Лунар. Книга 2 - Влада Ольховская

Миру пустили в замок, к ней отнеслись спокойно и уважительно при том, что ее руки и одежда были измазаны кровью, да и в целом она выглядела не лучшим образом. Ее не заставили ждать во дворе, сразу проводили к королеве, и уже Аэнта с ужасом посмотрела на ее раны.

– Мира, что с вами случилось? Вам надо к врачу!

– Надо, но не по той причине, которая сейчас очевидна… Кажется, с моим амулетом что-то не так!

Аэнта не стала заставлять ее объяснять все сразу, чтобы потом не повторяться. Она отвела ее в покои Тидара, и уже вдвоем они выслушали ее сбивчивый рассказ про ликвидатора.

Мира только теперь сообразила, что подставляется. Что будет, если они решат, что она слишком опасна? Никто ведь не знает, что она здесь! Они могут запереть ее в какой-нибудь темнице… или даже убить! Спишут потом все на Гюрзу – и конец истории.

Но столь кровожадным исход этой встречи оказался только в ее мыслях, местные даже не собирались нападать, они испуганно переглянулись.

– Похоже, сущности, которая живет в вас, мир магии не по душе, – нахмурился Тидар.

– Считается, что это не сущность, а я, – усмехнулась Мира.

– Совершенно точно нет! – уверенно заявила королева. – Я чувствую в вас две души, дорогая. Светлую и темную, одна не несет ответственности за другую. Светлая сдерживает темную, темной это не нравится, вот и причина вашей вражды!

– Как вы смотрите на то, чтобы разделить их? – спросил лекарь.

– Разделить? – повторила Мира. – Разве… разве это возможно?

Тидара, в отличие от нее, ничего не смущало:

– Вполне. Думаю, я уже достаточно хорошо изучил природу кочевников, чтобы решиться на такое. Но есть и определенная плата, если это можно так назвать.

– Что от меня требуется?

– Плата не мне, – поспешил заверить ее Тидар. – Но заплатить вам все равно придется. На обычных кочевников амулеты влияют только положительно: они избавляются от уродства, сохраняя полную силу. Однако если мы извлечем из вас вторую душу… Боюсь, вы потеряете все ее способности. Вы будете просто человеком, Мира. С обычной силой, с человеческой способностью к выздоровлению.

– Зато вам не придется носить амулет, – добавила Аэнта. – На нашей планете вы будете чувствовать себя так же уверенно, как на станции.

Они смотрели на нее с волнением, они, похоже, думали, что ей нужно время на размышления. Как наивно! Мысль о том, что она наконец освободится от этой твари, заслоняла в реальности Миры все остальное. Не будет никаких суперспособностей? Плевать, их же никогда и не было! Не у нее так точно, только у ликвидатора, сама Мира ничего не теряет.

Ну а главное, они наконец признали то, во что Мире запрещали даже верить: что она и чудовище – две разные сущности. Все остальные настаивали на том, что ликвидатор – просто примитивная часть ее сознания. Вон, даже Гюрза так говорил, который якобы все знает! Хотя если учитывать, как быстро он лишился рассудка, это плохой пример…

Да не важно, кто что сказал. Они заставили ее сомневаться! Она боялась показаться сумасшедшей, стеснялась сама себя… Она порой доходила до отчаяния, думая, что спасения просто нет. А оно вот, совсем рядом!

– Я согласна, – твердо произнесла Мира. – Когда можно это сделать?

– Сделать это можно в любой момент, но сначала вам, пожалуй, нужно подготовиться…

– К чему?

– Мира, я не могу сказать, насколько болезненно это будет, но… Скорее всего, полностью блокировать боль я не смогу.

Он был искренен и теперь, он действительно за нее волновался. Мира не рассмеялась лишь из уважения к нему – Тидар мог неправильно ее понять. Но это так наивно… и мило. Он считает, что ее может смутить какая-то там боль! Он просто не жил с монстром внутри, он не знает, что это такое! Боль, надо же…

– Делайте, – потребовала Мира. – Остальное – под мою ответственность, хоть на смерть согласие подпишу, только избавьте меня от этого… паразита!

Судя по мрачному взгляду Тидара, ее уверенность, граничащая с наплевательским отношением к собственной жизни, лекаря не впечатлила. Он не отказал ей, но настоял на том, чтобы сначала перебинтовать ее раны и дать ей горячий напиток, что-то вроде крепкого чая. Только потом они прошли в соседний зал – небольшой, оснащенный кроватью с кожаными ремнями.

Это Мире не понравилось, желание уйти вспыхнуло в груди остро, почти болезненно. Но чье желание это было, ее – или ликвидатора? Мире надоели такие сомнения. Если Лунар дал ей шанс начать новую жизнь, нужно делать это по-настоящему, а не вполсилы!

Она плохо запомнила то, что происходило дальше. Был яркий свет, какие-то вспышки, был гул в ушах, сквозь который пробивались слова на неизвестном языке. Тидар не обманул ее и не ошибся, было больно… Очень. Мира сначала думала, что выдержит все со смиренным молчанием, потом все-таки сорвалась, кричала… Это уже не имело значения. Ее сразу предупредили: как только процедура началась, отказаться больше нельзя.

В какой-то момент и память, и мысли оборвались, хотя она не могла сказать, что потеряла сознание. Мира будто провалилась в ту странную пограничную зону, которая существует между сном и бодрствованием. Там как раз было хорошо и спокойно, был полет – и ощущение, будто с ее плеч сняли грандиозный груз.

Когда она пришла в себя, все уже закончилось. Она по-прежнему лежала на столе, но ремни Тидар отстегнул, и о том, что они были на ней, теперь напоминали лишь красные полоски на коже. Мира безразлично скользнула по ним взглядом, они не имели значения. Все ее внимание было сосредоточено на жутком вое, доносившемся из-за двери… До дрожи знакомом вое!

– Получилось, – прошептала она. Вопросом это не было.

– Да, – подтвердил Тидар. Он выглядел бесконечно уставшим, будто постаревшим лет на десять – по земным меркам. Но упрекнуть свою пациентку он не пытался, он знал, на что шел. – Хотите ее увидеть? Это не обязательно.

– Я хочу! Мне нужно убедиться, что все действительно закончилось.

– Понимаю… Но не спешите, вы пережили грандиозное потрясение.

Он помог ей подняться и слезть со стола. Миру действительно пошатывало, внутри поселилась непривычная болезненная слабость. Но все это было такой мелочью по сравнению со счастьем, уже разгоравшимся в душе. Мира пока не принимала его, не позволяла себе, ей необходимо было подтверждение.

И она его получила. За металлической дверью скрывался небольшой зал, разделенный на две части крепкой решеткой. С одной стороны решетки стояла