Бывает и хуже? Том 9 - Игорь Алмазов

Никифоров вздохнул и повертел в руках кружку с остывшим чаем.

— Я познакомился с женщиной, — наконец сказал он. — Её Майя зовут. Такое красивое имя, Майя. Саш, ты бы её видел. Она очень красивая и такая умная! Фигура подтянутая, потому что спортом увлекается. И самое главное, она не замужем! В отличие от Светки, расставание с которой далось мне с таким трудом. А ещё я ей тоже интересен, понимаешь? Я сам!

Восторг прямо-таки.

— Поздравляю, — осторожно сказал я. — А лошадь тут при чём?

— Так у неё лошадь есть, — он оживился. — За городом держит, в частном конном хозяйстве. Конюшня там, всё как полагается. Она с детства верхом ездит, кубки какие-то брала. Серьёзно увлекается, прямо горит всем этим делом. Я же тебе говорю, спортсменка!

— Хорошее увлечение, — кивнул я. — Дорогое только, насколько я знаю. Так в чём проблема-то?

Никифоров замялся. Чтобы помедлить с ответом, сделал большой глоток остывшего чая. Поморщился.

— Понимаешь, — уже не так активно сказал он. — Содержание лошади — это большие деньги. Сено в этом году неурожайное, цены взлетели. Копыта ковать надо регулярно. Прививки, ветеринар, амуниция там всякая. Майя сама не вытягивает. И вот я подумал… Ну помочь же можно? Раз отношения серьёзные.

Не нравится мне, куда всё это ведёт.

— Помочь, — повторил я. — Тоха, а можно поточнее? Сколько именно ты ей уже дал?

Никифоров поспешно отвёл глаза.

— Ну, на ковку дал, — отозвался он. — Семь тысяч всего, ерунда. И на сено сразу на месяц вперёд. И на прививки обещал. А ещё нужно за аренду платить, за услуги конюха…

Ёлки-иголки.

— Давай посчитаем, во сколько вообще обходится такое хобби, — сказал я и достал телефон. В интернете всё было написано. — Ковка — это процедура, которую делают раз в полтора месяца, и стоит она от трёх до семи тысяч, смотря какой коваль и какие подковы. Сено хорошее — это рублей триста за тюк и выше, а лошадь такой тюк съедает дня за два. Плюс овёс, плюс подкормки, витамины. Денник в конюшне арендовать — ну тут вообще немалые деньги. Ветеринар, прививки раз в год, обработка от паразитов, зубы лошади подпиливать надо. Амуниция, седло, недоуздок, попоны. Седло приличное само по себе как подержанная машина стоит.

Никифоров слушал и становился всё мрачнее.

— И это я тебе спокойный месяц расписал, — добавил я. — А теперь представь форс-мажор. Колики у лошади — это операция и десятки тысяч. Травма ноги — то же самое. Лошадь, Тоха, это не котёнок. Это финансовая яма, в которую можно ссыпать всю зарплату хирурга и ещё останешься должен. По самым скромным прикидкам, тысяч тридцать-сорок в месяц на одну лошадь уходит.

Он помолчал. А потом сурово сдвинул брови.

— Откуда ты вообще всё это знаешь? — буркнул он. — Можно подумать, ты лошадей держал.

— Из интернета, при тебе набрал статью «сколько стоит содержать лошадь», — пожал я плечами. — Тох, я очень рад, если ты нашёл хорошую девушку, правда. Но одно дело помогать своей женщине, а другое — оплачивать ей всё подряд. Это разные вещи. Я просто не хочу, чтобы ты наделал глупостей.

Никифоров уставился на меня.

— Ты ничего не знаешь! — воскликнул он. — Майя меня не обманывает, понял? Она не такая. Ты вообще ничего о ней не знаешь, а уже клеймишь. У нас всё серьёзно, по-настоящему! А ты тут со своими цифрами, как бухгалтер!

Ох, ё-моё…

— Тоха… — мягко сказал я.

— Всё, — он резко встал. — Не хочу я это обсуждать. Просто с тобой поделился, как с другом! Лучше бы вообще ничего не рассказывал. Я по твоему мнению вообще всю жизнь один должен быть.

Он ушёл в комнату и громко хлопнул дверью.

Да, разговор явно не задался. И я ведь в самом деле желал Тохе счастья, просто вся эта история с лошадью звучала странно.

А до этого была замужняя Светлана, муж которой однажды выставил Никифорова в трусах на улицу. Зимой. Со второго этажа.

Что ж, давить сейчас бесполезно. Влюблённый Никифоров любой разговор воспримет в штыки. Надо действовать иначе. Разобраться с этой лошадиной Майей.

Но это всё завтра, а пока что я отправился спать.

Утро субботы выдалось солнечным. Никифоров с утра даже не проснулся, пока я собирался и уходил. Отложил разговор с ним и поспешил на свой мастер-класс.

Приехал в столовую к девяти утра, и Аня уже всё подготовила. На столе красовались миски, формочки для запекания, продукты. Народу набилось прилично, мастер-классы все любили не хуже лекций.

Вика неизменно стояла с телефоном и проверяла всех по списку. Мой главный помощник в школе здоровья. А вот Ирина Петровна появлялась всё реже, и я собирался с ней серьёзно об этом поговорить. Понимал, что у неё началась вторая молодость с Григорьевым, но всё-таки в моей школе здоровья она по-прежнему числилась.

— Доброе утро, — улыбнулась мне Аня. — Готов к нашему мастер-классу?

Она нарядилась в платье и надела чистый белый передник. Я очень радовался тому, как спокойно она обо всём этом говорит. Раньше проведение мастер-класса для неё было бы целым испытанием.

— Готов, — улыбнулся я.

Вышел вперёд к собравшимся посетителям.

— Всем доброе утро, — начал я. — Сегодня у нас с вами снова кулинарный мастер-класс. Будем готовить сырники без сахара и смузи-боулы. Все рецепты нашла наша несравненная Аня, а я просто буду рассказывать, чем они полезны.

Аня торжественно указала рукой на продукты.

— Начнём с сырников, — объявила она залу. — Делать их мы будем в духовке.

Она ловко принялась за дело, а я взял на себя роль комментатора.

— Берём творог, — Аня выложила в миску две пачки. — Здесь у меня восемьсот грамм, чтобы хватило на всех, пять процентов жирности. Не обезжиренный, обращаю ваше внимание.

— Белок из обезжиренного творога усваивается куда хуже, — объяснил я. — И он менее вкусный. А мы хотим вкусный завтрак.

В зале засмеялись.

— Добавляем четыре яйца, — продолжила Аня. — Несколько ложек овсяной муки или перемолотых хлопьев. И вот наш секрет вместо сахара.

Она торжественно положила на стол связку спелых бананов.