Спящие холмы - Ирина Владимировна Скидневская

— Помнишь нас? — спросил Нобль. Он кивнул на плотного парня с рыжеватыми волосами. — Тибо. Я Нобль, а это Эна, Грания и Бастиан. Ну?

Луиза молча покачала головой.

— Ладно, пусть не имена, но лица ты должна помнить?

— Я хотела бы перед вами извиниться, правда, но не знаю, за что. Может, если вспомню…

— Тогда почему убежала?!

— Я слышала, как вы сговаривались отвести меня к Ржавым холмам.

— С нами ещё была Шалотт, её схватил демон… — трясясь от гнева, сказала Эна.

— Мне жаль…

— Сомневаюсь… — И Эна не пожалела проклятий в адрес Луизы.

Пожилой пытался всех успокоить:

— Остановитесь, лучше её игнорировать! Мы не знаем, что задумал Ядан!

— Да что бы он ни задумал, Бастиан, — сказал Нобль.

Луиза не отвела взгляда, когда он занёс лопату и ударил её по голове. Они все, кроме Бастиана, били её кирками и лопатами, с яростными криками, полными такой душевной боли, что у неё мурашки бежали по телу. Как же она умудрилась заслужить столько ненависти? Их оружие проходило сквозь неё и глухо клацало о землю. Было жутко, неприятно, но не больно. После встречи с демоном, откусившим ей руку, Луиза взяла камень и попыталась себя ударить — камень легко прошёл сквозь ладонь, не ранив её…

— Чёрт, я сломал лопату… — Тяжело дыша, Нобль отбросил деревянный черенок.

Обессилевшие, они повалились на землю. И тут костёр погас.

— Что вы натворили, — с горечью произнёс Бастиан.

В полной темноте все по очереди щёлкали пальцами над ровным кругом для костра — похоже, это был способ розжига. Но всё было напрасно. Стало очень холодно, к тому же началась пыльная буря. Они устроились рядком и с головой накрылись куртками, Луиза легла отдельно, под пальто. Буря завывала долго, а когда наконец кончилась, Луиза услышала, как кто-то из женщин плачет:

— Я больше не могу… мне холодно…

Луизу наполовину засыпало песком, она вылезла и, отряхнув пальто, кое-как натянула. Ей пришло в голову, что она единственная не пробовала разжечь огонь. Зубы стучали, и она почти не чувствовала рук, когда щёлкнула пальцами над тем местом, где должен был быть костёр. Ничего не произошло.

На подгибающихся ногах подошёл Тибо и, встав на колени, принялся расчищать кострище от песка, пока круг не стал гладким.

— Попробуй…

Луиза снова щёлкнула. Вспыхнул огонь, кто-то охнул. Все устроились вокруг костра, и вторая ночь Луизы в Хадесе прошла спокойнее.

2

Проснувшись, никто не пожелал друг другу доброго утра, в нём не было ничего доброго: ни гаснущих звёзд, ни пения птиц, ни пробившихся сквозь тучи первых лучей солнца — лишь серые безжизненные поля, над которыми неистовствовал ветер. Эна снова мучилась с непослушными гладкими волосами и пыталась заплести их позатейливее, чтобы спрятать кончики. Получалось плохо. Заметив, что Луиза за ней наблюдает, она раздражённо сказала:

— Скажи хотя бы, чем закончилась война с кошками.

— Война? С кошками? — Луиза невольно рассмеялась. — С кошками?!

Все посмотрели на неё, как на дурочку.

— Она правда ничего не помнит, — сказал Бастиан.

— Прикидывается, — возразил Тибо, медленно, с нажимом расчёсывая щёки пальцами. Похоже, с утра его сильнее других терзала депрессия.

Чертыхаясь, Нобль подобрал черенок от своей лопаты и злобно взглянул на Луизу, однозначно виня её в поломке. Лидер группы был рослым, но после вчерашнего Луизу не пугали его кулаки. Она страшилась только неизвестности и мечтала, чтобы поскорее вернулась память.

Подобрав инструменты, все цепочкой отправились вслед за Ноблем. Луизу с собой не звали, но и не прогнали, когда она пристроилась за Бастианом, — скорее всего, потому, что не могли. Костёр вспыхнул и погас, едва они отошли на несколько шагов.

…Местность в Хадесе была неоднородной, каменистые равнины и островки невысоких скал чередовались с глубокими оврагами. Ветер дул одновременно со всех сторон, варьируя только свою силу и образуя повсюду наносы песка. Бородач шёл довольно уверенно и несколько раз менял направление. Ненавистный сумрак почти рассеялся, когда отряд пришёл к месту назначения.

Внутри невысокой ограды, сложенной из камней и прикрытой, как навесом, чёрной курткой, лежал человек. Осторожно убрав камни, которые прижимали куртку по краям, Бастиан снял её и тщательно выбил из неё песок. Значит, решила Луиза, это была его куртка, потому что другие не могли брать чужую одежду — руки проваливались.

Луиза увидела молодого парня, темноволосого, высокого и очень худого, почему-то босоногого, в довольно потрёпанной одежде: светлых холщовых штанах и рубахе, перевязанной на поясе верёвкой. Казалось, он спал, скорчившись на боку.

— Тильд…

— Откуда ты его знаешь? — неприязненно спросил Нобль.

— Висела рядом… он сказал мне про белые огни…

Нобль сплюнул на землю.

— Жаль. Может, забрела бы к демонам.

— Он жив?

— Конечно, жив.

Но она отчётливо видела, что Тильд не дышит.

— Это сон? Кома?

Нобль промолчал, ей ответил Бастиан:

— Он сейчас висит.

— Там? — догадалась Луиза. — До сих пор?!

— Ядан его постоянно наказывает, — жалостно сказала Грания. Она дула Тильду в лицо, пытаясь смести вездесущий песок, который стремился забиться в каждую щёлку и трещинку.

— За что?

Бастиан пожал плечами.

— Тильд это Тильд. Он здесь давно.

Длинноволосая Эна сказала со злостью:

— Хватит болтать, Бастиан! Зачем ты ей всё рассказываешь?

— Она теперь одна из нас.

— Да, до тех пор, пока мы не найдём способ с ней расправиться.

— Говори за себя, — сказал Бастиан, пристраивая куртку на прежнее место, над Тильдом. — Я в этом не участвую.

— Эх, добрая душа, — проворчал поправлявший камни в ограде Тибо.

…Оставив Тильда, двинулись по направлению к Чёрной долине. Луиза поняла это быстро — запах горящих железных деревьев усиливался. Они растянулись цепью и пошли вдоль высокого обрыва, с которого открывался вид на долину.

— Что вы ищете, Бастиан? — крикнула Луиза, видя, что все внимательно смотрят на землю.

— Ростки железных деревьев!

— Зачем?

— Будем корчевать!

Ходили долго и безрезультатно. Луиза, как всегда, держалась особняком и смотрела по сторонам, а не под ноги. Из долины доносился непонятный гул, в котором прорывались отголоски страшных и неприятных возгласов, похожих на плач.

Утомившись, все повалились на землю передохнуть. Луиза подошла к Грании.

— Ты не скажешь, что это за звуки с долины?

— Там мучаются люди, которые сжигают железные деревья… — Грания заплакала и продолжала плакать, когда группа снова выдвинулась на поиски.

— Чего ревёшь, куколка? — не выдержала Луиза.

— Ядан нас подвесит, если не добудем хотя бы по паре всходов на человека…

— Кто сказал?

— Ядан говорил с Ноблем… Он прислал лопаты, значит,