Летящий в шторм - Сергей Александрович Самохин

с невероятным аппетитом проглоченного мною обеда в свою комнату, то обнаружил на терминале пять вызовов от Орвина. Я связался с другом, никак не прокомментировал его “хватит спать, я до тебя весь день стараюсь достучаться!”, и сообщил ему, что завтра меня отправляют на очередные обследования к доктору Шеви. Орвин сразу ухватил суть, став серьезным и даже несколько таинственным. Он заявил, что все понял, и будет рад меня завтра увидеть. Потом он все же не удержался, и сообщил, что был бы куда больше рад ещё лет сто меня вообще не видеть, но такие вещи решает, к его сожалению, вовсе не он. Мне понравилось такое настроение Орвина. После нашего с ним разговора я почувствовал облегчение. Я снова был не один. У меня снова есть человек, который готов меня всегда поддержать. Мы поболтали пару минут ни о чем, и после очередного тяжелого зевка я попрощался и пошел спать.

Прихромавший за мной утром сержант меня довольно-таки бесцеремонно разбудил. Я не сразу сообразил, что к чему, несколько секунд пытаясь понять, где я вообще нахожусь. Потом разом все вспомнил, и подобрался. Сегодня, если все пойдет по плану, нам предстоит непростое, но очень интересное приключение. “Ограниченное во времени приключение” – напомнил я сам себе, памятуя о разговоре с полковником. Ну что же, значит, надо пошевеливаться, нечего разлеживаться.

На умыться-собраться ушло несколько минут. Потом я все же забежал в столовую, чтобы хорошенько поесть: вчерашняя тренировка двойным ужином не компенсировалась. Сержант меня терпеливо ждал – я никогда не видел, как он ест. Да и ест ли он вообще?

Мы получили опять те же самые шлемы с “открытым” каналом связи, и залезли в тот же скат. Сзади, за сиденьями ската, все пространство занимали темно-зеленые тюки чего-то непонятного. Не может быть, что все это – нам с Орвиным. Как по мне, тут могла бы быть упакована одежда для десятерых, не меньше.

По прибытии в медцентр я сразу побежал к доктору Шеви. Его опять не оказалось на месте, и мне снова пришлось его ждать – на сей раз куда дольше, чем вчера. Я невольно начал злиться, что мы теряем драгоценное время, хотя и понимал, что отлет шаттла назначен в определенный час, и от нас этот процесс никак не зависит.

Доктор Шеви появился, когда я уже начал подпрыгивать на стуле от нетерпения. И появился он не один, а в сопровождении степенно и важно шагающего рядом с ним Орвина.

Увидев обоих, я вдруг сразу успокоился, и с необычайной ясностью понял – ну вот, началось. Прав Орвин – до этого я и впрямь плыл по течению, даже в свете последних событий. Я постоянно искал наилучший выход из создававшихся вокруг меня разными силами ситуаций. И вот сейчас, наконец-то, я начинаю создавать необходимые мне ситуации сам.

– Ваш рейс через три часа, нужно поторапливаться, – доктор Шеви так волновался, что решил пропустить приветствие. – Вот, тут и пропуска на Пермафрост, и два билета.

Доктор протянул нам с Орвиным два небольших пластиковых овальных жетона, болтавшихся на эластичном шнурке.

– Вот. Их либо на шее носят, либо в кармане, все равно. Такие жетоны у всех временных посетителей Пермафроста. Они открывают двери в транспортный зал для посадки или высадки, в столовую… Может, куда-то ещё, не важно. Все остальные двери с этими жетонами не открыть, да вам это и ненужно.

Доктор переживал и старался донести до нас максимум информации, уложившись в минимум времени. Мы уже шагали по коридору в сторону ангара. Я свой жетон сунул в нагрудный карман форменной куртки, Орвин торжественно повесил свой на шею.

– Орвин уже был на нашем грузовом терминале, – продолжал раздавать инструкции доктор, – там не заблудитесь. Всякий знает, откуда отправляется рейс на Пермафрост. Я оформил вас обоих в научную командировку от своего отдела, чтобы было меньше вопросов. Что ж, на самом деле это же почти правда… Да, а где ваша теплая одежда?!

Я успокоил доктора, сказав, что все организовано. Если честно, я даже не осмотрел тюки, которые сержант вывалил из ската на пол, организовав в ангаре медцентра небольшую неопрятную кучу.

Увидев, сколько вещей нам с Орвиным предстоит взять с собой, доктор несколько успокоился.

– Когда вас ждать обратно? – требовательно спросил он.

– Я полагаю, что завтра, – я не полагал, а знал практически точно, но доктора нервировать лишней информацией не стал. – Да и что нам там делать, просто поговорить, да и все.

– Да, кстати! – спохватился доктор, и полез в карман своего костюма, откуда достал сложенный в несколько раз листок бумаги. – Вот, отдадите это доктору Водопьяновой: весточка от меня. Старомодно, но зато надежно. Я попросил ее помочь вам, и подтвердил, что ты – модифицированный по пока неизвестной для нас специализации. Это ее заинтересует, и заодно сэкономит время на проверки. Я надеюсь, что она меня ещё помнит, и моему мнению доверяет.

Я убрал письмо доктора в карман.

– Спасибо. Вы очень много для нас сделали, доктор Шеви. Мы обязательно вернемся, и расскажем, что нам удалось узнать от доктора Водопьяновой.

– Ерунда, – доктор махнул на нас рукой, – ничего такого я не сделал. И потом, если все пройдет хорошо, то я надеюсь, что доктор Водопьянова сама вернется на Атлантис, хотя бы временно. Я уже соскучился по нашим с ней спорам. Ну все, идите. Нельзя опаздывать, шаттл ждать не будет.

Мы обнялись, подобрали с пола нетяжелые, но очень объемные тюки, и направились на выход. Орвин уже объяснил мне, что идти пешком до грузового терминала совсем недолго, не более получаса.

Грузовой терминал был огромен. Сперва мы прошли мимо выступившей на нас из белой пелены широкой площадки для скатов, виронов и ещё нескольких больших летательных аппаратов, названий которых я даже не знал. Тут же вдоль, в неровный ряд стояли колесные и гусеничные траксы. С некоторых из них люди сгружали привезенные грузы, на другие, наоборот, загружали. Мы прошли вдоль нескончаемой площадки, и вышли к массивному, высокому ангару с несколькими широкими воротами в нем.

– Это главный склад, перевалочный, – произнес Орвин важно, стараясь не показать, как он уже запыхался. – Сюда привозят грузы, которые нужно перевезти.

– Это все для Пермафроста? – удивился я размаху перевозок.

– Неееет, ты что. На Пермафрост так много не везут. Отсюда летают виронами по разным секторам Атлантиса. Четвертый сектор, к примеру, жилой. Седьмой – промышленный, там производят оборудование и мебель всякую. Вот весь грузооборот идет через этот узел.

– А ты время даром не терял, – похвалил