Как я съел ваши фаерболы - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Рита сидела на самом краю кресла, высоко приподняв плечи. Она то и дело касалась пальцами кожи на шее, оправляя воротник блузки, а затем нервно крутила тонкое металлическое кольцо на безымянном пальце правой руки.

— … Ядро, дражайшая Маргарита, это не просто орган, — лился вкрадчивый голос барона Адлера. Он медленно перебирал пальцами мелкие гадальные кости. — Это нежный цветок. И ваш цветок сейчас…

— Барон, вы не понимаете, у меня мигрень прямо за левым ухом. Боря, перестань ковырять эту скатерть! Ты её порвешь!

Борис, уперевшись локтями в стол, даже не поднял головы. Его правый указательный палец методично скреб темное жирное пятно на полированном дубе.

— Тут пятно, Рита. Жирное пятно от соуса, прямо под соусником. В таком заведении могли бы и постирать. И дует откуда-то снизу.

«Посмотри на нее, — уныло думал Борис, наблюдая, как сестра преданно заглядывает мистику в рот. — Сидит, кивает как заведенная кукла. „Чакры, сонастройка, энергетический бутон…“ Боже, какой же этот Адлер великолепный мошенник, я завидую. Если бы я умел врать с таким же породистым наклоном головы, мы бы сейчас жили в пентхаусе в столице, а не гнили в этом склепе, где сквозняк из-под пола гарантирует мне радикулит к вечеру. И зачем она нацепила эту нелепую кружевную накидку? Похожа на пыльную занавеску из актового зала. Она наверняка отдала за нее столько, что мы могли бы три месяца не платить за электричество…»

— Боря! — шикнула Рита, смущенно оправляя кружева. — Извините его, барон. Так что с Дианой?

— О, девочка… — Адлер загадочно прищурился. — Дикая, необузданная витальность. Но абсолютно разбалансированная. Мои методы ментальной сонастройки…

— И сколько стоит этот ваш баланс? — проворчал Борис, нервно оттягивая левой рукой воротник рубашки в сторону. Его взгляд перебежал на лакированную папку, прижатую локтем к боку. — Рита, у нас долги по коммуналке, Канцелярия на пятки наступает, а ты…

— Борис, замолчи! — Рита сердито пихнула его под столом ногой. — Алина, ну скажи ему!

— Боря, фу! — баронесса Смирнова, сидевшая рядом, брезгливо сморщила носик. — Барон такой чуткий, он мне ауру в прошлый четверг так подтянул, я прямо летаю!

Барон Адлер неожиданно накрыл гадальные кости ладонью, сжимая их в кулак, и резко выпрямил спину.

— Алина, душенька. Извольте принести ту лавандовую соль из моего саквояжа у портье. Нам понадобится диагностический контур, а портье слишком неповоротлив.

— Ой, я мигом! — Алина поднялась, покачиваясь на высоких каблуках, и упорхнула.

Борис проводил Смирнову хмурым взглядом и отхлебнул херес.

— Змея. Настоящая гадюка.

— Ой, полно, Боря. Обычная садовая ящерица, — Рита прикрыла глаза, наслаждаясь теплом напитка. Впервые за долгое время по её телу разлилось приятное умиротворение. — Но херес действительно хорош. Налей-ка еще. Барон, а вы хотите?

Внезапно Адлер резко встал. Его рука четко указала в сторону темного служебного прохода за ширмой.

— Вставайте. Живо.

— Что? В смысле? — Борис опешил, его левое веко снова дернулось.

— Барон, вы же не договорили про Диану… — растерянно пролепетала Рита.

— На выход. Быстро. За мной.

Борис дернулся в сторону вешалки с одеждой, намереваясь забрать свое пальто, но Адлер резко покачал головой и сделал короткий, рубящий жест ладонью вниз.

«Моё пальто! — мысленно взвыл Борис, отдергивая руку. — Оно же кашемировое! Если я оставлю его здесь, Алина наверняка присвоит его. Это единственная приличная вещь в моем гардеробе! Зачем Рита идет за ним с таким лицом, будто ей пообещали бесплатный лифтинг? Ладно, я пойду, но если я промочу ноги в этом сыром коридоре, я потребую у Адлера скидку за консультацию».

Борис прижал ладонь к груди, проверяя внутренний карман пиджака. Пальцы тут же окрасились в темный, липкий цвет просочившихся чернил.

В кармане ручка потекла! Борис почувствовал холодное мокрое пятно на груди.

Шелк подкладки безнадежно испорчен. Это еще полторы тысячи на химчистку.

«Как же я ненавижу этот день. Ненавижу этот дождь. И эту семью.»

Он сердито вытер пальцы о ткань брюк.

— Куда мы? — прошипел Борис вслух. — Моё пальто в гардеробе! И зонт! Рита, мой зонт остался в подставке!

— Оставьте зонт, идиот! — не оборачиваясь, бросил Адлер. — Шаг в шаг. Не оборачивайтесь.

Они шагнули в служебный коридор. Температура воздуха здесь мгновенно упала на несколько градусов, пахло известковой побелкой и мокрой пылью. Маргарита шла неровно, оступаясь на каблуках; её пальцы мертвой хваткой вцепились в рукав Бориса, стягивая шерстяную ткань.

— Как тут сыро, — шептала она, прижимаясь к брату. — Боря, у меня туфли скользят, здесь же скользко! Почему мы идем через служебный коридор?

— Я же говорил, что отсюда дует! — огрызнулся Борис, испуганно оглядываясь назад и переводя взгляд с пола на потолок. — Рита, это не сквозняк, это… Постойте, барон, стена же… она деревянная? Зачем вы ее трогаете?

Адлер остановился перед гладкой деревянной панелью. Его ладонь легла на незаметный стык, пальцы нащупали в углублении холодный металлический рычаг.

— Нажмите на стык с вашей стороны. Сильнее.

Борис, сглотнув, сделал, что от него просили. Раздался тихий щелчок, и панель бесшумно сдвинулась в сторону, открывая проход в глухую темноту, откуда потянуло холодом, запахом сырой земли, плесени и гнилого дерева. Единственным источником света остался фонарик, вспыхнувший у Адлера в руке.

— О господи, — выдохнула Рита, кусая губы. — Боря, она отъезжает! Там темно!

— Барон, что за шутки? — Борис шумно выдохнул сквозь приоткрытый рот. Он крепче прижал испачканными чернилами пальцами папку к животу. — Я требую объяснений, у меня в кармане ручка потекла, чернила прямо на патенты…

Адлер приблизился к его лицу почти вплотную. Его губы двигались быстро, а палец указывал сначала в темноту прохода, а затем — наверх, к потолку.

— Люди Златогорова уже перекрыли парадный вход. Вас караулят.

— Что⁈ Но как они…

— Выйдете через ворота — вас упакуют раньше, чем вы успеете пикнуть про свои патенты.

— Но…

— Смотрите.

Он молча показал им экран своего телефона. Там шла прямая трансляция, а именно: схватка Ярослава и Чистильщиков рядом с поместьем.

Глаза Риты и Бориса распахнулись так широко, что глазные яблоки чуть не выпали из орбит.

— Из-за ваших племянников у вас все шансы попасть в руки Комитета, — сухо произнес Адлер, дав им небольшую паузу, осознать происходящее. — На вас охотятся. Так что будьте добры не задавать глупых вопросов. Позвольте мне доставить вас в поместье как можно быстрее, сейчас это самое безопасное для вас место.

— Но Данила! Младшие! — Рита в ужасе округлила глаза, переступая с ноги на ногу. — Они же в Лицее, Боря! Рита, кузены…

— Мои люди уже забирают их, — холодно прервал её Адлер. — Как и