Любить вампира – это хаос - Аура Хейс

едва я отвожу от нее взгляд, как вижу, что на меня смотрит Том. Его прищуренные, старческие голубые глаза наполняются нежностью, и он переводит взгляд с меня на нее. Потом кивает сам себе и возвращается к своему делу.

– Том познакомился со своей покойной женой, потому что она была дочерью главаря мафии, угрожавшей его семейному ресторану. Хитрый лис начал к ней приставать, и, полагаю, она ответила ему взаимностью, раз они поженились и завели детей, – говорю я Селин.

– Правда? Надо же, как романтично, – мечтательно вздыхает она и смотрит на Тома, ожидая подробного рассказа.

Его усталые глаза сияют любовью, которая с годами никуда не исчезла.

– Бетси Джо была любовью всей моей жизни. Мы оба об этом знали, и, хотя наше положение оставляло желать лучшего, мы не тратили время попусту. – Его густые седые брови хмурятся, когда он погружается в воспоминания. – Жизнь слишком коротка, поэтому нужно использовать каждую минуту, чтобы говорить любимому человеку о своих чувствах. Можно оставить цветы на столе, послать короткое сообщение или просто прибраться ради другого без лишних слов. – Он смахивает пылинку с брюк. – Никогда не знаешь, какое «я люблю тебя» окажется последним, так что сыпьте ими направо и налево, как конфетти. – Он протягивает ладонь и похлопывает сначала руку Селин, а потом и мою.

– Ух ты, Том, какие глубокие мысли! Не думал, что они у тебя есть. – Я стараюсь разрядить обстановку всякий раз, когда понимаю, что его вновь накрыла тоска по жене. – Но совет и правда отличный, спасибо.

– Порой я излучаю мудрость. – Том пытается встать, и я вздрагиваю, услышав хруст его суставов. – Старику пора прилечь. Закончишь тут за меня? Было приятно познакомиться, Франсин. – Он заковылял прочь, и его тут же подхватывает один из внуков, чтобы помочь подняться по лестнице в квартиру.

– Селин… – говорю я едва слышно, но она лишь качает головой.

Мы оба делаем, как было сказано, и заканчиваем с приборами. Я замечаю, что Селин после слов Тома стала еще более задумчивой. Я невольно задумываюсь: вдруг она соотносит его слова с нами и нашей ситуацией.

Я еще не сказал ей о том, что нам суждено быть вместе, и, пожалуй, не стоит откладывать это дело в долгий ящик.

Я хочу, чтобы наша вечность началась как можно скорее.

Глава 29. Селин

Шелест бумаг, тихий гул голосов и разносящиеся эхом по участку шаги для меня как музыка. Так приятно снова быть на работе. Мне никогда не нравилось сидеть дома сложа руки и ныть, но взлом квартиры выбил меня из колеи сильнее, чем я готова признать.

Завьер был недоволен, когда этим утром я сообщила ему о возвращении на работу. Он жалобно надул губы и вцепился в меня, как коала, что выглядело просто жалко. По крайней мере, он остался не один, а с Полуночником, да и вообще, он в конце концов взрослый мужик… вампир… в общем, должен сам справиться!

Я все еще не могу свыкнуться с тем, что Завьер – вампир. Все эти мифы и легенды кажутся просто сказкой.

Вымыслом.

Выдумкой.

Но то, что я видела, не объяснить ничем, кроме сверхъестественных причин.

Нас, людей, с детства учат принимать определенные вещи за истину. Черт возьми, мы же годами поглощаем в школе факты, которые нужно просто зазубрить. И когда ты понимаешь, что все это может быть ложью, а учебники истории – сплошным враньем… От этого становится не по себе.

В кармане жужжит телефон, и я вытаскиваю его с улыбкой, которую не в силах сдержать.

– Слушаю? – Скрещиваю руку на груди, подпирая локоть той руки, что держит телефон у уха. В трубке тишина. – Алло-о-о-о-о?

– Я соскучился… – доносится с того конца приторно-жалобный голос.

– Завьер, – говорю я, потирая переносицу. – Я же только что ушла. – Посмеиваюсь, не в силах сдержаться.

– Мое несуществующее сердце болит, когда тебя нет рядом. Просто вернись домой. Кому вообще нужна эта работа? – умоляет Зав. У меня что-то екает внутри, когда он говорит «домой», словно это наше общее пространство.

– Думаю, ты переживешь. Ты разве не привык за сотни лет быть один? – Я неспешно иду к своему столу от окна, у которого стояла. – Зато как здорово будет, когда я вернусь обратно!

– Мне самому никогда не нравился эджинг[12] – я слишком нетерпелив. Но для тебя могу сделать исключение.

Я тут же бросаю трубку, но не раньше, чем меня пронзает вспышка желания.

Телефон снова жужжит, но я не обращаю на него внимания.

Вот же вампир-прилипала!

Мне нужно работать, и Завьеру придется с этим смириться.

Я плюхаюсь на стул и придвигаюсь поближе к монитору. Встряхиваю мышку, чтобы разбудить компьютер, ввожу пароль и просматриваю входящую почту. В глаза бросается письмо детектива Уотерс: она напоминает, что должна проинформировать меня о ходе дела клуба «Векс». Я пробегаюсь по тексту, и мой взгляд тут же привлекает фраза «новые улики».

– Слушай, Ава! – Мои волосы рассекают воздух, когда я резко оборачиваюсь, чтобы позвать подругу, но ее в комнате нет.

Ловлю себя на мысли, что не видела ее с самого утра, что странно.

Я подхожу к кабинету капитана и стучу по дверному косяку, чтобы не врываться без предупреждения.

Капитан Барнс отрывает взгляд от бумаг, которые заполняет.

– Ава сегодня приходила? – спрашиваю я.

– Да.

Капитан кивает и возвращается к работе. Я смотрю на огромную стопку бумаг на его столе и ни капли не завидую. Решаю не мешать и ухожу. Вряд ли он может точно сказать, где она сейчас находится.

Я проверяю все места, где Ава обычно бывает: комнату отдыха, ее любимое окно в холле, из которого она любит наблюдать за улицей, и снова возвращаюсь к столу. Вдруг она вернулась, пока я ее искала по всему участку. Я прохожу мимо туалетов и замечаю едва слышное всхлипывание, доносящееся из женской уборной. Я делаю шаг назад и замираю, ожидая услышать его снова. На этот раз раздается более громкое сдавленное рыдание, но его тут же подавляют, словно тот, кто плачет, не хочет, чтобы его услышали.

Стараясь не шуметь, я приоткрываю дверь и заглядываю за угол. Вижу склоненную голову с розово-русыми волосами, поникшие плечи и кучу смятых платочков на столешнице. Я замираю в нерешительности: стоит ли вмешиваться? Мне не слишком-то удается утешать людей, но это же Ава. Я ее лучшая подруга, а значит, должна убедиться, что у нее все хорошо.

Если уж она