Кодекс Магических Зверей 8 - Павел Шимуро

class="p1">Поднявшись на крыльцо, я пригладил ладонью растрёпанные волосы и вежливо постучал в дверь, однако не услышал изнутри ни звука. Постучал ещё раз, уже сильнее, ребром кулака, но за плотным полотном по-прежнему не слышалось ни шороха, ни скрипа половиц, ни ворчания проснувшегося хозяина.

— Замечательно, — тихо произнёс я, глядя в дверь. — Ну ничего, утром наведаюсь ещё раз, никуда ты от меня не денешься. Я этого так не оставлю!

Развернувшись, я спустился с крыльца и зашагал обратно. Прилив злости чуть утих, уступив место усталости и трезвому расчёту: первым делом после похода в Лес нужно хорошенько помыться. С этой мыслью я направился в загон, чтобы взять колотых дров для растопки бани, и, открыв дверь, застыл на пороге, присматриваясь.

Тучи на небе вновь разошлись, и косая полоса вернувшегося лунного света пробилась сквозь щель в дальней стене. Прорезав полумрак, бледный луч высветил чистоту: передо мной предстал пустой пол, где не было ни дров, ни сена.

— А сосед, оказывается, широкой души человек! Решил избавить меня от «лишнего хлама», — язвительно проговорил я, медленно выдыхая. — Ну ничего, у нас просто появилась ещё одна тема для утреннего разговора.

Я зашёл в баню, где хранился небольшой запас колотых дров, и порадовался: сюда «любимый» сосед либо не догадался заглянуть, либо всё же решил сжалиться над бедным целителем. Быстро растопив каменку, я поставил греться воду в двух котлах. Пока она закипала, сходил в лавку за масляной лампой, зажёг её и направился к грядкам в поисках очередных сюрпризов. В желтом круге света посадки показались нетронутыми. Отлично, хоть здесь никто не хозяйничал.

Я присел на корточки перед первым узлом и, направив ману в почву, тут же ощутил, как он принялся жадно насыщаться. Наполнив его, я перешёл к следующему, а затем и к третьему. Закончив с ними, я заметил, что объёма энергии на C классе хватит, чтобы напитать все узлы за один раз, да ещё и останется. С момента выхода в Лес мой резерв вырос минимум в четыре раза…

Распрямив спину, я приблизился к Стражнику и, опустившись на колено, провёл ладонью по гладкой лиане.

— Здравствуй, дружище, — прошептал я. — Всё спокойно?

В ответ по коже пробежала тёплая волна, а из темноты за границей жёлтого круга к моему запястью потянулся гибкий зелёный усик. Скользнув в полосу света, он аккуратно обвил пальцы, чуть сжал их и замер, будто приветствуя после долгой разлуки.

— Соскучился? — спросил я и тут же ощутил через нашу связь… спокойствие и радость.

По крайнее мере, мне так показалось, ведь растение не общалось образами, как звери, а скорее делилось эмоциями.

— Я тоже, — я улыбнулся, опустив свободную ладонь у его корня. — Сейчас подпитаю тебя, и будешь чувствовать себя ещё лучше.

Я влил энергию в четвёртый узел, и Стражник медленно отпустил моё запястье.

Подняв повыше масляную лампу, я окинул взглядом лиану. В её силуэте определённо что-то изменилось — она казалась массивнее. Однако колеблющееся пламя фитиля лишь выхватывало отдельные куски лианы, заставляя тени плясать на стене, а дрожащие блики на мокрых после дождя листьях мешали рассмотреть детали.

— Ладно, утром посмотрю на тебя как следует, — сказал я и поднялся. — Вроде соседское тело нигде не валяется, так что буду надеяться, что он к тебе не подходил.

Стражник качнул усиком, будто уверяя: «Я бы с ним сразу разобрался». Хмыкнув, я развернулся и направился в баню.

В предбаннике потихоньку становилось жарко. Я взял деревянный таз и, выйдя во двор, поставил его у колодца, а рядом устроил лампу. Затем снял с крючка полотенце, с его помощью подхватил с каменки нагретый котёл и, вытащив на улицу, вылил кипяток в таз. Над ним тут же поднялось облако пара. Разбавив горячую воду колодезной, я потрогал её ладонью — температура в самый раз для зайцелопа. Опустевший котел заново наполнил и вновь поставил на каменку.

Зайдя в главный зал, я взял с полки стопку чистых тряпиц и, стараясь двигаться как можно тише, вернулся в спальню, где застал питомцев на том же месте. Опустившись на корточки рядом с ними, я свернул края ткани и пощупал пальцами получившееся импровизированное гнездо: ни одной торчащей нитки, ни единого залома.

— Так, малышка, — тихо сказал я, — давай переезжать.

Я аккуратно подхватил Адрию под грудку и брюшко, в очередной раз задаваясь вопросом: способна ли столь крохотная красавица причинить вред мне или зверям? Я на мгновение представил, как она ночью нападает на нас, и от этой жуткой картины по коже пробежали мурашки. Так, стоп, этого не случится — Адрия ведь пока всего лишь крохотный беззащитный птенец.

Стоило опустить её в «гнездо», как малютка подвигала крылом, повертела головой и, уткнувшись в ткань, вновь провалилась в сон. Люмин приоткрыл глаза и уставился на меня с вопросом: «И что это ты задумал в такое время?». Я улыбнулся и, подхватив ушастого под тёплое брюхо, понёс к двери.

— Прости, дружище, но после двух недель в Лесу тебе срочно нужно помыться.

Едва мы оказались во дворе, как длинноухий заметил таз и уставился на меня округлёнными от ужаса глазами. Через нить мгновенно прилетел образ: зайцелоп в чёрной мантии с накинутым капюшоном стоит у обрыва, а сзади возвышаюсь я и подталкиваю приговорённого ладонью в спину.

— Не преувеличивай, — произнёс я, опуская ушастого на землю.

Люмин обречённо вздохнул и посмотрел на луну, будто ожидая, что с небес спустится добрая покровительница зайцелопов и заберёт своего верного слугу в лучший мир, где никого не моют.

— Не спустится, — я зашёл в предбанник, взял кусок мыла и вернулся на улицу. — Давай, быстрее начнём — быстрее закончим, — произнёс я и, подхватив питомца, осторожно опустил его в воду.

Первые пару секунд ушастый изображал позу мученика. Однако стоило мне провести намыленной ладонью по его загривку, как он прикрыл глаза, покорно вытянул одну лапу, затем другую и наклонил голову. Тёплая вода в тазу за считаные минуты потемнела, зато золотистая шерсть очистилась.

— Вот и всё, а ты боялся.

Люмин открыл глаза и с укором посмотрел на меня, мол, я не боялся, просто не хотел. Усмехнувшись, я в последний раз ополоснул питомца и, замотав в полотенце, тщательно растёр. Перенеся ушастого в спальню, уложил его на кровать и укрыл одеялом. Тот вздохнул, шевельнул ушами и мгновенно уснул.

Стоило мне сделать шаг