Похоронное бюро «Сестры Роу» - Вэнди Эттвуд

– Ты устал. – Я не спрашивала, констатировала факт.

– Совсем нет. – Он покачал головой.

– Я же вижу. Давай закругляться. – Снова открыв рану на ладони, я перечеркнула меловые знаки на камне.

Ветер стих. Стало так блаженно спокойно, что я закрыла глаза, наслаждаясь.

– Пустят ли меня в таком виде в академию?

– От тебя за версту ощущается запрещенная магия. А повсюду Совет. Сомневаюсь. – Лукас не выглядел напуганным или взволнованным, скорее… возбужденным, взбудораженным.

– Очень удачно, что сегодня не было патрулей, да?

– Есть такое. – Лукас обнял меня, когда разорвал связь.

Я на секунду почувствовала гнетущую пустоту, как будто из меня только что вырвали какой-то важный кусочек, но она быстро прошла.

– Спасибо, проводник. – Я поцеловала его в щеку. – Я теперь твоя вечная должница.

– Не стоит, я не ради себя это делал, а ради тебя.

– Как думаешь, озеро в ноябре холодное?

– Думаю, что нет. Оно очень холодное.

– Жаль, было бы проще.

– Я могу использовать формулу нагрева воды.

– Ты устал совсем, я же вижу, не нужно.

– А я вижу, что ты потом непременно заболеешь, если полезешь в воду сейчас. Одна формула ничего не изменит.

Я состроила страшные глаза, но Лукас просто рассмеялся, потянув меня за руку к озеру.

– Я тоже весь в крови, еще и в твоей. У Совета точно будут вопросы, особенно учитывая все происходящее, так что мыться нам придется вместе.

Я покачала головой, но все равно позволила ему вести меня к воде.

Кусты затрещали, точно по ним кто-то пробирался. Я напряглась, нервный жар подобрался к щекам. Отпустило через мгновение, когда Арчибальд выбрался из зарослей.

– А вот и вы. Как все прошло? – спросил он, поправляя пиджак с леопардовым принтом. В его руках пушистой кучей свернулись его любимая шуба и плед.

– А ты… а как… – начала я.

– Переживал, – пожал плечами он.

– Все в порядке, – ответил Лукас.

– Выглядите паршиво, – оценивающе хмыкнул Арчи.

– Что поделать, – я развела окровавленными руками.

– Надумали купаться?

– Вряд ли получится незамеченными пройти через весь кампус, будучи с ног до головы в крови.

– Тоже верно, тогда… – Арчибальд начал раздеваться.

– Стой! Ты тоже полезешь? Сумасшедший! – взвизгнула я.

– Последний, кто войдет в воду, – гребаный трус, – с ухмылкой бросил Арчи. Затем, не дожидаясь ответа, он побежал вперед и нырнул в темную холодную воду.

Я наспех скинула одежду, оставшись в одних трусах, и понеслась следом, чувствуя, как ледяная вода кусает кожу, вгрызаясь в лодыжки.

Лукас, тяжело дыша, засмеялся, преследуя меня, пока я убегала в холодную ноябрьскую воду уединенного озера.

– Черт! – Лукас вскрикнул, стуча зубами, и заплыл еще глубже. Темная вода вокруг него помутнела, окрасившись алым. После могучего ныряния, он вскочил, потряс головой, и капли ледяной воды попали на мое лицо.

Очень и очень холодно. Но, черт возьми, как же приятно смыть с себя стресс и тревогу этого дня. Холод – это шок для организма, напоминание о том, что он жив, что я еще жива.

Теперь если Совет нас поймает, то всегда можно свалить все на жажду острых ощущений и купание в озере из-за спора.

Чтобы смыть кровь с головы, я нырнула. Открыв глаза в воде, увидела, что Арчи протянул руку и, схватив меня за запястье, притянул к себе. Он обнял меня за талию, и мы погрузились глубже, пока свет одинокой луны не померк над нами. Я остро чувствовала, как от ледяной воды перехватило дыхание. И только теплое тело Арчибальда оставалось спасательным тросом между гранями сознательного и бессознательного.

Он крепко обнимал меня, а другой рукой гладил по щеке, пока мы смотрели друг на друга в темных глубинах озера. Легкие уже горели и требовали воздуха. Но всплывать мне не хотелось.

Вместо того чтобы последовать примеру Лукаса и выплыть на поверхность, он запечатлел на моих онемевших губах холодный, но неожиданно целомудренный поцелуй. Это длилось всего мгновение, прежде чем потребность в воздухе стала совершенно невыносимой. Я вынырнула первой, тяжело дыша и сильно дрожа.

И вот теперь я почувствовала, как вода едва-едва нагрелась вокруг нас. Пальцы Лукаса светились, он колдовал.

На берегу Арчи накинул на меня свою любимую шубу. Клянусь, я больше никогда не назову ее кошмарной, самая прекрасная и теплая в мире шуба помогла мне добраться до общежития и не околеть.

Спустя час мы все сидели в гостиной перед камином, пытаясь согреться глинтвейном. Я перебирала ворсинки розово-фиолетовой шубы, которую отказывалась снимать. Меня окружал запах Арчибальда, тепло камина и острое ощущение того, что я на своем месте.

Опустив голову на плечо Арчи, я задремала.

Сны снились… отвратительные. Каждый раз я не могла убежать от кого-то или чего-то со смутно знакомым силуэтом, раз за разом я погибала на земле, лицом вниз, пока в меня снова и снова по самую рукоять погружался кинжал, со скрипом и хрустом разрывая мышцы, дробя кости.

Утром я смотрела на шевелящийся кровяной сгусток в банке, который выпал изо рта Лизз.

– Какая мерзость, – скривился Арчибальд, двумя пальцами держась за ложку, чтобы размешать сливки в кофе.

– Что будешь с этим делать? – спросил Лукас, щедро накладывая в тарелку тосты и омлет.

– Как у тебя только не пропадает аппетит? – Арчибальд выглядел так, точно его сейчас стошнит.

– Я думаю, что ее сначала прокляли, – прерывая их перепалку проговорила я, поднося банку к свету. – А это остаточное.

– Остаточное что?

– Что-то. Откуда мне знать, я не так сильно вникала в книги по проклятиям.

– Хочешь, можем поискать в библиотеке сегодня?

– Хочу провести эксперимент. Ты не знаешь случайно пустых лабораторий на территории кампуса?

– Говорят, что в дальней теплице осталось какое-то оборудование. Но ему три тысячи лет уже, скорее всего.

– Думаешь, что ничего не работает?

– Вероятность имеется.

– Отстой. – Я отставила банку и положила голову на стол.

– И когда я пригрел двух заучек? – беззлобно протянул Арчи, ставя передо мной кружку с кофе, в котором плавала долька лимона.

Усталость накатывала волнами, как и кашель. Плавать в холодной воде было не лучшей идеей, но и идти с ног до головы вымазанной в крови – отвратительная со всех сторон мысль.

Зубы время от времени в случайный момент начинали отбивать чечетку.

– О-о-о, – печально протянул Арчибальд, потрогав мой лоб.

– Знаю. – Я отмахнулась. – Пора собираться на занятия. – Я рывком поднялась и завалилась обратно на диван.

– Ты уверена, что справишься?

– С лекциями?

– Со всем, – вздохнул Арчи, пока Лукас размешивал длинной ложечкой сахар в кофе.

– А как же, – я улыбнулась.

Мне нравились темные лектории и как сквозь плотные шторы пробирался упрямый солнечный лучик, вырываясь из стыка ткани, показываясь в изъеденных молью дырках, чтобы посветить кому-нибудь в лицо, а потом, отскочив от прозрачного стекла очков, прыгнуть на стену.

Сегодня я не видела ни одного знакомого лица, помимо Лукаса, который сидел в самом начале, ближе всех к лекторской зоне.

В прошлый раз мы договорились сидеть порознь. Так было проще не отвлекаться, вслушиваясь и запоминая все, что рассказывалось монотонным и тихим голосом.

Изредка я недовольно шипела,