Спящие холмы - Ирина Владимировна Скидневская

— Уй-й… — ахнул великан Нобль.

— Ага, набежали.

— Ты хотел знать, где граница с долиной?

— Да. Нам повезло, она за кирками и в этом месте довольно ровная.

Бастиан с Тибо ничего не сказали, но им явно было не по себе.

Женщины подошли к обрыву посмотреть, что там. Эна с Гранией в ужасе отшатнулись, а Луиза сдержала нервный смех. Несмотря на трагизм положения, она не могла не признать, что раскинувшаяся перед ней панорама — с огромными просторами и заревом в полнеба от Огненной реки — была эпически-впечатляющей. Вдобавок к этим красотам на склоне стояли демоны, опаснейшие твари, чьи тела, подобие человеческих, колыхались, как чёрный туман, а глаза без зрачков смотрели не мигая. Их было несколько, семь или восемь, каждый крупнее Нобля, и они стерегли людей, с нетерпением дожидаясь, когда кто-то оступится и пересечёт невидимую черту. У Луизы при виде них заныла погрызенная одним из них рука.

Тильд тем временем обернул верёвку вокруг талии и завязал сложным узлом.

Бастиан поёжился.

— Может, не стоит, Тильд, дружище? Это опасная затея. Уж лучше мы повисим, чем подвергать тебя такому риску.

— Поддерживаю Бастиана, — сказал Нобль.

— Вы же знаете, парни, чем всё закончится.

— Чем?! — выдохнул Тибо.

— Я их разочарую, — без всякой рисовки сказал Тильд.

Он велел мужчинам держать его, взявшись за верёвку. Те так и сделали, отойдя на несколько шагов от обрыва и встав друг за другом. Когда Тильд подал знак, они начали медленно стравливать верёвку, которая по законам этого мира не должна была даться им в руки — как вещь, принадлежащая другому человеку. Для Луизы это стало загадкой.

Грания ушла, чтобы никого не отвлекать своим плачем, бледная как смерть Эна отправилась за ней. Луиза встала у обрыва. Когда Тильд начал спуск, она встретилась с ним глазами и сдержанно кивнула.

Ветер неистово гнал на них жар с Огненной реки, приправленный терпкими ароматами горящего железного дерева, и гулкий тоскливый плач страдающих там людей. Демоны растеклись, как по стеклу, по воздушной границе и злобно следили за Тильдом. Упираясь босыми ногами в склон, тот спускался довольно ловко и вскоре оказался возле нужной расщелины.

— Стоп! — крикнул он.

Луиза переадресовала сигнал мужчинам:

— Стоп!

Чёрная стена из демонов находилась на расстоянии вытянутой руки от Тильда.

— Тильд, Тильд, Тильд, — сказал один, — а если твоя верёвка оборвётся? Тонкая, Тильд, Тильд, Тильд! Тонкая!

— Не переживай, урод, урод, — ответил Тильд, аккуратно вынимая кирки из расщелины.

Прижав к груди две из них, он присел, чтобы взять третью, и уже взялся за ручку, как внезапно ноги поехали, обрушив его лицом на склон. Тильд успел схватить выскользнувшую кирку, но она наполовину оказалась на стороне врага, и демоны тут же в неё вцепились. Верёвка натянулась, как струна. Тильд лежал с разведёнными руками, распластавшись поперёк склона и придавив грудью две спасённые кирки. Ему стоило больших усилий сохранять равновесие, босые ноги сползали к опасной черте. Он пробовал, но не мог подняться.

Мужчины сразу ощутили, как сильны демоны. Их тащило к краю обрыва, а они, с багровыми от натуги лицами, упирались ногами в землю.

Ветер сошёл с ума — по склону ходили, поднимая пыль, большие вихревые воронки. От плача, доносившегося с Огненной реки, кровь стыла в жилах.

— У меня верёвка растягивается! — крикнул Тибо.

— Брось её, Тильд! — в панике закричала Луиза. — Брось кирку! Верёвка рвётся!

На помощь прибежали Эна с Гранией, ухватились за верёвку между Бастианом и Тибо.

Босые ноги Тильда едва не касались демонов. Луиза сорвала с себя пальто, связала рукава и швырнула вниз. Это было глупо, но она не могла бездействовать. Ветер закрутил пальто в воздухе. Отлетев, оно попало в гущу врага. Два демона затеяли драку за право то ли сожрать, то ли просто обладать им. Схлестнувшись, они выпали из чёрного кубла и яростно делили пальто в стороне, с рёвом нанося друг другу удары.

Верёвка всё-таки лопнула между Тибо и Эной. Тибо упал и ударился спиной. Понимая, что Тильд на грани гибели, Луиза, как безумная, схватила обрывок верёвки с привязанным к нему камнем и, раскрутив над головой, запустила вниз. Она попала точно в скопление демонов, и это произвело ошеломляющее действие — твари бросились врассыпную. Тильд сумел подняться на ноги. Вскоре его вытащили наверх, вместе с тремя кирками в руках.

Все без сил повалились на землю, а Луиза заорала, встав над Тильдом:

— Почему ты не отпустил кирку, Тильд, Тильд, Тильд?! Ты ненормальный?!

— Не мог, — с закрытыми глазами ответил Тильд. — Они приклеили её к моей руке.

— О, понятно…

Он взглянул на неё и улыбнулся.

— Луиза, ты чемпион по метанию пальто?

— В лёгком весе…

Передохнув, взялись за работу и едва успели добыть по два ростка на человека. Тильд не копал, словно это правило на него не распространялось, но группа не проявляла беспокойства.

Снова возникла дилемма — сдать ростки или, положившись на удачу, сразу идти к костру.

— Нет, чую, во второй раз не выгорит, — сказал Бастиан.

— Но мы в темноте заблудимся, — с тоской возразил Нобль.

— Я буду ждать вас на полпути, — заявил Тильд. — Грания, я в светлом, ищите меня с Ноблем на том же месте…

— Конечно! — с обожанием глядя на Тильда, сказала Грания.

— Мы уже так делали, помните? Бастиан, ты умеешь свистеть.

— И я не разучился, парень.

…Они смогли — сдали ростки и нашли в темноте Тильда. Только пришлось тащить на себе потерявшего сознание Тибо — холод и усталость делали своё дело.

…Отогревшись у костра, Тильд подошёл к Луизе. Остальные уже спали.

— Ты меня спасла.

— А ты меня. Когда сказал про огни.

Тильд сел рядом, худющий, темноглазый, сплошное добродушие. Казалось, в людях его ничто не раздражает, поэтому их тянуло к нему.

— Как ты тут? — спросил он.

Если дать себе волю, жалобам не будет конца, поэтому Луиза сказала только:

— Жду, когда вернётся память.

— И тогда амнезия покажется тебе благом.

Она разволновалась.

— Значит, ты что-то обо мне знаешь?

— Так здесь происходит со всеми…

— Да они тебе уже доложили!

— Не успели. Но в любом случае, я предпочёл бы историю твоей жизни услышать от тебя.

Луиза ни разу здесь не плакала, в ней всё будто закаменело, и вдруг слёзы ручьями потекли по щекам.

— Тильд… Отсюда можно выбраться?

Он помрачнел и ничего не ответил.

— Я постоянно, каждую минуту пытаюсь хоть что-нибудь вспомнить. Это так мучительно… Что мне делать?!

— Переключиться. Придумай себе счастливую прошлую жизнь и радуйся,