Мастер драгоценных артефактов - Александр Майерс

мимо того самого дуба, под корнями которого в земляной яме прятался мой последний зомби, я на ходу отправил мысленный приказ: «Через пять минут вылезай. Будем загонять дичь».

Охотники поглядывали на меня недоверчиво. Один из них, самый старший, наконец, не выдержал:

— Господин, простите, но вряд ли мы так близко от поместья кого отыщем. Да ещё и всей гурьбой идём. Зверь нас за версту услышит или почует. Может, разделимся?

— Не надо, — ответил я, не оборачиваясь. — У меня чуйка на мясо. Пожрать я люблю, так что не переживайте.

Они переглянулись, но промолчали. А минут через двадцать началось самое интересное.

Словно по волшебству, из чащи прямо на нас начали выскакивать звери. Сначала молодой олень с невероятно красивыми перламутровыми рогами — из такого материала можно было бы сделать потрясающие рукояти для ножей или дорогие украшения.

Потом из кустов выскочила пара тетеревов, которых сбили на взлёте. Затем, уже у ручья, наткнулись на молодого кабана.

В итоге за каких-то два часа мы набили шесть разномастных туш — от оленя до зайцев.

Охотники, сгрузив добычу в одну кучу, смотрели на меня с восторгом.

— Ваша милость… Вы очень везучий, — прошептал старший. — Мы такого никогда не видели. Зверь сам в руки идёт, будто заколдованный…

— Просто удачный вечер, — отмахнулся я.

Всю добычу оттащили в имение, а кабана я отдал охотникам в качестве награды. Чую, сегодня в деревне будет пир.

Заодно у меня были свидетели, что я не какой-то грёбаный чернокнижник, который из воздуха мясо делает. Просто удачливый граф, который знает звериные тропы. Миф создавался сам собой, и это было удобно.

Во время охоты у меня в голове крутилась другая мысль. Интересная штука получается. Вроде бы охотники в деревне есть, луки у них имеются. Но охотиться они могут только по прямому распоряжению графа.

И, судя по обрывкам памяти прошлого Леонида, так действовали почти все аристократы. Свободная охота на землях феодала была запрещена под страхом смерти.

Получалось, что людей на голодном пайке держали искусственно. Чтобы проще было контролировать.

Вернувшись в имение и отдав распоряжения по разделке туш, я позвал к себе в кабинет Макара и Ильдара.

— Скажите-ка, — начал я, — а часто ли бывает, что дворяне разрешают крестьянам свободно охотиться в своих лесах?

Старики переглянулись. Ильдар ответил первым:

— Бывает, господин. Но редко. Обычно объявляют «дни свободной охоты». Или даже на неделю дают такое разрешение. Для деревни это настоящий праздник.

Макар кивнул:

— Да, да. Но такую информацию стараются особо не афишировать за пределами своих владений. А то узнают в соседних деревнях — и на твои земли браконьеры повадятся, да и разбойники начнут шастать.

— Точно, — подхватил Ильдар. — Бандиты мало того что зверьё перебьют, так ещё и людей грабят-убивают. Охрану на весь лес не выставишь.

— Понятно, — сказал я.

Логика, хоть и циничная, но железная. Голод как инструмент контроля. Я это запомнил.

Когда стемнело окончательно, и в усадьбе воцарилась ночная тишина, я снова отправился в шахту. Один.

У входа меня встретил гвардеец из ночного дозора, доложивший, что работяги ушли домой ещё до заката, а кирки, как казённое имущество, сдали под расписку.

Недалеко от входа я увидел результат их труда. Целые груды выработанной породы. Шахтёры, видимо, работали без устали, таская наверх всё, что казалось им пустым камнем. Объём был внушительный.

Я взял кирку, нацепил «Кошачьи глаза» и начал работу. Посылал в каждую кучу тонкие магические импульсы, простукивал камни, чувствуя малейшие вибрации и отзвуки.

Результат оказался скромным. Всего пара мелких, невзрачных на вид магических камня. Один — тусклый кварц, едва тянущий на резервуар для маны. Второй — обломок низкосортного турмалина. И всё.

Я вздохнул, убирая находки в карман. Оно и понятно. Рабочие просто копали наугад, в разные стороны, пока не наткнутся на что-то ценное.

Теперь стало окончательно ясно, почему в этом мире за приличные магические камни просят бешеные деньги. Потому что отыскать их — лотерея.

Ну ладно, два камушка — это уже хорошо. Но сегодня ночью мне придётся добыть куда больше.

Мысль о ведьме не давала покоя. Если не подготовить камни-поглотители, очередная вспышка может не только её саму убить, но и пол-усадьбы разнести. А потому придётся постараться. И надеюсь, оно того стоит.

С другой стороны, если ведьма будет спать так ещё полгода, меня это тоже устроит. Халявная энергия всё-таки…

Глава 15

Струя кислоты пролетела в опасной близости от моего лица. Когда она попала на камень, раздалось шипение и повалил едкий дым.

Я дёрнулся в сторону, уворачиваясь от новой струи. Бросился вперёд и ударил киркой. Железо со звоном отскочило от хитина, оставив лишь маленький скол.

Отлично. Просто отлично.

Против меня было два жука. Не слишком больших, размером с хорошего алабая. Вот только место для схватки неудачное — узкий тоннельчик, где даже размахнуться толком нельзя.

А у инсектоидов есть преимущество. Они по стенам умеют лазать.

Вот один из них как раз запрыгнул на стену и побежал по ней вверх. Видать, надеется атаковать сверху, пока его дружок отвлекает меня кислотой.

Недолго думая, я зарядил кирку маной и швырнул её в хитрого скалолаза. Жалко, блин! Металл и треснуть может.

Ну ничего, Арсений починит. А вот починить мою драгоценную тушку вряд ли кто-то сможет.

Кирка ударила прямо в голову жука. Вспышка, и башка инсектоида лопнула. А кирка уцелела.

Охренительно!

Теперь осталось добить второго.

Как я вообще оказался в этом тоннельчике, вынужденный драться с двумя жуками? Да всё просто.

Я сидел себе и с наслаждением ковырялся в очередной груде породы. Только что мне попалась отличная друза горного хрусталя. Друза — это сросшиеся в произвольном порядке кристаллы, если кто не знает. А горный хрусталь — замечательный проводник энергии. Чистый, в него можно любой аспект запихать.

Я уже начал представлять, как наделаю из этого хрусталя целую кучу камней-аккумуляторов, когда под ногами у меня с треском рухнул пол.

Падение было недолгим. Я упал в пещеру глубиной метра два, не больше. Приземлился в облаке пыли и мелких камешков. Без травм, если не считать звона в ушах и пару новых синяков. Откашлявшись, я поправил артефактные очки и тут же схватился за кирку, которая упала рядом.

Передо мной замерло два инсектоида. Их длинные усики-антенны шевелились, жвала пощёлкивали, издавая сухой, неприятный звук.

Они явно жили здесь давно —