Магазин волшебных питомцев 3 - Сергей Шиленко

— Ой, мамочки, — пискнула Стася и отступила ещё на пять шагов, прижимая Черныша так, что тот проснулся окончательно.

Котёнок сразу же повернулся к интересному, то есть ко мне. Зелёные глаза распахнулись во всю ширь, уши навострились, а лапки мягко заскребли по предплечью девушки: «Пусти! Пусти, там летает!»

— Не пущу, — отрезала Стася. — Не пущу, ты маленький.

Тоша сразу же вошёл в роль телохранителя. Варан развернулся всей тушей, прополз вперёд и встал между хозяйкой и берегом. Гребень вдоль спины разгорелся ярко-голубым, раздвоенный язык замелькал, разбрасывая электричество. Он не понимал угрозы, но ощутил беспокойство хозяйки и занял позицию. Хороший, в общем-то, ящер. Правильный охранник.

Через секунду появились Коша и Лис. Им всегда надо больше всех.

Мантикор вылетел из-за коряги, приземлился, задрал морду и застыл. Глаза круглые, зрачки во всю радужку, голова ходит вверх-вниз-вбок, отслеживая одного, потом другого, потом третьего шмеля.

Челюсть у него мелко-мелко задрожала, и он издал то самое отрывистое «мя-а-а», которое в переводе на человеческий означает «я хочу это съесть, но не могу дотянуться!»

Котёнок прыгнул. Вертикально вверх, на полтора метра, ударив по воздуху обеими передними лапами и крыльями. Промахнулся. Приземлился, крутанулся и снова подскочил.

Фенек тоже не остался в стороне от охоты. Он делал короткие скачки и клацал пастью, пытаясь поймать шмеля на лету. Клац! Клац! Каждый раз впустую, а огромные уши поворачивались вслед за улетающей добычей. Про свой символ удачи он забыл, а я не стал напоминать, ибо к чёрту такую удачу. Нечего тут ловить!

«Не трогать, — послал я обоим. — Это мои. Работают».

Коша сел на месте, будто ему подрубили ноги. Уши прижались, шёрстка на загривке слегка встопорщилась. По каналу пришло такое густое возмущение, что я едва не рассмеялся. Котёнок обматерил бы меня последними словами, если бы умел говорить.

Лис плюхнулся на песок и принялся чесать за ухом задней лапой. Но глаза обоих зверёнышей продолжали следить за полётом шмелей.

Макака увидела барражирующую мохнатую бомбу, издала почти человеческий визг ужаса и рванула прочь такими скачками, что подняла пылевую бурю. Заскочила на иву, оттуда перепрыгнула на дуб. Вскарабкалась по его коре, и уже из кроны продолжила кричать на весь парк, что она думает про меня, про шмелей и про экологию в целом.

— Маруся! — крикнул я. — Прекратить панику!

Она замолкла, но не спустилась.

А потом Тоша щёлкнул пастью. Жужжание шмелиной орды стало на один голос тише. Варан задумчиво вытянул шею и проглотил.

— Тоша! Фу! — Стася схватилась за голову свободной рукой. — Это же не мясо!

— Хитин, белок, микроэлементы, — сказал я, хотя шмеля жалко. — Считай, витаминка.

— Денис!

Дзынь! Обнаружено нестандартное применение ментального воздействия!

Вы открыли новый навык: «Призыв зверей» (актив.)

Описание: Позволяет транслировать ментальный зов для существ определённого вида в радиусе действия Восприятия. Не гарантирует послушания.

Стоимость: от 10 ед. маны (зависит от радиуса и численности откликнувшихся).

Примечание: Поздравляем, вы официально стали Гамельнским крысоловом. Дудочка в комплект не входит, обходитесь харизмой.

Получено опыта: 250

— Крысолов? — я вскинул бровь. — Ну спасибо, приласкала.

Первый шмель так и сидел у меня на ладони. Я чувствовал его через тонкую ниточку контакта. С таким собеседником не поговоришь. Зато ему можно показать.

Развернул ладонь в сторону озера, туда, где метрах в пяти от берега покачивалась ближайшая кувшинка, и принялся собирать образ.

Сначала — цель. Перламутровая чаша, вид сверху, как её видит летящее насекомое: не цвет даже, а пятно, контрастное на тёмной воде. Потом то, что внутри. Плотный лес мясистых тычинок, каждая с запечатанной капсулой на конце. И, наконец, главное: ощущение полного зобика и облепленных пыльцой корзиночек на задних лапках. Сытость. Добыча.

Шмель дёрнулся всем телом и зажужжал.

С ладони он поднялся почти вертикально, тяжело провалился на полметра, поймал воздух и пошёл над водой, в двадцати сантиметрах от поверхности, оставляя за собой еле заметную рябь от воздушного потока. Летел он не по прямой, а короткими рывками, забирая то вправо, то влево — обычная манера, шмель постоянно сверяется с ориентирами.

У самого цветка он завис. Сделал круг, сместился вбок. Проверял. Ни запаха, ни привычного нектарного сигнала здесь не было, и крохотный процессор в его голове честно докладывал, что цветок пустой.

Я подтолкнул: «Внутри. Под крышкой».

Шмель приземлился. Сначала неудачно, на край лепестка, соскользнул по гладкому перламутру, взмахнул крыльями, восстановился и перебрался ближе к центру, цепляясь коготками за неровности цветоложа. Дальше пошло уже само, на инстинкте, которому миллионы лет.

Он подобрался к ближайшей тычинке, обхватил её всеми шестью лапами. Обнял, буквально как медведь обнимает столб. Голова наклонилась, и я ощутил, как жвалы сомкнулись на оболочке пыльника, вгрызаясь в прочную капсулу. Не прокусывая насквозь, просто держась за упаковку.

А потом он заставил мышцы работать на пределе. Звук изменился. Из низкого «вж-ж-ж» он превратился в резкий, почти визгливый писк, от которого появились мысли про стоматолога и бормашинку. Шмель трясся так, что его мохнатое тело размылось. И вся эта дрожь, несколько сотен колебаний в секунду, уходила через жвалы прямо в пыльник.

Капсула продержалась секунды три.

Потом лопнула с сухим щелчком. Наружу выбросило облако «попкорна». Густая, тяжёлая пыльца вылетела веером и осела на шмеля целиком, от антенн до брюшка, превратив его из чёрно-рыжего в грязно-золотого. Он на секунду замер, ошалев от такого изобилия, а потом полез к соседней тычинке.

— Есть! — вырвалось у меня. — Буз-опыление в действии! Сработало!!!

Обычные шмели точно так же трясут помидоры, паслён и чернику — у тех пыльники тоже не открываются сами, а высыпают пыльцу через поры, и только если как следует потрясти. Ни пчела, ни жук так не умеют: у них нет ни мышц нужной мощности, ни привычки.

Кувшинка была рассчитана именно на такого специалиста, просто из другого мира. Я опасался, что шмелю не хватит сил. Но теперь у меня целая бригада с правильной квалификацией.

— Что «есть»? — настороженно спросила Стася из-за спины.

— Кадровый вопрос закрыт, — ответил я. — Трудоустроили по специальности!

Дальше шмель вёл себя как ребёнок в песочнице. Барахтался, перекатывался с боку на бок. Загребал пыльцу задними лапами, счёсывая её с брюшка и утрамбовывая в корзиночки на голенях — те налились двумя яркими жёлтыми