Новые проблемы - Хайдарали Мирзоевич Усманов

углами… Очертания корабля иногда двоились… У некоторых учеников возникло ощущение лёгкого головокружения… Кому-то показалось, что палуба на мгновение наклонилась… Другим — что они слышат далёкие голоса…

Старейшина, сопровождавший экспедицию, мгновенно усилил защитные печати. И по всей поверхности корабля вспыхнули дополнительные руны. Серебристый кокон вокруг ладьи стал плотнее. Корпус загудел глубже и тревожнее. Будто сам артефакт понимал, что сейчас ему предстоит пройти через место, где не действуют обычные законы мира.

— Всем сохранять спокойствие. — Раздался ровный голос управляющего старейшины.

Он стоял у носовой части судна, положив обе ладони на массивную управляющую печать. От его тела исходили мощные потоки энергии, питающие центральную формацию.

— Не покидать защитный контур… Не использовать собственные техники… Не смотреть слишком долго в бездну, если почувствуете головокружение…

Некоторые ученики нервно переглянулись. Фраза про «не смотреть в бездну» прозвучала совсем не обнадёживающе. В следующее мгновение нос Костяной Ладьи коснулся границы разлома. И окружающий их мир содрогнулся. Не было удара. Не было толчка. Но у всех присутствующих возникло странное ощущение, словно их одновременно растянули, сжали и вывернули наизнанку. У Максима на мгновение перехватило дыхание. Перед его глазами мелькнули тысячи разноцветных вспышек. Время словно остановилось. А затем окружающая реальность исчезла.

Снаружи больше не было ни неба, ни земли. Ни солнца. Ни горизонта. Костяная Ладья плыла сквозь абсолютную тьму. Но эта тьма не была пустой. Она жила. Дышала. Шевелилась. Во всех направлениях сверкали чудовищные энергетические молнии. Белые. Алые. Синие. Фиолетовые. Золотые. Изумрудные. Чёрные, поглощающие даже свет вокруг себя. Они пересекали пространство на невероятной скорости, сталкивались друг с другом, взрывались, оставляя после себя ослепительные вспышки, и снова исчезали во тьме. Каждая такая молния несла в себе такую концентрацию силы, что Максим невольно чувствовал, как по спине пробегает холодок. Даже слабейший из этих разрядов, по его ощущениям, мог бы без следа уничтожить и его самого, и всю Академию Небесного Свода.

Однако Костяная Ладья двигалась среди этого безумия с удивительной плавностью. Руны на её корпусе непрерывно меняли рисунок. Одни вспыхивали. Другие угасали. Третьи перераспределяли потоки энергии. Когда особенно мощная молния приближалась к кораблю, защитный кокон слегка изгибался, и судно плавно смещалось в сторону, словно заранее предугадывая траекторию удара. Иногда молнии проходили настолько близко, что весь корабль озарялся ослепительным светом. Тогда на лицах учеников появлялся неподдельный страх.

Но это было далеко не самое жуткое. Во тьме за пределами защитного кокона время от времени мелькали тени. Сначала Максим подумал, что это просто игра света. Однако вскоре он ясно увидел нечто огромное. Силуэт, размером превосходящий целую горную цепь. Он медленно проплыл вдалеке, почти неразличимый на фоне бездны. Потом исчез. Следом мелькнула другая тень. Это было длинное тело, напоминающее змея. Но такого размера, что даже сама Костяная Ладья рядом с ним выглядела бы песчинкой. Потом в темноте открылись несколько гигантских светящихся глаз. Они вспыхнули на мгновение. Замерли. И исчезли. У нескольких учеников вырвался испуганный вздох. Кто-то инстинктивно отступил от борта. Кто-то опустил взгляд, не желая видеть больше.

Максим же, несмотря на холодный комок в груди, не мог отвести глаз. Его восприятие улавливало лишь крошечную часть того, что скрывалось вокруг. И даже этой малой части было достаточно, чтобы понять. Это место населено существами, перед которыми все присутствующие здесь — не более чем пылинки. Стоявший у управления старейшина, не оборачиваясь, негромко произнёс:

— Не пытайтесь оценить их силу.

Его голос был спокоен, но в нём слышалось искреннее уважение. И даже страх.

— Самая слабая тварь, способная существовать в этом пространстве, по мощи сравнима как минимум со Святым. Да… Именно с культиватором уровня Доу Шэн…

По палубе прокатился приглушённый ропот. Для большинства учеников уровень Святого был почти мифическим. Существовали легенды о том, что такие культиваторы одним движением могли разрушать горы и изменять течение рек. И сейчас они летели среди существ, для которых подобная сила считалась минимальной.

— Почему они нас не атакуют? — тихо спросил кто-то из учеников.

Старейшина чуть заметно усмехнулся.

— Потому что для них мы слишком малы.

Он сделал короткую паузу.

— И потому что Костяная Ладья создана из останков существ, которых даже они предпочитают уважать.

Эти слова заставили многих ещё внимательнее посмотреть на корпус корабля. И осознать, насколько древним и ценным является артефакт, на котором они сейчас летят. Полёт сквозь разлом продолжался. Время здесь ощущалось странно. Максиму казалось, что прошло не меньше нескольких часов. Но, возможно, это были всего лишь минуты. Здесь само понятие времени теряло привычный смысл. Иногда вдали вспыхивали целые миры. Разрушенные города. Пылающие небеса. Колоссальные руины. Они появлялись на мгновение и тут же исчезали. Словно разлом хранил осколки бесчисленных реальностей.

Наконец впереди показалось сияние. Сначала слабое. Потом всё более яркое. Оно напоминало свет в конце бесконечного тоннеля. Управляющий старейшина сосредоточился ещё сильнее. Руны на корпусе ладьи вспыхнули ослепительным светом. Корабль ускорился. И спустя несколько мгновений вырвался из пространственного разлома. Навстречу неизвестному миру, где когда-то сражались Боги.

Когда Костяная Ладья окончательно вырвалась из пространственного разлома, Максим первым делом не стал смотреть на окружающие пейзажи так, как это делали остальные. Большинство учеников и даже часть наставников инстинктивно устремили взгляды наружу. Кто-то восхищённо ахнул. Кто-то, наоборот, побледнел. Кто-то начал взволнованно шептаться, обсуждая открывшееся перед ними пространство.

Но Максим смотрел не глазами. Он смотрел своим внутренним восприятием. Тем самым странным, почти инстинктивным чувством, которое после всех испытаний в проклятом ущелье стало для него едва ли не важнее обычного зрения. И едва только его сознание коснулось окружающего мира, парень застыл. Потому что всё вокруг буквально пылало знакомой ему до боли силой. Энергией чистой Инь.

Она была повсюду. В воздухе. В земле. В скалах. В облаках, медленно ползущих по багрово-серому небу. В каждой пылинке. В каждом камне. В каждом порыве холодного ветра. Максим ощущал эту силу так отчётливо, словно оказался не в чужом мире, а внутри собственного источника энергии. Плотность силы Инь здесь была настолько высокой, что в любом другом месте подобное привело бы к катастрофе. Обычный человек умер бы практически через пару — тройку недель. Даже опытный культиватор, привыкший работать с Ян, через какое-то время начал бы испытывать резкое истощение, боль в меридианах и постепенное разрушение внутреннего источника. Но для Максима это место ощущалось иначе. Нет, энергия здесь была дикой. Неупорядоченной. Опасной. Но сама её природа была ему близка. Понятна. Даже в каком-то странном смысле родная.

Перед ним простирался