кажется, девушки сговорились. Затем в последний момент Нарисса сказала, что устала и лучше подождет их дома. Аринья не стала ее уговаривать. Может, они так все изначально и задумали?

– Сегодня канун Ром Лайтон. Все одеваются в самое красивое, – сказала Аринья, пока они шли по тропинке от дома Нариссы в город. Когда они оказались в торговом районе, он чуточку расслабился. Конечно же, она была права. Некоторые женщины носили самые настоящие короны, мужчины были одеты в шелковые или хлопковые одежды… и носили шапки. Куда более симпатичные, чем у него.

Атмосфера праздника превратила Дзинбури не в аляповатое подобие цирка, но и не в нечто столь утонченное, чтобы следить за своим поведением. Расположение города на перекрестке привлекало на праздник определенных людей – путешественников, которые либо смотрели на все вокруг распахнув глаза, либо искали возможности повеселиться прежде, чем покинут город. Местные готовы были угодить всем.

Экс не мог оторвать взгляда от бумажной статуи дракона, которую ремесленники покрывали лаком, когда Аринья ухватила его за руку.

– Давай, юный горец. – Она рассмеялась и повела его сквозь толпу, обходя пьяного жонглера, который не мог подбрасывать больше двух булав одновременно. Он остановился перед большим открытым святилищем, посвященным слоноголовому пузатому дэве Пхра-Фиканетту, чей ярко раскрашенный идол был украшен гирляндами из лотоса и жасмина. Его последователи собрались на ступенях, поднося ему свечи, благовония и золотые плошки с фруктами и разной выпечкой.

Он невольно вспомнил о своей горной деревне. Пхра-Фиканетт был их покровителем, и мать часто брала его с собой к скромному святилищу, чтобы преподнести дэве бананы. Во время месяца подношений жители деревни раскалывали кокосы и швыряли их в протекавший неподалеку ручей, чтобы очистить карму.

Он поскорее вернулся мыслями в реальность, не желая грустить лишний раз.

Экс не мог сдержать улыбки, когда люди смотрели на них, чувствуя совершенно детскую гордость. Но его преследовала назойливая мысль о том, что люди могут узнать Аринью или, что еще хуже, тут могут быть агенты короны. Наверняка же были, так что выступать, словно выставочная лошадь, было до ужаса глупо.

– Нам стоит вернуться. – Он подался к ней поближе и прошептал эти слова ей на ухо. – Если тебя узнают…

– Никто меня не узнает, – ответила Аринья. – Я консорт принца. Я не сопровождаю его на публике. Веди себя, словно мы обычная счастливая парочка, и никто на нас косо не посмотрит.

Обычная счастливая парочка? Да они рядом друг с другом смотрелись далеко не нормально, да, помнится, даже друзьями не были. Он умудрился прикусить язык и замолчать. Он хотел было уже спросить, насколько тщательно им предстоит отыгрывать роль, когда она резко остановилась возле крепкого деревянного здания с высокой крышей и броскими резными панелями, вырезанными на колоннах.

– Вот.

– Что вот?

– Театр.

– Никогда раньше не бывал на представлении.

– О, это не типичный театр, – сказала она, и как раз, когда они вошли внутрь сквозь большие двустворчатые двери, толпа радостно взревела. Пройдя через просторный вестибюль, заполненный веселящимися людьми, они вышли на большую арену. В центре был квадратный ринг, где двое мужчин кругами ходили друг вокруг друга. По крайней мере, Экс полагал, что это были мужчины. Они оба носили декоративные маски кхон и плотно облегавшие их тела куски ткани, изображавшие броню. Один из них раскручивал в руке двухстороннее копье, совсем как Чарнчой из старинных сказаний.

У порога их встретил бледнолицый паренек, который чуть ли не помирал от скуки. Он взял у них