КОМСОМОЛ-3 - Ольга Войлошникова

— Да-да! Сначала шашкой рубанёт, а потом разговаривать будет. — Лавров мальчишески улыбнулся.

— Если останется с кем, — дополнил мысль старец.

Императрица хихикнула, и это словно лавину стронуло. Маленький зал для совещаний заполнили звуки хохота. Если бы упомянутый герцог и «три весёлых князя» сейчас были здесь, то угадали бы собственную манеру общаться. И, возможно, догадались бы, что бурное прошлое связывает не только их компанию, но и этих «сильных мира сего».

— Итак, решено! — слегка прихлопнул в ладоши император, и Илья Алексеевич возник в кабинете. Судя по всему, Коршун куда-то шёл, поскольку он стремительно прошагал ещё три шага и только потом остановился. Огляделся и склонил голову в поклоне.

— Коршун, — Император без предисловий указал ему на стул рядом с Владимиром Николаевичем, — мы решили, что тебе нужно знать то, о чём мы тут сейчас поговорим. Первое, оно же главное: все вопросы потом! Можешь записывать их на листочек. Так даже предпочтительней будет. Все, слышишь, абсолютно все мысли, которые у тебя возникнут после этого разговора, доведёшь до нас или, если что-то мелькнёт позже — то генерал-майору. Ясно?.. Не вставать! Надо отдельный указ издать, невозможно же!

— И назвать его в духе рыцарских романов, да, Андрей? — императрица слегка наклонилась к супругу: — «Повелеваю, Коршунову Илье сидеть в присутствии императора на заседаниях и совещаниях!» Или как-нибудь про доклады…

— Да пусть хоть бы отвечает сидя, не прыгает как кузнечик! — со смешком прибавил старец Иннокентий.

— Представляю, какая будет шумиха в свете! — оживилась императрица. — Мне нравится! Давненько у нас аристократических скандалов не было!

— Повелеваю! Коршунову Илье Алексеевичу исполнять всё вышеизложенное! Оформите там красиво, — изрёк император и гыгыкнул. — Да, скандал будет изрядный. Илья, ты, главное, после следующего дворянского собрания никого не убей. — Андрей Федорович раздумчиво покачал головой, — если уж сильно досаждать будут — тумаков надавать можешь. Это допустимо. Супруга поправит.

Елизавета Сергеевна мило улыбнулась.

— Ладно, — император слегка откинулся в кресле. — Посмеялись и будет. Теперь о делах наших тяжких. Я раньше думал, что это невозможно, Коршун, но, похоже, по уровню головной боли твой сынок тебя и вашу компанию переплюнул. А ведь он один! И это всё только началось. — Тут он кивнул Лаврову: — Володя, продолжай доклад!

— Слушаюсь! — подобрался генерал-майор. Дружба-дружбой, но дела на первом месте! — В распоряжение моего ведомства после прибытия известного всем присутствующим дирижабля «Князь Святослав» попала небольшая тетрадь на восемнадцать листов. На вчерашнем заседании о ней не было сказано ни слова, поскольку сия маленькая тетрадка находилась вне остального архива, а была засунута в один из ранцев, наполненных солдатскими книжками и жетонами. Так вот, эти восемнадцать листов опрокидывают все наши знания о возможностях некромантов на лопатки!

Оживились все, но в особенности — старец Иннокентий. И именно ему Владимир Николаевич адресовал свою следующую фразу:

— Да, Кеша! Оказывается, мы ничего толком о некромантии не знаем.

— Дневник⁈ Он вёл дневник⁈

— Ну… не то чтобы дневник, но краткие соображения по поводу освоенных умений, так скажем.

— Аркашка⁈ — не сдержался Коршун.

— Да. Упомянутая тетрадочка — это записи вашего, Илья Алексеевич, сына о том, какие магические приёмы, навыки и умения он применял на поле боя. На сегодняшний момент эту тетрадь читало три человека, включая меня. Двое прочих — эксперты по магическому взаимодействию и теории маго-схваток. И вот, господа, два взаимоисключающих вердикта, — Владимир Николаевич прихлопнул по лежащим перед ним бумагам. — Первый эксперт считает, что всё перечисленное в тетради — горячечный бред сумасшедшего, и человека, писавшего это, следует упечь в психиатрическую лечебницу.

— Спокойно, Илья Алексеич! — хлопнул покрасневшего Коршуна по руке дедок Иннокентий. — Кто ещё кого упечёт.

— Прошу, господа, — слегка нахмурился Лавров, — вам же было сказано: вопросы потом! Продолжу. Второй эксперт заявил, что скорее всего эти записки — результат практических изысканий гениального мага-некроманта. Причём она (эксперт) отдельно настаивает на том, что это именно необученный некромант. Позволю себе цитату: «Он не знает собственных границ, и не знает, возможно или нет то, что он делает. Его взгляд не зашорен. И всё, что он делает — это один длинный, гигантский эксперимент на грани человеческих магических возможностей. Результат непредсказуем. Либо он погибнет в результате производимых опытов, либо мы получим архимага-некроманта. Четвёртого из известных нам. И желательно, чтобы он был максимально лоялен к Российской империи».

Все сидящие за столом, переглянулись.

— Я, понимая все резоны, — очень серьёзно заявил Лавров, — рекомендую оставить «статус кво». Пусть Аркадий Ильич продолжает вести партизанские действия. Рекомендую так же заранее придать ему официальный статус не только как главе партизанского отряда, но и как независимому от Печёрской обители магу. Власти ознакомлены с его деятельностью и всецело их одобряют. По поводу ранга, думаю, отец Иннокентий выскажется. Предварительный доклад закончен.

— Ну, теперь тебе слово, второй известный нам архимаг-некромант! — обратился император к Иннокентию. — Давай, Кеша, жги!

— Жгу, Андрей. Во-первых, сразу замечу, если Илья Алексеевич не в курсе: второй известный нам архимаг-некромант — это упоминавшийся вчера Великий господарь Валахии, Мирча Шестой из рода Праснаглавов. Как изволила приметить госпожа Морачевская, которую поразительным для меня образом умудрился не только повстречать, но и спасти ваш выдающийся сын, сей маг, как и все господари Валахии, специализируется на поднятии и управлении кадаврами, и его известный предел — двадцать восемь, как они их называют, «слуг». У всех прочих известных мне некромантов Валахии уровень ниже как минимум вполовину. А третья… — старец замешкался.

— Третью, я, кажется знаю, — сказал герцог Коршунов. — Некая баронесса Енрикета Марти, пожизненно сохраняющая образ маленькой девочки. Она?

— Именно, — с неприкрытым удивлением сказал старец Иннокентий. — Что ж, вижу, допуски у тебя хорошие. Тогда слушай. Очень похоже, что тремя неделями ранее я наткнулся на изделие твоего сына, Илья Алексеевич. Больше такое сотворить просто некому! Или у нас в Сибири инициировалось два архимага-некроманта с ранее не выявленным даром, что, согласись, маловероятно.

— А что за изделие? — не понял Илья Алексеевич.

— Поднятый медведь. Всё бы ничего. Обычная поделка начинающего мага. Но с силой, влитой в этого медведя, просто неимоверной! Об этой