Предотвратить Зону - Денис Бригсон

– Кто-то слишком торопится завершить что-то важное, пока еще есть возможность, – усмехнувшись, продолжил мысль Юлии Рыбак. – А после этого хоть ядерный взрыв: свалят куда-нибудь далеко, и ищи их свищи. А здесь появится зараженная на многие десятилетия зона.

Юля невесело покачала головой, а майор, потрясенный услышанным, хрипло произнес:

– Неужели кто-то сознательно пойдет на такое?

– Не знаю. Это лишь предположение, – уныло выдала девушка.

– В любом случае нам надо это предотвратить, – твердо сказал Карат. – Как еще можно остановить этот чертов реактор?

Юля опустила голову на поставленную на стол руку, темные пряди веером спустились по ее щекам и скрыли лицо.

– Почему никто не спохватился до сих пор? – с горечью пробормотала девушка. – Неужели никому там нет до этого дела? Столько дней уже прошло.

– Ты погоди раскисать, дорогуша, – дернулся было в ее сторону Рыбак. – Сопли потом вместе будем на кулак наматывать, когда все образуется. Сейчас-то что можно сделать?

Брюнетка выпрямилась, легким движением головы откинула челку и взглянула обреченными глазами на своих спасителей.

– Не, так не пойдет, – правильно расценил ее взгляд дед. – Давай говори, что делать. Иначе я сам сейчас пойду эту скороварку вырублю по-своему.

Девушка понуро улыбнулась порыву старика и представила, как Рыбак останавливает ядерный реактор. Потом закусила губу и помрачнела.

– Юля, ты кушать хочешь? – внезапно спросил Карат.

Взгляд брюнетки дрогнул и стал другим. Она удивленно посмотрела на Виктора. Майор когда-то читал: чтобы вывести бойца из состояния экзистенциального кризиса, нужно резко сменить тему, оторвать внимание от гнетущей обстановки, прервать поток мрачных мыслей. В крайнем случае – влепить пощечину, вызвав другую сильную эмоцию: страх, удивление, злость – чтобы перебить отчаяние. Но ударить по лицу девушку даже ради ее же блага Виктор не мог.

– Что? – захлопала она ресницами.

– Ты когда-нибудь ела тушеную говядину прямо из жестяной банки, ножом? – продолжил он, вырывая брюнетку из плена безнадежных мыслей. – Это может быть очень вкусно. Хочешь?

Рыбак раскусил ход напарника и одобрительно хмыкнул.

– Я не знаю, – неуверенно проговорила девушка. – Я не сильно голодная. У меня тут еще осталось печенье… орехи, там… кофе…

– Отлично, – Виктор раскрыл рюкзак, – значит, кофе и запьем.

Он выставил на стол и вскрыл три банки консервов, после вручил Юле нож и жестом указал, что можно приступать к употреблению тушенки. Девушка потыкала ножом в жестянке и почти с мольбой спросила:

– А можно я вилку возьму?

Карат вскипятил чайник, насыпал в чашки кофе и поставил их на стол. Ароматная горячая жидкость источала парок и наполняла комнату карамельно-шоколадным букетом.

Девушка с удовольствием сделала глоток и немного расслабилась.

– Ну как самочувствие? – осторожно спросил Виктор.

– Лучше, спасибо.

– Есть какие-нибудь мысли по остановке реактора?

Юля вздохнула:

– Без доступа к управлению сделать это безопасно невозможно. Если только… У реактора множество ступеней защиты. Самая крайняя из них – ловушка расплава, когда уже управление, по сути, бесполезно и никак не может повлиять на процесс. Но это очень опасно.

– И что это за ловушка?

– Если убрать охлаждение активной зоны реактора, то температура там вырастет до критических величин, несколько тысяч градусов, и топливо начнет плавиться, а вместе с ним и дно корпуса реактора. Остатки расплавленного ядерного топлива и корпуса стекут в огнеупорный стакан – ловушку расплава. В ней специальный материал, который исключает цепную реакцию деления и снижает температуру расплава. Таким способом можно предотвратить взрыв в теории.

– И как нам убрать охлаждение реактора? – не унимался Карат.

Юля испуганно посмотрела на него, но сразу же взяла себя в руки:

– В первом контуре циркулирует вода, которая выполняет функцию замедлителя и охладителя. Нужно перекрыть воду на контур, отключив компенсатор давления и циркуляционные насосы. Запустить систему сброса теплоносителя. Когда вода уйдет, температура в активной зоне быстро вырастет.

– Хорошо. И как мы это сделаем?

– Управление всеми этими процессами на главном щите, но он нефункционален сейчас. Если спуститься на минус первый этаж, то можно все это сделать по месту, переведя флажки автоматики дополнительного оборудования в ручной режим.

– Отлично, – выдохнул майор. – Тогда надо спускаться. Лестница, лифт? Как туда попасть?

– Из реакторного цеха обычно, – ответила девушка, – но, как я сказала, там включены блокировки. Можно еще из вспомогательных корпусов, там тоже есть лестницы и грузовые лифты.

Группа осторожно направилась к нужному объекту: Карат шел впереди, девушка следовала за ним и подсказывала путь, Рыбак замыкал тройку. Они подошли к зеленому двухэтажному зданию с раскрытыми настежь воротами. Внутри в центральном проходе располагался большой карман с лифтовой кабиной. Несмотря на то что на фасаде здания виднелись окна двух этажей, внутри оно не имело перекрытий, образуя общее пространство, в котором располагались стеллажи различной высоты и вместимости, на палетах лежали коробки с оборудованием. Кнопка вызова лифта светилась красным и никак не реагировала на нажатие, поэтому группа проследовала по центральному проходу до стены и через дверь вышла на лестницу. Четыре лестничных марша, каждый из двенадцати ступеней, вели вниз, на минус первый уровень.

Когда путники спустились, то оказались в широком светлом коридоре, расходящемся в разные стороны. Прямо возле двери на стене находились таблички с указателями, и троица направилась в направлении «Модуля ХВО». Чуть погодя стали различимы странные звуки. Группа прошла несколько метров и остановилась возле угла уходящего налево коридора, прямо же находилась закрытая переборка.[23]

– Нам туда? – полушепотом спросил майор девушку, указывая за поворот.

Юля кивнула.

– Ладно, – произнес Виктор. – Побудь пока здесь, а мы проверим. – Он кивнул старику.

Карат с Рыбаком осторожно двинулись дальше. По правой стороне пролета располагался большой карман с лифтом. В этой нише находились два лицедея: они судорожно перебирали лапами по плитке пола и тряслись, будто в экстазе, упиваясь страданиями охранника в черном тактическом костюме. Он стоял на коленях прямо перед пауками, рыдал и хрипел, тянул в бессилье к ним руки и периодически хватался за голову. Створки кабины были перекошены, металлические листы смяло. Лифт был заблокирован, а человек оказался обречен питать негативными эмоциями этих мерзких тварей и страдать.

Прогремело два выстрела из ружья, и монстры, визжа, забились в предсмертных судорогах, пронзенные охотничьими пулями. Охранник впал в ступор, глядя на умирающих лицедеев. Он ошарашенно посмотрел на пришедших на помощь людей, и лицо его перекосила дикая злоба. Спец резко нырнул с колен к пистолету-пулемету, валяющемуся в паре метров от него, но Карат успел среагировать и ногой пнул пэпэшку дальше в коридор. Охранник резво вскочил на ноги, в глазах его плескалась безумная ярость. Он выхватил нож и бросился на Виктора:

– Стой, дурак! – прокричал майор, уворачиваясь от удара. – Мы тебя спасли!

Но тот лишь свирепел и злобно рычал:

– Сволочь, за пацанов! – рявкнул он и с новой силой рванул на Виктора.

Карат скинул карабин с плеча и отбил смертельный удар ножом, нацеленный ему в шею.

– Это был морок, идиот! – пытался вразумить психа