Джозефина вычисляет вероятности - Нова Макби

Охранник позволил ему войти в каюту.

Улыбка Рафаэля заставила меня забыть про тошноту – на 2 секунды, пока я не заметила, как китаец с татуировкой на шее вонзает нож во что-то в углу. Второй помощник Алексея вместе с напарником тащил вниз бочку. Хотелось рассмотреть ее получше, но Рафаэль чмокнул меня в левую щеку в знак приветствия. Я постаралась вести себя естественно, но не сумела скрыть смешанные эмоции, которые вызвал этот маленький знак внимания. Я неловко повернула голову, подставляя и правую щеку под поцелуй.

– Come stai?[62] – спросил Рафаэль. Его лицо было в нескольких дюймах от моего.

– Спасибо, хорошо. А ты как?

Волосы упали ему на лицо, и с каждым взмахом его ресниц я вычисляла вероятность, что Рафаэля усыновили. Ну не мог такой мальчик родиться у того подонка, одетого в костюм от Армани и заливающего в себя первый стаканчик виски в компании Короля.

Рафаэль рассказывал про поездку на отдых в Сицилию: как он залез на вулкан Этна, съездил на пароме на остров Стромболи… Я осознала, что слушала краем уха, потому что продолжала наблюдать за людьми Алексея. Почему работники Короля и помощники Алексея оставляют некоторые контейнеры на борту и загружают новые? Если все эти люди работают на Алексея, то их гораздо больше, чем людей Короля. И зачем они относили вниз бочки?

– И теперь, когда я посетил деревеньку Гиностра на Стромболи, я побывал как в самом маленьком, так и в самом большом порту мира! – объяснял Рафаэль.

– С ума сойти! – ответила я, совершенно его не слушая.

В голове прокручивался второй закон Ньютона, неожиданно превращаясь в функцию для вычисления равновесия. Динамические системы изобразили сцену передо мной в виде графика.

Мой ум схватывал все на лету и рисовал схемы всего подряд: размеры судна, вес, контейнеры, которые сгружали.

Китаец с татуировкой стукнулся бедром об ограждение, и спрятанное в заднем кармане вывалилось на палубу. Похоже на маску. Еще одна группа людей спустилась вниз. Охранник Сань передвинулся на новую позицию возле трапа. Никогда раньше меня не оставляли без охраны так надолго.

Судно опять качнуло, и я столкнулась с Рафаэлем. Он был теплый. Сильный. От него пахло солью и мятой.

Я смущенно отодвинулась, но меня снова притянуло к Рафаэлю – и не потому, что он такой милый. Судно кренилось набок? В голове пронеслась цепочка негативных уравнений, связанных с бочками.

Судно. Бочки. Лишние люди. Я видела – нет, чувствовала! – как уравнения разворачиваются прямо перед глазами.

Сердце бешено заколотилось. Нам нужно сойти с корабля на берег!

Я почувствовала тепло на коленке и опустила взгляд. Рафаэль положил туда руку.

– Мила, – начал он, – с нашей последней встречи я все думаю о тебе и хотел кое-что спросить…

Он запнулся в поисках подходящих слов.

Обжигающее тепло хлынуло из коленки вверх и ударило в щеки румянцем. Что он собирается сказать? Я очень хотела это узнать – но только не сейчас! У нас нет времени. Мне нужно предупредить охранника Саня.

И тут до меня дошло! Король на нижней палубе. От моей каюты до охранника Саня больше 20 футов[63]. А до трапа – меньше десяти. У меня есть шанс сбежать.

Но сначала должен уйти Рафаэль, иначе охранник Сань заподозрит неладное.

– Рафаэль, – сказала я, едва дыша и высчитывая, сколько времени у нас осталось, – уходи.

Он нахмурился и огорченно спросил:

– Почему?

Я покачала головой, осознав, как прозвучали мои слова:

– Ну, знаешь, сейчас не до разговоров. Сейчас случится что-то нехорошее.

– Со мной?

– Нет.

На долю секунды я задумалась, не рассказать ли ему, в чем дело, не вдаваясь в подробности. Но слишком уж все сложно.

– Иди прогуляйся по порту, – брякнула я.

Рафаэль нахмурился сильнее.

– Извини, опять ляпнула, не подумав. Я встречу тебя в порту через пять минут, ладно?

– А почему здесь нельзя поговорить? Нам запрещено уходить с судна.

Я попробовала применить другую тактику:

– Машина твоего отца. На берегу. Более укромное место. Иди первым.

– Ты не хочешь со мной разговаривать, я прав?

Мне хотелось заорать, что прямо сейчас я ни с кем не хотела бы разговаривать и если мы останемся здесь, то будем вообще не в состоянии говорить. Но я промолчала. Слова застревали в горле, потому что слишком много всего крутилось в голове.

– Иди уже. Встретимся там.

Но Рафаэль не уходил. Он попытался понять мои намеки, вместо того чтобы просто послушать мои слова. Ох уж эти мальчишки!

– Ладно, понял, не дурак. Хорошо, я уйду, – разочарованно ответил он.

Наконец-то! Объяснюсь с ним потом. Теперь, когда Рафаэль уходит, у меня будет возможность сбежать.

Но вместо того чтобы покинуть судно, Рафаэль направился на нижнюю палубу.

«Нет! Только не туда!» – мысленно застонала я.

– Рафаэль!

Он не обернулся. И пошел вниз по трапу в тот самый переплет, из которого я попыталась его вытащить.

Я хлопнула ладонью по сиденью – до боли.

– Не на корабль! Не на нижнюю палубу! – прошептала я. – Это ловушка!

Глава 24. Прошлое: Мила

ПОРТ, ШАНХАЙ, КИТАЙ

Беги!

Какой ужас! Но все вычисления показывали, что попытка могла быть удачной, если сбежать сейчас и оставить всех, включая Рафаэля.

Когда последняя переменная встала на место, я отчетливо поняла, что происходит. Судно пойдет ко дну.

Алексей запустил хитроумный план, чтобы нас убить – под видом несчастного случая с кораблем. Но пока не все для этого готово.

Контейнеры сгружали и загружали как попало не просто так.

У папы была яхта. Конечно, это не контейнеровоз, но у всех кораблей есть какая-то система уравновешивания. Балласт. Если загружать и разгружать как попало, то можно нарушить равновесие судна, оно перевернется на бок и затонет – если не сместить балласт.

Алексей добавил еще один фактор – огонь. Мои подозрения вызвала прежде всего одежда. Похоже, что ее блеск вызван синтетическим волокном с очень высокой температурой воспламенения. Огнеупорная одежда. А в задних карманах лежали маски. Перчатки на руках для защиты от огня. Бочки, которые затащили вниз, наверняка наполнены взрывчатым веществом. Пожар в машинном отделении. Идеальный несчастный случай.

А лишние «грузчики» нейтрализуют матросов.

Другие контейнеры заблокируют выходы.

Согласно плану, нас запрут на охваченном огнем судне, а потом перевернут его – и сами сбегут невредимыми. Двойной несчастный случай. И до правды никак не докопаешься.

Король ничего не подозревал, потому что часто имел дело с Алексеем. А тот всегда мечтал заполучить желанную добычу: в отличие от Чезаре, он знал, что́ находится под землей