Контракт с грядущим 2 - Михаил Никитич Ишков

Это было неудивительно – среди природных тварей всегда можно найти особей, которые ради выживания будут готовы на все. Такова сущность многих из бессчетного числа органических и неорганических существ, которые ради сохранения жизни готовы пожертвовать любыми ценностями, внушенными им в детстве и далее.

Этого робота, заряженного алгоритмами, можно запрограммировать на самоуничтожение, а стоило ему овладеть проблесками разума, он тут же даст задний ход.

Для закрепления успехов, которых следователи-драконоиды по совету косолапого «пингвина», а также чемодана без ручки, называющего себя Вовокой, с особой тщательностью изготовили особого рода оболочку или скафандр, в котором Кощей мог существовать в своей атмосфере, но при попытке изменить новым хозяевам тут же получал порцию кислорода, которая вмиг приводила его в чувство.

Глава 4

Для проникновения в черную дыру нам необходимо было прикрыться достаточно внушительным астероидом, который, достигнув аккреционного диска, растворился бы в условиях нарастающей гравитации. Таково было требование фазового перехода в чужую вселенную.

Справится с гравитаций нам должен был помочь Змеюга-амтонг, он также должен будет преобразовать нас в сгусток экзотически организованной программы, составленной из инфонов, с помощью которой мы сумеем преодолеть кротовую нору.

Этот сценарий казался вполне реалистическим. Дело оставалось за малым – провести натурные испытания, однако и здесь наш драгоценный «пингвин» с хвостиком вместо носа на лице успел подсуетиться.

Проведя несколько суток в виртуально-задумчивом, потустороннем пространстве, десниец предупредил, что к выбору астероида надо отнестись со всей серьезностью. Это условие пингвин Алеша выложил синклиту старейшин, а змеюгу-амтонга предупредил, чтобы тот не вздумал шутить. Иначе встроенный в его скафандр – точнее, в изготовленную на Земле оболочку – баллон с кислородом автоматически подмешает в его дыхательную смесь кислород и убьет его ядовитым воздухом.

Алеша также потребовал от него детальной локализации исключительно сложного процесса перепрограммирования.

По пунктам…

Амтонг сразу сник и без помощи следователей-драконоидов признался, что сам по себе астероид «никакой ценности не представляет», однако за каждым небесным телом, устремляющим к окрестностям черной дыры со стороны сторожевых постов его сородичей, ведется тщательное наблюдение. Так что выбор должен быть очень тщательным. Астероид должен быть замечен заранее. Его траектория после космической катастрофы должна быть математически направлена в сторону Сириуса*. Такое небесное тело не может случайно оказаться в окрестностях аккреционного диска.

«Здесь на авось не проскочишь, – предупредил Змеюга. – Попадание любого небесного объекта, неминуемо стремящегося в черную дыру, должно быть оправданным. Например, взрыв звезды, столкновение какой-нибудь планеты с громадным астероидом, траектория осколков которых должна быть направлена в сторону черной дыры; долговременное вращение какого-нибудь небесного тела в центре галактики, результатом чего будет неизбежное приближение этого объекта к горизонту событий; всякие прочие космические катастрофы».

Это было серьезное уточнение. Оно произвело на галактический синклит удручающее впечатление. Оказалось, что времени на раскачку у нас просто не оставалось. К тому моменту должна взорваться одна из «мертвых» звезд, расположенных вблизи черной дыры. Прогноз разлета ее осколков предсказывал, что ее обломки по любому должны были угодить в жерло все заглатывающей галактической пасти.

Змеюга предупредил, «…более выгодный случай вам, углеродникам, возможно, придется очень долго ждать, а за этот срок мои хозяева с той стороны смогут выяснить, что случилось на этой стороне Вселенной».

* * *

Мой межзвездник очень долго устраивался в недрах Малиона. Мы с Вовокой, помимо помощи в размещении Дружка, также тщательно готовили собственные укрытия, спрятанные в корпусе чужеродного корабля.

Не отставал от нас и Алеша Онесть.

…Как-то я поинтересовался – ему-то зачем лезть в бездну. Сидел бы на своей родной Десне, выдумывал всякого рода сценарии, искал ответы на нерешенные в нашей галактике вопросы, отдыхал и заботился о маленьких деснийках, которых у него обнаружилось двое.

Он скупо признался.

– Мир наш всего лишь звено в цепи кармических превращений, – потом добавил. – Наша вселенная, когда-то рожденная Большим взрывом, должна отжить свое и вновь сжаться в точку.

Здесь он драматически замолчал, словно прикидывал – стоит ли исповедоваться металлорганическому существу – то есть мне! – которое по определению было создано, чтобы рисковать жизнью. Только мысль о том, что ему еще придется жить и работать с этим существом, с его подручными какое-то количество вечности, вынудила его не становиться в позу природного гения и попытаться наладить с этими дальнобойцами товарищеские отношения.

Он тяжело вздохнул, похлопал себя по боками короткими пингвиньими крылышками и продолжил.

– Это случится, когда материальное переплавится в духовное, когда вселенная станет мыслью.

Единой, слияной, многомерной…

Одушевленной природой.

Когда Мир станет синонимом Разума. Чтобы очиститься и безгрешно в сиянии добра возродиться вновь, нужно пожертвовать собой и пройти очищение посредством священного Огня.

– Кто же по доброй воле согласится жертвовать собой? – поинтересовался я.

– Вечно, Аджой, жить невозможно. Что лучше – обратиться в хаос, слиться с серым лимбо и исчезнуть бесследно, или попытаться дать жизнь тем, кто, может, будет лучше, ответственнее, добрее нас? Не будет, как ты, топать по коридору, разбрасывать инструменты, задавать провокационные вопросы, придумывать дурацкие клички другим разумным особям и тем самым тревожить их ауру.

К тому же, у меня сложилось мнение, что я вам еще понадоблюсь. А то эти, из галактического синклита, до сих пор не пригласили меня поучаствовать в принятии их решений. Надо признаться, очень часто совершенно глупых решений.

Пауза.

– Мне, например, интересно, – продолжил десниец, – как устроена жизнь в загробном мире. Глядя на нашего амтонга, там, должно быть, есть много интересного.

Хочется взглянуть…

В наступившей натянутой тишине раздался голос нашего иновселенного чужестранца.

– Да, Алексей, там много интересного. Есть на что посмотреть, если голову не оторвут…

– А что, – перепугался искин Вовока, – могут?

– А то!..

– Хвала Господу, – воскликнул Вовока, – что у меня нет головы!

Залетный разведчик промолчал, однако я ясно ощутил фразу, которая возникла у него в верхней части туловища.

Рискнул озвучить догадку…

– Они найдут, что вырвать. Входной разъем, например.

Все замерли, и в наступившем ожидании амтонг подтвердил догадку.

– Во-во! Так с корнем и выдерут.

Алексей Онесть решительно прервал начинающийся скандал и предложил заняться насущными вопросами подготовки к рейду.

* * *

Спустя несколько дней взрыв «мертвой» звезды в центре галактики Млечный Путь вызвал во всех продвинутых цивилизациях, имеющих право голоса в синклите, объявление готовности номер «раз».

Сигнал тревоги прошел скрытно, негласно, чтобы противная сторона, имеющая, как оказалось, своих автоматических соглядатаев в нашей зоне вечности, не заподозрила умысла.

За несколько дней до космической катастрофы пленный амтонг по заданию синклита отправил шифрованное послание на ту сторону. И все равно – нас с Вовокой и