Тыквенный пирог мисс Мэгги Стюарт - Александра Шервинская

— Вот, возьми, — миссис Пауэр протянула мне небольшой листок бумаги, на котором карандашом было нацарапано «CTR60А», — может быть, это как-то поможет нашему красавчику инспектору.

— Спасибо, миссис Аннабель! — прочувствованно произнесла я. — Уверена, мистер Джастин будет вам очень признателен!

Попрощавшись с бдительной миссис Пауэр, я чуть ли не бегом направилась к полю, где и наткнулась на чрезвычайно довольного жизнью Кайла Гилмера. Он был почему-то один и с аппетитом уплетал витую булочку с корицей, запивая её молоком прямо из бутылки.

— Мэгги! — радостно воскликнул он. — Слушай, это просто невероятно, божественно вкусно! Хочешь кусочек?

Я молча смотрела на него, ничего не говоря, и веселье потихоньку сбежало с лица моего будущего родственника.

— Мэгги, что-нибудь случилось? — встревоженно спросил мистер Гилмер, и я готова была поклясться, что его беспокойство было абсолютно искренним.

— Значит, ты никогда раньше не бывал в Блайзбери, да? — тихо начала я, чувствуя, как в душе поднимаются обида и злость. — Ты был едва знаком с дядей Кевином, да? И решение Алекса открыть торговый центр именно здесь — это просто стечение обстоятельств, да?!

С каждой фразой я делала шаг вперёд, а Кайл, напротив, отступал, досадливо морщась и с сожалением посматривая на недоеденную булочку.

— И в нашем доме ты тоже никогда не бывал, да?! Кайл! Да, я молодая, может быть, не обладаю достаточным жизненным опытом, но я не сделала тебе ничего дурного. За что ты так со мной? К чему это нагромождение лжи? Как мне теперь верить тебе, Нэнси, Алексу? Ты был здесь, в Блайзбери, за год до смерти дяди Кевина, специально выбрав момент, когда меня не будет в городе. Что ты хотел от него? Ты тоже охотишься за картой? Бог свидетель, Кайл, ещё немного — и я просто выброшу ключ в Селлсайд, пусть эта карта так и лежит там, где её никто не отыщет. Я достаточно чётко выражаюсь? И ещё… знаешь, я не хочу тебя видеть…

Сказав это, я круто развернулась и пошла в сторону шатра, где уже всё было готово к награждению победителей конкурса животных. Спиной я чувствовала пристальный взгляд мистера Гилмера, но, к счастью, он не стал меня останавливать и что-либо объяснять, видимо, поняв, что сейчас — не лучший момент.

А ещё я вдруг ощутила, как устала от всего этого: от семейных секретов и тайн, от необходимости принимать важные решения, от лежащих где-то в Швейцарии миллионов и от спрятанных непонятно где сокровищ, от перспективы что-то решать со свадьбой, от трупов в кладовке и постоянно ошивающихся где-то поблизости бандитов всех уровней, от новоявленных родственников и даже от друзей. А ведь где-то был ещё таинственный кукловод, который, в отличие от меня, не устал и твёрдо намерен получить свою долю наследства, а то и всё наследство целиком.

Натянув на лицо улыбку, я подошла к столу, за которым расположилась гордая комиссия и, как во сне, вручила ленты и медали победителям во всех номинациях. Говорила какие-то правильные и красивые слова, фотографировалась и обещала непременно заехать в гости. Потом, когда-нибудь, через годик… или полтора…

Несколько раз я ловила на себе внимательные взгляды Саймона и Алекса, причём в глазах жениха всё чётче просматривалась тревога.

— Мэгги, что случилось? — спросил он, как только толпа вокруг столов немного поредела, а народ массово отправился смотреть на другие конкурсы и лакомиться горячей выпечкой.

— Думаю, тебе лучше спросить об этом у Кайла, — ровно ответила я, — потому что, что бы ты ни сказал, я тебе не поверю, Алекс.

Глава 27

«— Вы слыхали о Дэйви Джонсе, да? Морская косточка! Славная душа!

Но как-то наткнулся на камень преткновения всех мужчин.

— Что это за камень?

— И правда... Что это?

— Море?

— Алгебра?

— Дихотомия добра и зла?

— Бабы...»

© «Пираты Карибского моря: Сундук мертвеца»

— Что он натворил? — нахмурился Алекс. — Ведь ещё утром всё было в порядке, Мэгги!

— В порядке? Ах, в порядке… — я чувствовала, что ещё немного, и меня, как говорится, понесёт по кочкам, и я обязательно наговорю много лишнего, потому как остановиться уже не смогу. Потом наверняка пожалею, только вот будет уже поздно. Поэтому я постаралась взять себя в руки и загнать зарождающуюся истерику поглубже. — Тогда у тебя, наверное, есть внятное объяснение того факта, что твой отец был здесь, в Блайзбери, за год до смерти дяди Кевина и явно состоял с ним в гораздо более дружеских отношениях, чем рассказывал мне. В соответствии с этим у меня вопрос: к чему был весь этот спектакль под названием «Мы впервые в Блайзбери»? Да, я с определённым трудом, но, пожалуй, могу поверить, что он не знал, что я племянница того самого Кевина Стюарта, хотя теперь я ни в чём не уверена, знаешь ли.

— Он не знал, Мэгги! — горячо воскликнул Алекс. — Я не могу объяснить, зачем он скрывал, что бывал в Блайзбери раньше, но, клянусь, Мэгги, когда мы выбирали место для торгового центра в этих краях, он просто упомянул мистера Стюарта как человека, у которого можно спросить совета по каким-то местным вопросам. Но я справился сам, а вскоре после моего приезда мистера Стюарта не стало, так что я, можно сказать, его вовсе не знал. И когда я сказал, что девушку, которой я предложил руку и сердце, зовут Маргарет Стюарт, отец никак не отреагировал на имя. Ну вот как мне тебя убедить, Мэгги?!

— Я не знаю…

Я в отчаянии стиснула руки, потому что мне ужасно, до какой-то совершенно запредельной степени хотелось ему поверить. Если я перестану доверять тем, кто рядом и кто всегда готов прийти на помощь, то какой смысл вообще во всём остальном? Так можно начать подозревать всех подряд и медленно, но неизбежно сойти с ума.

— Мэгги, я составлю у Трондайка бумагу, что никогда и ни при каких условиях не буду претендовать ни на пенни из тех денег, что достались тебе от дяди Кевина. Ни тех, что уже есть на счетах, ни тех, которые можно отыскать с помощью карты. Эти деньги всегда будут принадлежать только тебе и… нашим детям.

— Детям? Каким детям? — растерянно переспросила я, сбитая