Во власти Скорпиона. Большая игра - Гриша Громм

Он смотрит на груду своих фишек, затем на меня. Я намеренно так громко спрашиваю об этом. Мне нужна репутация мальчишки, который готов проиграть всё, лишь бы отыграться.

Нужные мне слухи ползут и так, но надо убедить в них всех!

— Не в этот раз, — говорит Щербатов и слегка кивает. — Надо уметь вовремя остановиться.

Отлично, теперь наверняка все будут об этом говорить. Пусть говорят. Пусть думают то, что я хочу.

Встаю из-за стола, киваю Щербатову.

— Хорошая игра, Аркадий Петрович. Поздравляю.

— Благодарю, граф. — Он пожимает мне руку. И в этот момент, когда наши ладони соприкасаются, он едва заметно кивает. Быстро, почти незаметно. Но я вижу.

Мы поняли друг друга.

Взятка уплачена. Теперь у меня есть человек в канцелярии.

После перерыва сажусь за стол с мелким бароном из провинции. Он приехал на турнир явно не по средствам — костюм поношенный, манеры неуклюжие, ставки делает с видом человека, который не понимает, во что ввязался.

Лёгкая добыча.

Но мне нужно не это. Мне нужно выиграть что-то небольшое, для отвода глаз. Чтобы не выглядеть полным неудачником.

Игра идёт быстро. Барон блефует слишком очевидно, его лицо читается как открытая книга. Я выигрываю три раздачи подряд — без помощи Севы, просто по базовым навыкам.

Сумма небольшая, но достаточная. Теперь у меня есть хоть какой-то выигрыш за сегодня.

— Удачная партия, граф, — говорит барон, поднимаясь.

— Благодарю.

Он уходит, понурив голову. Проигрался почти в ноль, бедолага. Но это не мои проблемы. Уверен, здесь найдутся те, кто продует даже ему.

Публика наблюдает. Я вижу, как они переглядываются, оценивают.

«Молодой граф отыгрался у мелкого игрока, — думают они. — Но против серьёзных противников он бессилен».

Отлично. Именно такое впечатление мне и нужно.

Подхожу к Олегу, который стоит у стены.

— Который час?

— Полдень, господин. Через два часа — дуэль.

Дуэль. Я почти забыл за всеми этими картами. Нельзя заставлять Тильгенова ждать. У меня большие планы на нашу встречу.

— Готовь машину. Выезжаем через час.

* * *

Лавандовое поле за городом — идеальное место для дуэли. Ровное, открытое, без укрытий и ловушек. И красивое — фиолетовые волны цветов колышутся под ветром, наполняя воздух сладковатым ароматом.

Когда мы приезжаем, Тильгенов уже там. Стоит в центре поля со своими секундантами — двое крепких парней из «Косатки». Сам он одет в белую рубашку, расстёгнутую у ворота, и тёмные брюки. Выглядит расслабленным, уверенным в себе.

— Скорпионов! — он замечает меня и расплывается в улыбке. — Наконец-то! Я уже думал, ты струсил.

Выхожу из машины, иду к нему через поле. Цветы хрустят под ногами, выпуская облачка пыльцы.

— Я слышал, ты круто проигрался на турнире, — продолжает Тильгенов, когда я подхожу ближе. — Готов к очередному поражению?

Молча достаю шпагу. Она блестит в солнечном свете — простая, без украшений, но хорошо сбалансированная. Та самая, с которой я тренировался с Даниилом.

Тильгенов хмыкает.

— Немногословный, да? Ладно. Давай покончим с этим.

Его секунданты отходят в сторону. Мои — Олег и двое гвардейцев — делают то же самое.

Мы становимся друг напротив друга. Пять шагов между нами. Шпаги подняты.

— До первой крови, — объявляет один из секундантов Тильгенова. — Бой!

Тильгенов атакует сразу — резко, агрессивно, без разведки. Его клинок летит к моему горлу. Я едва успеваю отбить, отступаю на шаг.

Он не даёт передышки. Ещё удар, ещё. Он быстрый, чёрт возьми. Очень быстрый. И техника у него отточена годами тренировок.

Отступаю, защищаясь. Он наступает, давит, не даёт опомниться. В точности как Даниил предупреждал.

Тильгенов делает обманное движение влево, потом бьёт вправо. Я едва успеваю подставить клинок. Искры летят от столкновения металла.

— Неплохо для любителя! — смеётся он.

Ещё атака. И ещё. Я чувствую, как устают руки, как сбивается дыхание. Он сильнее меня, опытнее, быстрее. Если ничего не изменится — проиграю.

Поэтому я принимаю единственно-верное, на мой взгляд решение. Я отпускаю ситуацию. Отдаюсь мышечной памяти. Я уже знаю, что Севу отлично учили с раннего детства — тело это должно помнить.

И тут что-то щёлкает.

Мышцы, которые я не контролирую, берут управление на себя. Ноги переступают сами, корпус разворачивается, рука описывает дугу.

Хорошо что пацан был хорошим учеником, а я усердно тренировался с Ужиным, чтобы иметь преимущество. И да, Даниил научил меня парочке хитростей. И сейчас идеальный момент, чтобы применить одну из них…

Тильгенов атакует — но я уже не там, где он ожидал. Шаг в сторону, уклон, контрудар. Он едва успевает отбить.

На его лице — удивление.

— Что за…

Не даю ему закончить. Атакую сам — нестандартно, под углом, который Даниил показывал мне на тренировках. Тильгенов парирует, но поздно. Моё остриё царапает его грудь.

Он отскакивает, смотрит вниз. На белой ткани — красная полоса. Неглубокая царапина, но — кровь.

— Первая кровь! — кричит секундант. — Победа за графом Скорпионовым!

Тильгенов стоит неподвижно. Смотрит на царапину, потом на меня. Его лицо искажается яростью.

— Это… это невозможно!

— Возможно, — отвечаю я, опуская шпагу. А затем делаю шаг к нему и говорю шёпотом, чтобы слышал лишь он. — Запомни, Тильгенов: я никогда не проигрываю, если сам этого не хочу.

Он дёргается в мою сторону, и на секунду мне кажется, что он сейчас бросится снова, наплюёт на правила и секундантов. Но его люди хватают его за плечи.

— Рустем! Дуэль окончена!

Усмехаюсь. Как банально. Богатенький мальчик не может принять, что есть кто-то сильнее его. Увы, но такова жизнь — всегда найдётся кто-то сильнее, умнее, целеустремлённее. Поэтому у меня много дел, ведь я хочу быть этим самым сильным хищником…

— Это не конец! — рычит он, вырываясь. — Слышишь, Скорпионов⁈ Это не конец!

— Знаю, — киваю я спокойно. — Но сегодня — мой день. Смирись, Тильгенов. Ты проиграл.

Разворачиваюсь и иду к машине. Не оглядываюсь. Не нужно.

Олег открывает мне дверь.

— Господин… — он качает головой. — Я не знал, что вы так умеете.

— Я тоже не знал, — честно отвечаю я.

Физическая память — странная штука. Сева был никудышным магом, слабым волей, наивным идеалистом. Но фехтовать его учили хорошо.

Спасибо, приятель. Ты только что спас мою задницу.

* * *

Возвращаюсь на турнир как раз к вечерней сессии. И сразу замечаю, что что-то изменилось.

Раньше на меня смотрели с пренебрежением — молодой выскочка, сынок разорившегося графа. Теперь в глазах игроков — настороженность. Уважение. Страх.

Новости о дуэли распространились быстро.

— Граф Скорпионов! — Кабанский перехватывает меня у входа в зал. — Впечатляет. Серьёзно впечатляет.

— Спасибо.

— Тильгенов считался лучшим фехтовальщиком среди молодёжи. Ты его