Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

в виде двух лап ворона, удерживающих клинок. "Сухой" сталь называли потому, что из-за особых примесей, с помощью которых колоссально возрастала прочность клинка, на самом металле появлялся узор в виде крохотных трещинок, как у хорошо высушенного куска стальнины.

Смог внушал страх своим видом, был молчаливым и большую часть времени вообще на произносил ни слова, отвечая на вопросы кивками. Как он оказался при королевском дворе никто не знал, как и не знали о появлении целых отрядов лёгких, как воздух, и смертоносных воинов в чёрных доспехах, прозванных Воронами.

Смог остановил жестом идущего к нему капитана Огюста и указал пальцем на лежащую на одном из столов карту. Затем скрестил руки на груди и пробасил:

– Не подведи короля.

– А-а... Да, конечно... – капитан испугался внезапно тяжёлого и грубого голоса Смога и, не сводя глаз с гигантской фигуры, схватил и развернул карту. До этого голос Телохранителя он даже не слышал.

– Юг. Перед трущобами стоит лавка мясника, которая давно закрылась. Северо-запад. Дом гадалки. Центр. Квартиры. – последнее слово Смог почти что прорычал, сделав на нем акцент.

Взглянув на карту, Девриен похолодел. Одна из меток указывала на его дом, тот что в Центре. Помимо него там жили ещё несколько семей – все уважаемые люди из разных кругов, за которыми и странностей-то не наблюдалось. Сглотнув и взглянув на Смога в последний раз, он развернулся и быстрым шагом покинул и Палату Приёма, и сам Замок Королевской крови. Главные двери ему пришлось открыть самому, потому что Воронов и след простыл.

2.

Первым делом капитан Огюст проверил собственный дом. Как он и подозревал, в квартирах уважаемых людей не оказалось ни флаконов, ни подозрительных коробок, ни каких-либо других вещей, в которых можно было спрятать порошок или ёмкости с ним. Девриен облегченно выдохнул и перечеркнул на карте Смога собственный дом и подписал под ним: "Чисто". Уилбур, хвостом ходивший за хозяином и несколькими стражниками, выдохнул не менее легко. Слуг, особенно из бедняков, часто отправляли на допросы в виду близости к важным дельцам, их перепискам и разговорам, а он как раз находился в доме больше остальных, так как практически не имел дел с документами и бумагами Девриена, которые надо было отправлять по адресам.

В две другие точки Огюст направил нескольких людей, переодетых в обычных рабочих. В такие места они заглядывали достаточно часто, ведь ничего так не привлекает обычный люд, как кусок хорошего мяса и возможность увидеть будущее. Хлеб и зрелища этого мира.

Из дома гадалки в скором времени вернулись разведчики. Злые и раздосадованные, один из них гневно бросил шапку на землю. На всякие расспросы он отвечал неохотно, грубо и чуть ли не рыдал. Как оказалось, гадалка запудрила одному из них мозги, вытащила из него приличное количество монет да ещё и сказала, что его ждет дикая смерть от рук обезумевшей толпы. Второй же разведчик был раздосадован тем, что гадалка оказалась чиста. Прошерстив весь дом, каждую полку, ящик и платяной шкаф, все кармашки и подушки, он не нашёл ничего. Достав карту, Девриен перечеркнул и вторую метку, также подписав: "Чисто. Лучше не ходить."

Хоть лавка мясника и была достаточно давно закрыта, рядом находились ещё несколько торговых местечек, поэтому людей там ходило не меньше. У трущоб здания выглядели немного обветшалыми, торговали в тех местах в основном те, кто уже не один десяток лет назад там обосновался. Мост, что отделял трущобы от рабочих районов, охранялся стражниками, а те между сменами захаживали то в небольшую столовую, расположившуюся напротив постов, то в кабак, что находился через несколько домов от столовой.

Разведчики вернулись из третьей точки под вечер. Они переговорили со стражей моста, зашли в ближайшие к лавке мясника несколько домов и стали ждать подозрительных людей, какие могли выдать в лавке притон. Усевшись на лавку рядом с набережной, с которой можно было почти открыто наблюдать за возможным притоном, они раскупорили бутылку вина и затянули неторопливую беседу ради ещё большего прикрытия.

И это дало плоды. Хрупкий и тщедушный мужчина, на котором были какие-то обноски, бегающими глазами оглядел набережную и, обманчиво убедившись, что за ним не наблюдают, быстрым шагом дошёл до лавки, тихонько постучал в заколоченные ставни и пошёл за здание, откуда спустя полчаса вышел спокойный и даже какой-то мечтательный, так как запнулся об камень на мостовой, но видом своим этого не показал. Таких как он в течении дня зашло несколько, а выходили они в таком же настроении – мечтательные, спокойные и в какой-то степени весёлые.

Разведчики выждали немного времени, а затем пулей помчались на Центральную площадь, к Девриену.

– Это оно, капитан Огюст. Клянусь, оно. Мы с Бродером целый день там просидели. Под вечер нам даже показалось, что мы заметили огонёк свечи в одном из наспех заколоченных окон.

– Хорошо. Бродер, пойди к сержанту Зексу. Скажи ему, чтобы он от моего имени написал королю письмо с новостями. Шатс, – обратился капитан ко второму наблюдателю за лавкой, – ты иди в Дом Стражи и созывай отряд Серых Лиц. Я пойду на мостовую и переговорю со стражей, чтобы они усилили патрули вдоль набережной. Нам не нужны беглецы.

– Есть, капитан! – хором сказали разведчики и побежали по главной улице в Дом Стражи.

3.

– Итак, слушай план. – перед капитаном Огюстом сидели около пятнадцати человек в серебряных масках, большая часть из которых не выражала никаких эмоций, а также начальник караула мостовой стражи. – Я направил ещё одного гонца с коротким заявлением, в котором указано, что Серые Лица будут патрулировать улицы города небольшими отрядами. Это сыграет нам на руку, дабы не вызвать лишних подозрений. Начальник караула в курсе этого задания, по его приказу были усилены патрули вдоль набережной для предотвращения побега через реку в трущобы. Часть нашего отряда пройдёт с северной стороны улицы, чтобы перекрыть выходы на узкие улочки между домами за лавкой. Зекс, ты поведёшь отряд по улице прямо напротив лавки и по моей команде развернёшь отряд на саму лавку. Здание оцеплено, подходы закрыты, отряд на готове. Мало вероятно, но чтобы точно не запороть план на крышах трёх домов за лавкой я поместил по стрелку, на случай, если какой-нибудь хитрец решит бежать по верхам. Помните – от успеха этого задания зависит ваша судьба. Я уже видел Воронов. И надеюсь, что больше не увижу их свободно шатающимися по улицам. Выдвигаемся к вечеру, будьте