Тактик 13 - Тимофей Кулабухов

Внутри хранилища тускло мерцали горы золотых монет, драгоценные камни и дорогие артефакты. Личная казна короля Фрея, основа его политической власти, теперь представляла собой просто огромную ожидающего разграбления лута.

— Набивайте мешки! — скомандовал командир. — Первыми берём артефакты, затем камни и золото!

Орки принялись методично выволакивали кованые сундуки. Звон пересыпаемых монет сливался с тяжёлым, хриплым дыханием бойцов.

Экономический урон королевству Кольдер наносился в реальном времени. Каждая украденная горсть золота являлась звонкой пощёчиной раздутому самолюбию Истерлингов.

Фрей выкачивал богатства их кланов, возвращая их только лояльным себе, на этом строилась его власть, но сейчас его сокровищницу потрошили.

Однако неумолимая игровая физика взяла своё. Тяжёлые кожаные мешки и сундуки превратились в критический дебафф. Отряд моментально потерял в мобильности. Бойцы тяжело переступали ногами, переваливая неподъёмную ношу через широкие плечи.

Целый батальон, гружёный золотом, стал теперь очень богатой черепахой.

Снаружи донесся нарастающий, тревожный гул. Сотни тяжёлых сапог топтали уличную брусчатку. Разъярённые крики толпы сливались в сплошной агрессивный рёв.

Да, ворота замка Хайцгруг запер, охрана разбежалась, но тревога дала о себе знать. Местные жители, те из них, которые не выскочили наружу, теперь собрались в громадную толпу и плотным кольцом окружили район дворца.

Хайцгруг закинул на плечо здоровенный сундук с отборными рубинами. Мощные мышцы спины напряглись под чудовищным весом.

Горячий адреналин бурлил в крови, требуя немедленных действий. Орк обвёл тяжёлым взглядом своих собратьев.

Их глаза горели диким азартом удачного рейда, но физическая усталость уже брала свое.

Бросать честно добытый лут никто не собирался. Выйти сейчас через разбитые парадные двери означало добровольно шагнуть в мясорубку. Попытка прорубиться сквозь бесконечные толпы стражи с перегруженным инвентарём являлась верным путём в царство мёртвых.

Я всегда учил офицеров искать нестандартные ходы, слабости системы, изощрённые пути.

Прямое боевое столкновение работает только при подавляющем преимуществе. В остальных случаях решает хитрость и тактическое отступление.

В этом смысле я легко мог потягаться с пиратами.

— Босс, там в подвале был вонючий водосток, — взмахнул рукой один из гномов. — Такие строят наши как канализацию.

— Предлагаешь плыть?

— Канализации строят так, чтобы их можно было обслуживать. Но враги погонятся за нами.

— Дойкх, — показывай дорогу и ломай решётки. Мейцекурт, разожги факела. Надо устроить этому дворцу огненное шоу.

Если в другой части Собачьих островов в этот момент пехота Штатгаля боролась с огнём, Хайцгруг в бешеной решительности своей поджёг дворец в десятке мест одновременно, как только его гномы взломали решётку в канализацию.

Выбор между героической смертью на стенах чужого дворцового комплекса и маршем по колено в дерьме для орков даже не стоял.

Холодная эффективность всегда бьёт бессмысленный пафос.

Бойцы по одному начали протискиваться в узкий проход, упрямо волоча за собой мешки с королевскими сокровищами. Воняло нестерпимо, но всех грела мысль о том, что над их головами разгулялся пожаром дворец.

Орки любили что-нибудь сжечь и разрушить.

Хайцгруг спустился в водосток последним. Он наглухо задвинул и перекрутил между собой искорёженные остатки решетки. Над их головами бесновался разъярённый город, который теперь выламывал ворота к дворцовому комплексу и созывал ополчение, чтобы дать врагам, подло вторгшимся в их город, хороших люлей.

Отряд, в голове которого сейчас шли перемазанные как черти вонючие гномы, подсвечивал себе путь магическими артефактными фонарями и пытался найти выход за пределы города.

Путь их вёл вдоль вонючего потока, гномы надеялись, что в практичности своей обитатели дворца сбрасывают нечистоты куда-то в сторону моря.

Глава 21

В чужих водах

Портал номер четыре выплюнул роту Марка в густую лесную чащу.

Вдалеке был пляж, но стоя среди деревьев, могло показаться, что ты оказался в густоте континентальных лесов северных маэнских провинций, потому что он не был ни видим и ни слышим.

Воздух здесь пах сырой хвоей и древесной смолой. Если бы не крикливые чайки над головой, ничто бы не выдавало нахождение среди архипелага Собачьих островов.

Остров Лкесн встретил диверсантов равнодушно.

Вся «живность» острова давно была перебита лесорубами, тут не водилось ни зайцев, ни косуль, никого крупнее вороны или чайки. С другой стороны, никто не обнаружил роту криками и беготней.

Я следил за Марком, но давал ему возможность самому принимать решение. В самом широком смысле этого слова, каждый бой — экзамен, а экзаменатор и может, и будет пытаться убить. В его случае был тот, кто подсматривает через плечо и подскажет. Однако я хотел, чтобы мой офицер умел сам принимать решения.

Кроме того, Стив Джобс говорил примерное следующее: «Нет смысла нанимать профессионалов, а затем указывать, что им делать. Мы нанимаем умников, чтобы они говорили, что делать нам».

Я исходил из того, что человек (или орк, эльф, далее по списку) который находится на месте событий, соображает, что сделать, лучше, чем я, торчащий на стене Порт-Арми ближе к Цитадели за несколько сотен километров от места событий.

И этот человек (орк, эльф…) не нуждается в советах о том, как ему действовать. Собственно, тех, у кого нет харизмы и инициативы, я в офицеры и не выдвигал.

Марк откашлялся.

— Построились! Вейскре, проверь-ка мне периметр, Мойнр, магическое сканирование, остальные в две шеренги стано… негромко, негромко, не шумим. Тихо. Шшш… Короче,… вись.

Рота построилась.

— Начнём с чего… Все добрались? Никто не заблудился в колдовских путях? Мойнр, к тебе претензий нет. Что там по магии? Тишина в твоих этих, магических тонких каналах? Ну и ладненько.

Он провёл долгим взглядом по лицам своих бойцов.

— Бойцы! Задачу нам командор поставил простую, но… сложную. Тут тысяча двести долбаных лесорубов и две сотни их охраны.

Он задумался на пару секунд, да и строй стоял не как на параде, с красотой и изяществом, но от немолодых, не особенно красивых, вооружённых не по Уставу и облачённых тоже не по правилам шла уверенная волна готовности ко всему. От этих воинов с раскрашенными доспехами и трофейным бруосакским оружием, от этих всех битых-перебитых представителей разных рас веяло решительностью, стремлением, готовностью убить врага и даже погибнуть самому, полное отсутствие страха.

— Нам главное вырубку уничтожить, а там… Разведка говорит, что лесорубы сплошь местные каторжане, люди отбитые, а охрана ленивая, но злая и вооружённая. Мы не знаем, будут ли они стоять насмерть за свои брёвна? Но нам до смерти надо эту их лесопильщину изничтожить. Понятно? А теперь давайте